Закон Джунглей (СИ), стр. 42

Трибуны молчали. Лишь редкие порывы ветра сдували гранитную пыль с места короткой схватки. Мин опустил руку и перевёл дыхание. На его одежде не виднелось ни одной прорехи.

Напряжение разорвал громоподобный бас с верхнего яруса:

— ДЕМОНИЧЕСКОЕ ОТРОДЬЕ!

Грузный мужчина в дорогих тёмно-синих шелках перемахнул через балюстраду и приземлился на плиты. Ближайшие блоки покрылись мелкой сеткой трещин от агрессивного выброса ауры. Сидящие в первых рядах ученики попадали на колени из-за прямого давления позднего этапа Формирования Потока.

Старший наставник клана подбежал к лежащему Гу Бо, проверил пульс своего подопечного и медленно поднял голову. Лицо мастера потемнело от злобы.

— Неслыханная жестокость! — проревел мужчина, указывая толстым пальцем в сторону Мина. — На обычном состязании учеников ты посмел использовать столь жестокие, скрытые техники, чтобы искалечить гения моего клана Гу! Сломать ему кости, разорвать каналы… Ты даже не животное, ты хуже демона! Я лично очищу Обитель от этой мрази, вырвав твое ядовитое сердце!

Находясь в эпицентре направленной волны подавления, юноша даже не пошатнулся. Он невозмутимо поправил рукав куртки и поднял взгляд, готовя ответ, который должен был перевернуть эту арену вверх дном. Почва для грандиозного унижения была готова.

Аура наставника легла на плечи окружающих тяжестью корабельного якоря. Сидящие впереди ученики начали хрипеть и пятиться, некоторые спотыкались, не выдерживая подавления.

Мин же остался стоять ровно. Еще в Запретной Зоне он научился проводить сквозь себя давление ци, а его база позволяла делать это почти безболезненно.

— Старший наставник.

Он прогнал голос через внутренний резонатор ци, чтобы его слова чётко разнеслись по самым дальним скамьям амфитеатра.

— Ваша искренняя тревога за благополучие семьи вызывает глубокое уважение. Но ответьте на один вопрос, неужели ваше невероятное продвижение на пути Дао каким-то образом повредило ваше зрение? Или в клане Гу принято смотреть на мир не глазами, а местом, на котором сидят?

— Ты смерти ищешь, щенок⁈ — закричал стоящий на балконе высокий преподаватель Ма, спеша выслужиться перед коллегой. — Избил кланового гения, главную надежду Обители! Этот парень просто бешенный пёс! Старейшины, я требую разрушить его базу культивации и выбросить тело в ущелье на съедение зверям!

Двое старших учеников семьи Гу угрожающе обнажили мечи и двинулись к краю трибуны. Напряжение мгновенно загустело. В ложе среднего яруса Горн рванулся к ограждению, но Дэ Шен повис на его руке, намертво пригвоздив товарища к месту:

— Замри и смотри на Мина! Ты видишь?

— Э… почему он выглядит так, словно у него все под контролем?

Мин действительно даже не моргнул. Он выдержал паузу, вытянул руку и показал пальцем на камни под своими сапогами, где недавно осело кислотное пятно.

— Вы сказали «искалечил гения»? — усмехнулся он. Голос наполнился отборным, ледяным сарказмом. — Почтенные мастера, позвольте поинтересоваться. Неужели великий путь меча в клане Гу свелся к вытаскиванию из-под полы Трупоедного Иглострела? Я читаю лишь старые библиотечные свитки первого этажа, но даже в них чётко сказано о наказании за использование отравленных артефактов. На внутреннем турнире за это отсекают обе руки.

Единый гул пронёсся по всем рядам амфитеатра. Лицо наставника Гу стремительно побелело, а затем покрылось красными пятнами.

— Ты лжёшь, грязный оборванец! Мой племянник никогда бы…

Мин легонько поддел носком сапога помятый чёрный цилиндр. Из железного тубуса на камни вывалились две оставшиеся чёрные иглы. Гранит под ними зашипел и запузырился едкой зелёной кислотой.

— Действительно, — вздохнул юноша, разводя руками. — Судя по всему, камень, тоже вступил в преступный сговор со мной и начал плавиться от возмущения. А зелёный туман, который ваш «гений» выпустил мне в лицо? Это, надо полагать, были духи горного лотоса для свежести дыхания? Ваш племянник не просто нарушил правила, наставник Гу. Он попытался подло убить соученика артефактом в тот момент, когда не смог выдержать даже одного удара палкой. Так кто из нас животное?

