Первый Предтеча IV (СИ), стр. 35
— Ты можешь так любого убить словом? — спросила она с каким-то чистым любопытством в голосе.
— Нет, — хмыкнул я, глядя на эту кровожадную красавицу. — Этот был слишком слабый, а я сейчас немного на взводе. Да и Место Силы добавило мощности.
— Жаль, — усмехнулась Мира и добавила: — А я уж думала рупор тебе купить, чтобы издали с врагами разговаривать. Хотя… ты и без лишних слов умеешь быть убедительным.
Она холодно взглянула на оставшихся пленников. Я нахмурился и прошёлся вдоль них.
Скопившееся часами напряжение сейчас и правда давало о себе знать. Опасения за моих людей, сражавшихся без меня, злость за Бирюка, за бойцов, за Мишку бабы Гали и за каждую вражескую гильзу, упавшую на земле Чёртовой Лапы…
Хотелось выплеснуть эту ярость!
Но и результат нам сейчас нужен.
— Дайте нож, — не оборачиваясь велел я и выставил в сторону ладонь.
— Охотничий сойдёт? — хмыкнул Лапа, вложив широкий нож с деревянной рукоятью мне в ладошку. — Ледокрыла им разделывал.
— Спасибо. — Я взял нож, подошёл к командиру врагов и рывком поднял его на ноги.
А затем потащил его к сараю.
— За мной не ходить, — не оборачиваясь бросил я остальным.
Мирослава стояла у двери сарая. Рядом привалился к стене Лапа, жуя травинку. Свят ходил взад-вперёд, время от времени отвлекаясь на раздачу приказов через рацию.
Первые пару минут внутри было тихо.
Потом раздался хриплый крик, быстро сорвавшийся на визг.
Затем вновь всё стихло. Но время от времени с той стороны неразборчиво доносился голос Анхарта, и от его тона у Миры по спине шли мурашки. В какой-то момент даже Лапа перестал жевать травинку. Остальные пленные, косясь на дверь сарая, испуганно морщились и тряслись. Один даже обмочился, а другой истерично заверещал.
Свят врезал ему берцем по зубам, чтобы заткнулся. После чего хмыкнул и с любопытством покосился на двери сарая — глава гвардии сейчас единственный не выглядел напряжённым и удивлённым. Скорее заинтересованным.
Пленный заорал снова, теперь с подвыванием, а потом зарыдал взахлёб.
Лапа присвистнул, а Святогор хмыкнул.
— Ты когда-то допрашивал пленных? — негромко спросила Мирослава у Свята.
— Чаще, чем хотелось бы.
— И как?
— Часть профессии, — пожал он плечами. — На фронте от одного языка иногда зависели сотни жизней. Но знаете что, Мирослава Сергеевна…
Он замолчал как раз в тот момент, когда из сарая донёсся глухой звук удара, будто что-то упало. А затем Анхарт произнёс несколько слов, из которых Мира разобрала лишь «Имя».
После этого Свят снова хмыкнул и продолжил:
— Так вот, несмотря на мой опыт, у меня матёрые командиры с ядом во рту обычно так, к сожалению, не пели.
Из-под двери сарая медленно потекла тёмная жидкость. Кровь прямо на глазах впитывалась в утоптанную землю, а пленный продолжал неразборчиво кричать.
Через минуту крики стихли.
Дверь со скрипом открылась, и на улицу вышел Анхарт, вытиравший руки о полотенце.
— Это наёмники, — устало выдохнул он. — Но не совсем простые. Точнее, совсем не простые.
Он замолчал, погрузившись в свои мысли, и посмотрел на линию горизонта. Уже светало. А затем неожиданно повернулся к девушке и спросил:
— Мира, вы Генерала сегодня кормили?
Глава 18
Я продолжил задумчиво смотреть на линию рассвета. В голове медленно укладывались мысли, кожу ласкал лёгкий ветерок.
Из минусов — пованивало кровью и гарью.
— Генерала? — выпалила Мира, подавшись ко мне. — Причём здесь он, Анх… — начала было она, но мгновенно осеклась и исправилась: — Антон? Нападавшие связаны с твоей черепахой? Это люди Бестужева, что ли?
Она насторожённо смотрела на меня. Я глубоко вздохнул и полностью повернулся к девушке.
