Вечные Пески. Том 7 (СИ), стр. 4

— Уничтожил, надеюсь? — поднял я бровь.

— К сожалению, нет… — с виноватым видом вздохнул Даран. — В этих записях было много такого, что могло пригодиться в будущем. Многого я и сам не знал. И я не решился их уничтожать. Я искренне считал, что человечество должно знать, что с ним случилось. Как минимум, чтобы не повторять своих же ошибок. Жаль, времени разобраться с записями мне не хватило. Я думал, на старости лет займусь, когда уйду на покой. Однако до старости я не дотянул… Жизнь была неспокойная, как ты понимаешь. Умер молодым в возрасте ста двадцати.

— Молодым! — оценил я, фыркнув.

Даран тоже улыбнулся, но комментировать не стал, а просто развёл руками:

— В итоге, эти записи хранились в одном тайном месте. И очень долго хранились, как ты понимаешь.

— А обнаружила их одна Верховная Жрица Священного Храма, напрочь растерявшая уважение к той религии, которую исповедовала… — догадался я.

— Именно так и было, — кивнул Даран. — Причём, как ты уже догадываешься, потеря веры напрямую была связана с тем, каким образом она обнаружила мой тайник. Не буду ходить вокруг да около… Она решила сломать алтарь в центральном святилище!

— Ого! — восхитился я.

— Да, решила сделать другой, поизящнее… — Даран закатил глаза и усмехнулся. — Рабочие принялись расшатывать алтарь, и оказалось, что алтарь вовсе и не алтарь. Он был бронекрышкой над входом в убежище, где все мы периодически прятались. И если разомкнуть замок, то под ним обнаруживается лестница вниз.

— При твоей жизни ещё должны были про него помнить, — заметил я. — Почему забросили?

— Забросили, потому что стало ненужным, — пояснил Даран. — Люди переселились в Междуречье. Там и земля плодороднее, и условия мягче. Убежище забросили, им пользовался только я. И как-то никто и не подумал, что я там склад запрещённой литературы устроил. Ну и я, надо сказать, хитро замкнул замок: так запросто его не открыть. Надо знать либо нужный шёпот, либо понимать, как устроен механизм. Раньше алтарь дважды пытались сдвинуть, но среди умельцев не оказалось людей, способных разобраться в механике. А вот Верховной Дуре повезло. Был там мастер, который раскусил секрет…

— Хорошо, что раньше не смогли, — вздохнул я.

— Ну да… Верховная, к слову, всех рабочих устранила, когда они открыли люк, — заметил Даран. — Совершенно беспринципная сволочь. Зато смогла утаить свою находку. Открывала её только тем, в чьей верности не сомневалась. Сменила шёпот, который закрывал проход. С этим сумела разобраться. А вот прочитать рукописный древний нормально не смогла… Да и не особо-то старалась. Увидела, что хотела, и давай тренировать ритуал.

— Постой… Она же не шептунья! — сказал я. — Как она провела ритуал?

— Нашла помощников среди шептунов, — пояснил Даран.

— И шептуны согласились помогать? — удивился я.

— Не все же такие образованные, как твои спутники. Вытащила шептунов из ханств, где их за ноги подвешивают. Приблизила к себе. Посадила изучать записи. Вот они за неё всё и сделали. И настроили так, чтобы приходилось только поддерживать.

— Жизненная энергия! — осенило меня.

— Да, убивай мучительно людей, чтобы больше ИйСы выдавить, и ход будет пропускать демонов, — кивнул Даран. — В нашем измерении они выжить самостоятельно не могут. Здесь для них всё ядовито. Поэтому они отправляют сюда свои проекции, которые присасываются к людям. Так появляются одержимые. Двенадцатая степень — сделка. Но она всегда стояла особняком. С неё можно сразу перескочить на любую из степеней. А вот другие степени идут в ряд, если подселение всё-таки случилось против воли.

— Зачем такие сложности? — удивился я.