Преподаватель Ма осёкся на полуслове. Доказательства лежали прямо на арене и отчётливо смердели химической гнилью. Мастер Гу сжал челюсти так, что скрипнул зубами. Осознав, что репутация его клана прямо сейчас летит в пропасть на глазах у всей Обители, он решил прорваться исключительно наглостью, и окутал свой кулак ци.

— Заткнись! Я выбью из тебя правду прямо здесь…

— Довольно.

Слово прозвучало не слишком громко, но ударило по слуху тяжестью обвалившейся горы. Золотистая, густая энергия мгновенно погасила ауру наставника Гу и вжала аристократа в плиты. Со своего резного места на верхнем ярусе поднялся старейшина Син Юань.

Одетый в белый шёлк мужчина смотрел на арену абсолютно бесстрастным взглядом. Мин напрягся, давление, шедшее от старейшины выдержать так просто уже не получится.

— Клан Гу потерял своё лицо, — холодным тоном произнёс Син Юань, словно зачитывая судебный приговор. — Применение ядовитого инструмента доказано. Человек, называющий себя гением, но пускающий в ход оружие портовых убийц против обычного боевого шеста, недостоин числиться учеником Обители Серого Пика.

— Старейшина Син! — взмолился Гу, падая на оба колена. — Мой племянник действовал от полного отчаяния…

— Он действовал от собственной слабости, — отрезал Син Юань.

Его взгляд переместился на Мина и задержался на лице подмастерья дольше обычного, сканируя каждый мускул.

— Законы Обители никто не отменял. Ученик Лу Мин защищал собственную жизнь в ответ на смертельную атаку, и его действия признаны оправданными. Лу Мин объявляется победителем. Передайте этот покалеченный мусор лекарям. Клану Гу запрещается упоминать данный инцидент на грядущем Совете.

Зрители взорвались приветственными криками. На среднем ярусе Горн радостно закричал, сотрясая деревянные перила. Мин сложил ладони в показательном поклоне и внутренне улыбнулся абсурдности ситуации. Человек, чей родственник останется инвалидом после их драки, только что выступил гарантом его собственной безопасности на турнире.

Старейшина Син Юань уже собирался вернуться в кресло, но по ступеням с верхнего яруса, спотыкаясь о полы собственной мантии, выбежал служитель внутреннего двора. Побледневший вестник упал перед начальством на колени и принялся отчаянно шептать донесение.

Мин заметил перемену в поведении старейшин. Син Юань резко выпрямился, а остальные оцепенели.

Старейшина Син обогнул кресло и направился прямиком к воздуху за ограждением ложи. Под его подошвами сконденсировалась плотная ци. Старейшина ступил в пустоту и зашагал вниз по золотистым невидимым ступеням, направляясь к замшелой крыше Палаты Начертаний.

Мин тяжело выдохнул, потому что прекрасно понимал причину озабоченности старейшин. Тело мастера Бо нашли в подвале под Палатой Начертаний.

Син Юань осматривал круглое помещение скрытого подвала Палаты Начетаний. По углам остывали четыре курительницы. Возле каменной кладки стены сидел мёртвый Бо Хань. Рот мастера был испачкан бурым сгустком, а пальцы с въевшимися следами туши судя по всему скребли камень даже в предсмертных судорогах. За спиной Син Юаня переминались двое штатных следователей секты, не решаясь прервать его осмотр.

Помощь подчинённых старейшине не требовалась. Энергетика уровня Ядра позволяла безошибочно считывать остаточные всплески ци прямо из воздуха.

— Разорванные в клочья меридианы, — констатировал Син Юань, рассматривая тело. — Энергетический центр схлопнулся внутрь. Мозговая оболочка выжжена собственной духовной энергией, и следов чужой ци не наблюдается.

Он перевёл взгляд на серый пепел каких-то трав в ближайшей курительнице и презрительно усмехнулся:

— Долгие годы старик сидел на границе ранней стадии Ядра. Меридианы износились, но амбиции продолжали душить. Решил продавить путь на среднюю ступень в одиночку, принял тяжёлые стимуляторы ради концентрации и поплатился. Обратный отток ци просто разорвал его изнутри. Уносите тело, первый начертатель сам подписал себе приговор.