Часовщик 4 (СИ), стр. 52

Мы зашли внутрь, и сержант включил свет. Здесь действительно стояло десять автомобилей. Правда, машины были не слишком представительскими. Из слов Павла я понял, что мне хотели доверить автомобили для командного состава, а здесь стояли легковые машины, уже явно много повидавшие в жизни.

— Это что за машины? — удивлённо спросил я, прохаживаясь между ними. Некоторые имели вмятины, часть вообще были покрыты пылью, как будто давно не использовались.

— Мне откуда знать? — пожал плечами недовольный сержант. — Сказали, что это твой фронт работ. Их десять? Десять. Значит, всё правильно, работай.

— Они хоть ездят? — уточнил я.

— Наверное, — он бросил безразличный взгляд на машины, — у меня нет времени заниматься тобой. По части без сопровождения не ходить. Закончишь, звони, — он протянул мне карточку со своим номером телефона.

— Подожди пять минут, — остановил я собравшегося уходить сержанта.

Я набрал Павла и сообщил ему о ситуации.

— Опять интриги! — раздражённо ответил виконт. — Я не знаю, как тебе быть. Конечно, позвоню кому следует, но дело может затянуться.

— Давай так, я делаю те машины, что есть. У меня в договоре не указаны ни марки, ни номера.

— Об этом я не подумал, — согласился со мной Павел, — но цель же была сделать так, чтобы генералы или полковники заметили разницу и оценили твоё мастерство!

— Дослушай меня, — твёрдо произнёс я, покосившись на сержанта, который ушёл в дальний конец ангара и делал вид, что ему совсем не интересна тема моего разговора, — делаю те машины, что есть. Внесу их сейчас в приложение к договору, оно у меня имеется. Впишу номера. Получу заработанные деньги, а ты пока ищи, как говорится, кому выгодно меня подставить. Или тебя. Или даже твоего отца. Во всяком случае, будет повод трясти бумагами. Работа выполнена в полном объёме и с соответствующим качеством на тех машинах, которые подсунули. Можете даже акт об ущербе составить. Когда есть ущерб, мне кажется, легче искать виноватых, — закончил я свою мысль.

Павел некоторое время обдумывал мои слова, затем согласился:

— Да. Тут уже и военную прокуратуру можно заинтересовать. Это не головотяпство, а вредительство на конкретную и весьма немаленькую сумму! Делай так!

— Отлично! — Я завершил звонок и позвал сержанта.

— Чего? — лениво произнёс тот, подходя и недобро поглядывая на бумаги, что я разложил на капоте ближайшей машины.

— Сейчас составлю акт. Перепишу автомобили. Их номера и прочее. Потом мне нужно ответственное лицо, чтобы завизировать список. После этого приступлю к работе, — спокойно произнёс я, с усмешкой глядя на сержанта.

— Но… — Служивый слегка завис, — я не имею права подписывать такие документы! Моё дело провести тебя к машинам.

— Так это не проблема. Сейчас всё запишу, а ты будешь просто свидетелем. Потом пойдём к вам штаб, найдём ответственное лицо, пусть подпишет.

— Я посоветуюсь! — ответил растерянно сержант, уходя в глубь ангара и доставая телефон.

Через десять минут прибежал пожилой мужчина.

— Подполковник Смирнов, — представился он мне, после чего оглядел машины и начал кричать на сержанта, брызгая во все стороны слюной.

Через час я приступил к работе в соседнем ангаре. Там стояли три серьёзных автомобиля, явно кого-то из начальства.

— Не знаю, что это было, — рассказывал я вечером свои похождения Павлу, — этот подполковник всё свалил на сержанта. Мол, тот неправильно понял приказ. Привёл меня не в тот ангар.

— Интриги, — поморщился Павел, — не знаю, откуда ноги растут. Я сам в этом ведомстве работаю пару месяцев. Может, военные рунологи воду мутят. Или кто из начальства. Против меня и моего отца там набирается большая свора. Лишний прокол в копилочку им не помешает.

На следующий день я снова занимался машинами, расписывая лобовые и боковые стекла рунами «Ясный взор». Вроде всё начиналось хорошо, но когда я взялся за вторую машину, в ангар зашёл мужчина и уверенным шагом направился ко мне.