— Нет, — мотнул я головой. — Просто думал о разном. У меня так бывает — множество мыслей прокручиваю одновременно. Например, что скоро уже завтра. Или думал о том, чем вы тут занимались, пока нас не было.
Мира недоумевающе смотрела на меня, пытаясь понять, шучу я или нет. Неподалёку с ноги на ногу переминался глава нашей гвардии. Наконец он не выдержал и коротко спросил:
— Ну?
— Что «ну»? — ответил я, собравшись с мыслями и отодвинув лишнее подальше.
— Рассказать ничего не хочешь? — нетерпеливо проговорил Святогор.
— Хм… — напоказ задумался я. — Погода сегодня хорошая будет.
Он раздражённо цокнул.
— Не бузи, Свят, — спокойно произнёс я. — Имей терпение. Лучше вели этих упаковать в какой-нибудь подвал, — кивнул я на оставшихся пленников. — Только чтоб зубы лишние — те, в которых яд — были выдернуты. Пусть ещё раз удостоверятся и смотрят за ними внимательно. Рух тоже присмотрит.
Мысленно я продублировал приказ огненной птице.
«Может, сразу их зажарить?» — флегматично поинтересовался он.
«Ещё один торопыга», — усмехнулся я.
Святогор отдал приказы, а затем подошёл ко мне и терпеливо уставился в лицо. Мира тоже была рядом и напряжённо поглядывала на меня. Я решил больше не мучать товарищей и произнёс:
— Отряд создан бароном Кириллом Савельевичем Фроловым. Если кто не в курсе, это вассал и доверенное лицо его светлости герцога Алвареса-Потехина в Ярославле.
Мира и Свят нахмурились одновременно.
— Герцога? — переспросил глава гвардии.
— Его самого, — кивнул я.
— Та-а-ак, — протянул Святогор и повернулся к Мирославе, будто желая проверить, поняла ли она, о ком идёт речь.
Так-то Свят уже был в моей команде, когда, видимо, по прихоти именно барона Фролова меня отправили в изолятор и пытались отжать наш «Егерь». Просто на тот момент мы ничего об этом бароне не знали.
Мира эту историю с судом тоже уже слышала, хоть и не застала лично.
— Фролов курировал создание этого подразделения с нуля, — продолжил я. — Брали в него не абы кого: сыновей верных гвардейцев, отставников из доверенных семей, Имперских военных с достойным послужным списком, вызывающих доверие. Цель — подразделение на особых условиях, из тех, кто превосходит обычных гвардейцев вассалов герцога, но не дотягивает до того, чтобы вступить в его личный элитный отряд. В итоге получилась мощная боевая группа, официально не входящая в военные структуры герцога, но, по сути, работающая на него.
— А капсулы с ядом? — хмуро спросил Свят. — Это же запредельный уровень преданности.
— Так и есть, — кивнул я. — Бойцы проходят длительное обучение на закрытом военном полигоне где-то под Москвой, и принятие капсулы — как раз финальное посвящение. Кто согласился на капсулу, тот прошёл отбор. Кто отказался… Про них наёмники больше ничего не знают. Думаю, те просто в гвардию вступают на общих основаниях.
На несколько секунд вокруг нас стало тихо, если не считать крик утреннего петуха где-то в деревне.
— Серьёзный подход, — наконец проговорил Свят. — Выходит, даже если новобранец ранее уже где-то учился и служил, всё равно идёт на полноценное дообучение. А там, глядишь, и мозги вправляют как надо.
— А как надо? — поинтересовался я.
— Не любой согласится на геноцид гражданских, — тут же пояснил Святогор. — И я не про сегодняшнюю стычку — хотя эти мрази, без сомнения, не моргнув глазом залили бы здесь всё кровью. Я про то, что их к подобным задачам целенаправленно натаскивают самыми разными средствами, в том числе — ломают психику. А специалисты по подобному…
— Весьма дорогостоящи, — закончила за него Мирослава.
— Это мягко говоря, — кивнул Святогор.
— Герцог может позволить себе и не такое, — произнесла Мира. — Выходит, отряд на самом деле создан по его инициативе, Фролов просто исполнитель.
— И при этом сам герцог здесь почти не появляется, — припомнил я. — Живёт в столице, а дела в Ярославле ведёт через Фролова.
— Хрен редьки не слаще, — произнёс Свят, задумчиво потерев подбородок. — Допустим, барон Фролов натравил их на нас. Но официально они к герцогу отношения не имеют?