Затаившийся Дракон (СИ), стр. 51
Мин стремительно подошел к распластавшемуся куску обрушенной стены. У самого дверного косяка живописно лежали Искренний Ли и Честный Чжао. Юноша даже не стал проверять пульс этой парочки, его Духовное чутьё кристально ясно видело ровную циркуляцию энергии в меридианах прожженных пройдох, старательно имитирующих глубокий обморок.
Сапог начертателя слегка ткнул ребра Искреннего Ли.
— Хватит притворяться куском мяса, я прекрасно вижу, как пульсирует твоя ци! — рявкнул Мин, напрочь отбрасывая фальшивый тон. — А ну вставайте, берите друг дружку под мышки, и мы уходим! Если стража прижмет нас в этих руинах, никакое хваленое Дао Иллюзий вам уже не поможет!
Аферист с испуганным визгом распахнул глаза и подскочил с прытью укушенного зайца. Следом за ним мгновенно «ожил» и Честный Чжао, истово отряхивая шелковый халат. Оба были ранены, тяжело, но далеко не смериельно.
Юноша в два длинных шага пересек комнату и бесцеремонно сгреб онемевшую Сонг под локоть, поднимая ее на ноги. Девушка охнула. В ее расширенных глазах отражался чистый шок от услышанного и увиденного: от разорванного на куски гиганта до совершенно немыслимого диалога на равных с чудовищем ступени Ядра.
— Отомри, воровка, — приказал он, направляя девчонку к широкому оконному проему с выломанной взрывом рамой. — Ты лучше всех знаешь крыши этого муравейника. Веди кратчайшим путем к вратам или прямо к секте, как хочешь. Но если через пять вдохов мы всё ещё будем здесь, то придется драться со стражей. А такое внимание нам ни к чему.
Приказ сработал лучше звонкой пощечины. Лисий взгляд моментально прояснился и сфокусировался на разбитом проеме.
— За мной! — бросила она.
Напитанное восстановившейся энергией тело изогнулось с грацией гибкой кошки. Воровка рыбкой скользнула в ночную тьму, перемахнула подоконник и мягко приземлилась на скат соседней черепичной крыши. Мин последовал за ней. Тяжело пыхтящие Чжао и Ли перевалились через преграду ровно в ту секунду, когда в проеме показались первые силуэты.
Ночной ветер швырнул соломенную шляпу начертателя в подворотню, пока четверо беглецов беззвучно летели над спящим Фэнси. Сонг скользила впереди подобно черному дыму. Девушка интуитивно читала каждый изгиб многоярусных кровель, с феноменальной легкостью находила опору на влажной черепице, огибала дозорные формации усадеб верхней части города и перепрыгивала чернеющие провалы узких переулков. Мин не отставал от проводницы ни на шаг. Он распределял вес тела так, как учил дед Лао еще тогда, в нижнем огороде Обители. Интересно, в порядке ли он?
Сквозь свист ветра голос Владыки Звездного Предела прозвучал в сознании начертателя на удивление рассудительно.
«Хитро. Весьма недурно, паршивец, — одобрительно цыкнул дух. — Пробраться в самое сердце вражеского логова за чужой счет, спрятаться под личиной замученного книжника, да еще и заставить их лично сопровождать тебя в свои покои. Оправданный риск. Но ты хоть понимаешь, во что именно ввязываешься? Сумасшедший Син Юань спит и видит, как вырвет твои кишки и сварит из них похлебку. Ты собираешься прыгнуть прямо ему в глотку».
Мощный толчок перенес парня через провал между соседними пагодами. Бледный лунный свет на мгновение выхватил его лицо с искусственно заостренными скулами, но в темных глазах был опасный огонь.
«Син Юань рыщет по Долине в поисках беглого подмастерья Лу Мина с испачканными тушью пальцами, — мысленно отозвался юноша, широко улыбнувшись. — А в ворота Обители гордо въедет приглашенный мастер Хао, официальный посланник Ордена Железной Лозы с дипломатическим статусом. До тех пор, пока моя маска Лицедея работает безупречно, этот старый дурак будет каждый день почтительно благодарить меня».
В Чернильнице повисла долгая, задумчивая пауза. Древний старец явно переваривал масштаб предложенного безумия и просчитывал вероятности.
«И всё-таки, что ты там забыл? Идти на территорию мастера Ядра — это жонглировать кинжалами над пропастью».