— Работаешь? — спросил он, заглядывая мне через плечо. В этот момент я наносил узор руны специальной краской на боковое водительское стекло.

— Кто такой и что здесь забыл? — нарочито грубо ответил я. А как ещё отвечать? Зашёл, не представился, что-то спрашивает. Лезет под руку, подглядывает…

— Ты бы попридержал коней, — ухмыльнулся тот в ответ, после чего достал из сумки очки рунолога и начал изучать мою руну.

— Так кто ты такой? Мы на военной базе или на проходном дворе?

— Если я здесь, значит, меня пропустили, значит, имею право, — мужчина снова проигнорировал мою грубость. Тут вариантов немного. Скорее всего, этот мастер, а это точно мастер-рунолог, нарывается на скандал.

— Товарищ подполковник, — я набрал номер телефона подполковника, который вчера оставил мне его с указанием звонить в случае проблем. Этот случай долго ждать не пришлось, — у меня тут странный тип. Без военной формы. Не представился, не предъявил никаких бумаг. Вы бы разобрались?

— Ты чего? — опешил мастер, снимая очки и зло глядя на меня.

— Ничего, — я пожал плечами, — сейчас придёт начальство, разберётся.

— Совсем страх потерял! — Мужчина подошёл ко мне вплотную. Я лишь усмехнулся. Да, он мастер, и я примерно ощущаю объём его источника. Слегка за триста единиц. Но в бою он вряд ли что-то представляет из себя. Это легко читалось и по походке, и по движению тела.

— Ты продолжай, — улыбнулся я мастеру, — что хотел сказать?

— Мальчишка, да ты знаешь, с кем связался?

— Откуда? Ты так и не представился, старик.

— Какой я тебе старик?

— А какой я тебе мальчишка? Следи за языком, старик!

Мне доставляла удовольствие эта пикировка. А то что-то скучно стало. Хоть какое-то развлечение. Стариком, конечно, он не был. Я бы сказал, что передо мной достаточно молодой мастер. По возрасту слегка за тридцать. При этом источник внушительный. Явно нерядовой человек.

— Так что ты здесь забыл?

— Ты сам не знаешь, куда лезешь! Руны для армии — это прерогатива рода Филенко. Ты залез на нашу территорию. Это не останется без ответа!

— Да на здоровье. Я просто делаю свою работу, а ты мне мешаешь.

Я удовлетворённо посмотрел на него. Фамилия — это хорошо, это зацепка, с которой можно работать.

— Дерзкий ты какой-то! Ты же из Нижнего? Что здесь забыл? Да ещё и ученик. Не хочешь по-хорошему? Значит, будет по-плохому, — заявил мужчина с довольной улыбкой. Я давно заметил, что некоторые люди, когда угрожают другим, чувствуют себя гораздо уверенней. Вот и этот из таких.

— А по-хорошему — это как? — уточнил я.

— Отдаёшь нам пятьдесят процентов. Доделываешь заказ и исчезаешь с горизонта. Больше никаких контрактов с министерством обороны.

— Нет, — коротко ответил я.

В этот момент в ангар влетел запыхавшийся подполковник.

— Что здесь происходит? — грозно рыкнул он.

— Какой-то дядька пришёл и мешает мне работать, — по-простому пожаловался я ему. Похоже, мастера начальник лично не знал. Скорее всего, тот договорился или с сержантом, или ещё с кем-то, чтобы его пустили внутрь.

— Кто такой? — обратился к нему подполковник.

— Из министерства обороны, проверяю качество работы вашего мастера, — тот хмыкнул на последнем слове, всем своим видом показывая, что не считает меня мастером. После чего достал удостоверение и показал Смирнову.

— Хм… — Подполковник внимательно вгляделся в удостоверение, — вы вроде бы должны просто принять работу по окончании. Обычно это так делается. Приезжает комиссия и принимает работу. Тем более вы не военнослужащий, а работаете с армией по контракту.

— Да, безусловно, — снисходительно кивнул мастер, — но в данном случае у вас работает не проверенный человек, и работает с машинами командного состава. Вдруг он вредитель?

— С вредителем министерство обороны контракт бы не заключило, — задумчиво произнёс Смирнов. Но было видно, что слова мастера заставили его задуматься. А вдруг я и правда вредитель? И кто будет виноват?