Пятнадцать (СИ), стр. 16

Всё. Баста карапузики — кончились арбузики, как сказал Волк в советском музыкальном мультфильме «Волк и семеро козлят на новый лад». В смысле, заряженные арбалеты кончились, а вот преследователи нет. И это просто удивительно, когда из пяти ратник троих в течении минуты убивают, двое счастливчиков должны назад повернуть. Но нет! Скачут, правда, нагонять перестали.

— Сейчас мозжечок простимулируем, — сказал воям Коська и потянулся к своему разряженному арбалету. Он побольше, должны заметить тугодумы.

Парень достал арбалет и демонстративно на ложе стрелу брякнул. И ведь подействовало. Сначала ближний, а, поравнявшись с ним, и второй вой остановился. Коська им рукой призывно помахал.

— Велком! — даже прокричал.

Не повелись, ратники развернулись и порысили к своим. К своим убитым. Нужно доложить о потерях Корибуту. Не похвалит. Ну, это его дело, главное — узнает. Не ждут его тут с хлебом солью, как в Реальной истории.

— А ведь не верил я сказкам про тебя Касьян. А то «Одним махом сто побивахом». Прямо богатырь былинный, впору Баяну про тебя песни складывать, — Фрол чуть придержал коня.

— Останови, дядька Фрол, — царапнуло предчувствие, что всё ещё не закончилось, Коську.

Десятник остановил сани и Коська слетев на землю стал заряжать арбалеты, натягивая тетиву, первым взял немецкий, вторым тоже, а вот когда очередь дошла до его большого, то сил уже не хватало. Тогда Фрол, отобрал арбалет и легко взвёл.

И тут они увидели, что из-за холма выкатывает целая орава всадников. Десяток не меньше.

— Теперь гони, дядька Фрол.

Полная поговорка звучит так: «Одним махом сто побивахом, а прочих не клахом (не считахом)».

Событие двадцать третье

Сколько до деревни Косино осталось? Дорога крюк приличный делает. Напрямки через овраг ближе. Но там не проедут сани. Хм. Но там и лошади не проедут, особенно в самом начале, где просто заросли шиповника, через которые и человеку трудно пробраться. Они там как бы и не выше этого человека.

Но это Коська такой ход углядел, а Фрол казённое имущество, а именно сани и коня бросать не собирался. Сани с Перваком, пока они останавливались и заряжали арбалеты умчались далеко вперёд и теперь уже скатывались вниз к лугу, за которым деревня Косино и находилась. Версты три оттуда. Первак заметил наконец, что отстали командиры и остановился. А Фрол же наоборот настёгивал и понукал коня. Тот не сильно вначале обрадовался очередной гонке, от прошлой ещё пар от мохноногого валил, но вскоре втянулся, да и под гору поехали.

Касьян зарядил свой арбалет и стал прикидывать их шансы выбраться из этой заварухи. Всадников он посчитал. Девять. ДЕВЯТЬ, твою налево, а не девять. Побольше, чем всадников Апокалипсиса. До них ещё метров триста. За сколько они сократят расстояние до критического? Как там в задаче про Ахиллеса и черепаху? Никогда? Они же тоже вон как разогнались. Если бы успели добраться до деревни, то хана бы этому отрядику. Там только арбалетчиков десяток, да ещё четверо дружинников. Может, заметят и поспешат на помощь? Далеко⁈

Все эти мысли роем крутились в голове Коськи, а он сидел на задке саней и смотрел, как ратники князя Корибута их догоняют. Пока у тех получалось так себе. Они были в низине сейчас и решили догонять широким строем, а не по дороге. Окружить видимо сани хотели. И чего получилось, а получилось, что те ратники, что двигались не по дороге, стали сильно отставать. И вместо охвата по флангам получился рыцарский клин. А всё из-за того, что снега вроде не так и много выпало, а зато его весь дуло в эту низину. Там снежная целина глубиной по колено. Лошади застряли. Они боялись бежать по целине, и несмотря на все понукания, шли шагом.

Жаль, что там не все дурни. Трое ехало по накатанному и ещё трое вскоре бросили бороться со снегом и, свернув на дорогу, теперь второй тройкой метрах в пятидесяти ехали за первой.

Впереди три всадника… и у него три заряженных арбалета. Это уже даёт небольшой шанс выжить. Ведь, как и в задаче про Ахиллеса, они не стоят на месте, а приближаются к Косино.