«Увидишь. Есть у меня пара интересных мыслей на его счет».
* * *
Возвращение в скрытые за водопадом пещеры Секты Девяти Добродетелей больше походило на триумфальное шествие, хотя сами участники валились с ног от усталости, едва волоча промокшие сапоги по неровным ступеням туннелей. Едва их ноги коснулись каменных плит Зала Небесной Истины, Сонг бросилась к ложу отца. На перепачканную кровью тунику она внимания не обращала.
Массивное тело Сяо Байшаня билось в редких мучительных судорогах. Из уголка его рта тонкой нитью стекала чёрная желчь. Сонг дрожащими руками смешала спасительное противоядие, выбитое из трупа Те Куана, с истолчёнными корнями духовного имбиря, для лучшего усвоения, и эта смесь, спешно полилась прямиком в глотку умирающего Патриарха. Сработало почти сразу.
Понадобилось всего десять ударов сердца. Чёрная паутина вздутых вен на шее гиганта дрогнула, а затем начала стремительно рассасываться, быстро уступая место совершенно здоровому, естественному румянцу. Дыхание Сяо Байшаня выровнялось. Предсмертный хрип превратился в ровный медвежий бас, так что Сонг с глухим всхлипом уткнулась лбом в край жесткого ложа, и её плечи затряслись.
На следующее утро, когда искусственный свет подземелий только начал набирать силу, в одну из подставных торговых лавок Нижнего рынка Фэнси прибыла ничем не примечательная телега с грузом, который следом в строжайшей тайне доставили прямиком в гостевые покои Мина, и содержимое этих невзрачных ящиков гарантированно заставило бы удавиться от зависти абсолютно любого, даже самого искушенного алхимика.
Мин сидел за столом. Он вскрывал свинцовые футляры один за другим.
Железа Снежного Паука пульсировала ледяным ядом, так что морозная аура больно ударила по пальцам при первом же касании. В соседнем ящике покоилось узловатое Корневище Трёхсотлетней Кровавой Ивы, щедро сочащееся густой багровой смолой. Рядом тускло блестели семь отрезков Духовного Бамбука. Их поверхность была белой. Завершала этот набор закупоренная нефритовая амфора с золотистой пыльцой Демонического Лотоса.
«Всё достойного качества, без обмана, — удовлетворенно цыкнул Гу Лань из своей стеклянной тюрьмы. — Мастер Тэн не поскупился. Этих материалов с избытком хватит, чтобы приступить к Начертанию Пустоты, и собрать твою первую формацию.»
Мин удовлетворенно кивнул, хотя венцом утренней доставки оказалась вовсе не алхимия. С поверхностным спокойствием юноша развернул тяжёлый кусок просмолённого свитка, в правом нижнем углу которого багровела личная печать Тэн Куя, железно подтвержденная символами старейшин Ордена Железной Лозы, и текст этого документа не оставлял никаких разночтений: Секта Девяти Добродетелей признавалась нейтральной торговой зоной, навсегда закрытой для любых территориальных или коммерческих притязаний Ордена. Ожидаемый итог.
Мин вошёл в Зал Небесной Истины и молча опустил документ на столик перед уже сидящим Патриархом. Пространство погрузилось в звенящее молчание.
Сяо Байшань взял пергамент. Лицо гиганта ещё носило следы пережитого отравления, но пальцы уверенно проскользили по печати, а широкая грудь стала шумно и глубоко вздыматься при виде официального оттиска соседней секты.
— Невозможно… — пророкотал он, и в голосе Патриарха прозвучало искреннее потрясение. — Вырвать клятву о ненападении у цепных псов Железной Лозы? Хао… или, кем бы ты ни был. Ты сотворил чудо. Ты не просто вернул меня из-за кромки Жёлтого Источника, ты даровал моей секте право на жизнь.
Сяо Байшань с усилием поднялся на ноги. Гигант поклонился ученому. И сделал он это поразительно низко, перегибаясь в самом поясе, хотя перед этим человеком обычно трепетал без исключения весь Нижний рынок.
— Секта Девяти Добродетелей у тебя в неоплатном долгу! — громыхал он. — Сегодня мы пьём! В честь нашего спасителя мы устроим такой пир, что горы над нами содрогнутся!
И горы действительно едва не содрогнулись. Понятие «пир» у базарных мошенников отличалось своеобразным, слегка абсурдным размахом, не признающим никаких полумер.