— Чтобы демон сумел появиться и внедриться, ему требуется согласие носителя. Люди не всегда на такое соглашаются. И тогда демоны начинают постепенное внедрение. Одиннадцатая ступень — это неосознанное соглашение. Когда демон незаметно вкладывает в мысли свои «предложения», а человек либо соглашается на них, либо нет. Десятая степень — неосознанное сотрудничество. Человек начинает выполнять то, что от него хочет демон, потому что следует своим желаниям. Девятая ступень — осознание. В этот момент человек начинает подозревать, что на него кто-то влияет. Восьмая ступень — обнаружение. Человек находит источник силы, которая питает его желания. Седьмая ступень — торговля. Человек начинает торговаться. Это последняя ступень, когда сам человек может от демона избавиться. Шестая ступень — соглашение. Пятая — частичное вселение. Четвёртая — полное вселение. Третья — полное овладение.

Даран замолчал, а я не удержался от вопроса:

— А вторая и первая ступени?

— Со второй ты ещё столкнёшься, наверно… — мрачно помотал головой Владыка. — Она тоже стоит особняком. Называется добровольное слияние. Когда человек сам сливается с демоном, постепенно образуя новую личность.

— Тёмным шептуном овладел демон! — припомнил я, что говорили другие боги.

— Да, пока жив тёмный шептун, орды будут приходить вновь и вновь, — кивнул Даран. — Я в своё время именно против таких и боролся. Они выглядят как люди, ведут себя как люди, ничем не отличимы от людей. А вот если использовать ту формулу, которой ты проявлял пятые ступени, то начнётся процесс воплощения демона в мире. Если он завершится, ты столкнёшься с демоном первой ступени. Мы называли её «воплощением». И я честно тебе скажу, тогда все умрут. За всю историю воплощения появлялись лишь трижды. Именно с тех мест, где их убили, и пошли Вечные Пески.

— А третья ступень со временем тоже переходит в первую? — уточнил я.

— О, да… Верховная могла бы стать сосудом для демона. Лет эдак через двести! — Даран усмехнулся. — Но Вечное Дитя помешала ей даже полностью в третью ступень преобразиться. В итоге, ты убил гада раньше, чем он целиком овладел телом. И это хорошо.

— Было сложно, — заметил я.

— Когда происходит переход от второй ступени к первой, процесс идёт гораздо быстрее! — покачал головой Даран. — Когда ты заставишь тёмного шептуна преображаться, у тебя будет где-то три-четыре чаши, пока он будет уязвим. А потом… Потом станет поздно.

— Обнадёжил, — вздохнул я.

— У тебя ещё есть время стать сильнее, — успокоил меня Даран. — Сейчас твоя цель — это Дикий Шёпот. Он решил взять реванш за прошлые поражения. Получил много силы от тёмного шептуна. Тёмный был разочарован, когда прошлая орда не смогла взять даже Кечун. Чтобы в этот раз достичь успеха, он принёс Дикому Шёпоту много жизней. И теперь Дикий Шёпот готов вырезать всё живое на планете.

— Почему орда не убила тёмного? — спросил я. — Он ведь одержим. Значит, в первую очередь по нему и должна была ударить.

— Раньше всё так и происходило, — кивнул Даран. — Но в этот раз Дикий Шёпот пошёл на сделку. Он ведь частично разумен. Да, сознаний в нём целая прорва. Однако они могут между собой договориться. И, видимо, в этот раз у них получилось удержать ИйСовый голод. Чем-то им приглянулся этот тёмный. Впрочем, я знаю, чем… Он не только додумался, как пробудить орду. Он ещё некоторые записи нашёл в Убежище, которые позволили воззвать к разумной части Оружия. Объяснить свою полезность и выгодность, так сказать…

— Это так одержимые оказались в древних городах-убежищах? — уточнил я.

— Там оказался только один одержимый. Хитрый был, сволочь… — пояснил Даран. — Когда мы отправились на поиски Края Людей, этот гад себе последователей завёл. Но как он избегал Дикого Шёпота, вообще никому не сказал. Думал, отсидится по-тихому, протянет лет пятьсот, а потом снова за старое возьмётся. Но я его всё-таки выследил…

На губах Владыки впервые мелькнула хищная улыбка. Сейчас он был не богом. Не Владыкой Времени. Он явно вновь чувствовал себя Дараном. Тем, кто когда-то спасал людей, воевал с демонами, умел злиться и ненавидеть.

— Славная была охота, — вздохнул он. — Жаль, что последняя…

— Он тебя убил? — понял я.

— Мы убили друг друга, — ответил Даран. — Но я умер со спокойной душой, Защитник. Этот был последним одержимым, и я это знал. А он умер, сгорая от злости и обиды. Я выполнил свою главную задачу, а он не достиг своих целей.