— Касьян, — десятник обернулся, оценивая обстановку и после этого перетянул плетью коня особенно качественно, со свистом и щелчком, — Касьян, может встанем? Пока ты бьёшь, я заряжаю.

— Так и сделаем, но позже. Уменьшим количество смелых и умелых.

Фрол ничего не ответил. Вожжами ещё попытался двигатель подбодрить.

Расстояние уменьшилось метров до ста уже и сани Первака еле двигались вперёд примерно на таком же расстоянии впереди. Фрол засвистел Перваку и руками замахал, чтобы тот начал разгоняться, а то вместо помощи получится беда. Точно придётся из-за него останавливаться и неравный бой принимать.

Коська арбалет положил на колени и стал пальцы разминать. Не так, чтобы уж холодно, но они столько времени просидели, ожидая ратников князя Корибута, да сейчас скачут навстречу ветру, руки замёрзли, не хватало ещё чтобы подвели в самый неподходящий момент.

Пятьдесят метров. Первак разогнался и теперь даже быстрее их движется, его сани были в десятке метров впереди, а сейчас уже все двадцать. Уставал их конь — это видно было. Не добраться без боя до Косино и оттуда не ринутся на помощь, а если и поскачут, то не успеют.

Двадцать метров. В первого, на этот раз в синем плаще, воина можно и выстрелить. Но если в первый раз силы были соизмеримы с учётом трёх его выстрелов, то теперь расклад не в их пользу и промахиваться нельзя.

Десять метров. Теперь видно, что на ратнике обычная кольчуга, можно и в грудь стрелять. Но Коська ещё решил выждать. Нельзя промахнуться. Семь метров. Пять. А вой даже и не пытается прикрыться шеей коня. Скачет, как Василий Иванович Чапаев в фильме, отнеся руку с саблей в сторону. Не оговорка. Именно с саблей. Трофей от татар.

Касьян прицелился в центр груди. Там аорта и попади парень в неё, и этого можно не считать. Вжик, плечи арбалета разогнулись, и тетива отправила стрелу в грудь ратника. Ох, как удачно он промахнулся. Стрела попала в голову коня и тот кувыркнулся сразу через голову, не в этом удача, а в том, что скачущий за ним и чуть сбоку всадник напоролся на падающего коня ратника с синем плащом, и его конь тоже кувыркнулся и вмял седока в снег. Ну, тут снега и пяти сантиметров на дороге не будет, не поможет такая подушка безопасности.

А промахнулся Касьян, потому что в момент выстрела сани подбросило на ухабе. Это не волшебная никакая дорога, а обычная для этого времени кривоватая и изрытая колеями от колес грунтовка. Тут ведь как народ поступает, если дорога не лесная, то появившуюся колею просто стараются объехать. Ну, станет дорога чуть шире, в чём беда. Потом так же в другую сторону. А потом снова в ту, но ещё дальше. В результате получается такое, что можно назвать — ухабы и ямы. И первый выпавший снег чуть, конечно, сладил их, но ключевое слово — чуть. Сани прыгали, и конь спотыкался. Именно на таком ухабе Коська и нажал на скобу. Хорошо они уже под гору спускались и стрела ниже, а не выше ушла.

Событие двадцать четвёртое

На этом птица удача цвета ультрамарин не перестала бонусы раздавать. Чтобы не попасть в кучу малу, третий вой из первой тройки направил резко коня в сторону, и тот вылетел на поле с нетронутым снегом. Здесь, почти на вершине холма, на который они забрались, его было не столько как в низине, но хватило, чтобы лошадь сначала замедлилась, а потом и остановилась.

Всё, теперь бонусы кончились. Объехав барахтающихся в снегу людей и лошадей всадник вновь выехал на дорогу, как раз и вторая тройка примчалась, эти тоже обогнули неудачников и погнались дальше за возом с Коськой и Фролом. Настырные, черти. Заминка дала Фролу возможность увеличить разрыв вновь до пары сотен метров. И на столько же сократить путь до Косино. До него теперь пара вёрст где-то оставалось, и оно уже было отчётливо видно. В домах топили очаги, и столбы дыма поднимались в небо из дыр в кровле. Пытались подниматься, ветром их сносила как раз сюда, даже дымком ветер стал попахивать. Вкусно.