Алый бант в твоих волосах. Том 6 (СИ), стр. 9
От произведённого эффекта по затылку прокатилась волна приятных мурашек, и мне резко расхотелось отказываться от такого неожиданного удовольствия.
— Тогда теперь ты! — Мика внезапно убрала от меня руки, вернув из грёз в реальность.
— А? — слишком поздно опомнился я. Это что, всё?
Когда оглянулся, Микаэла уже стояла перед столом спиной ко мне в ожидании массажа.
Что ж. Услуга за услугу. Так и быть.
Я протянул руки к её шее и, следуя показанному мне примеру, начал массировать воротниковую зону.
— Ах, боже! Какой кайф… Тебе говорили, что у тебя чудесные руки? А-ах… Продолжай. Да, немножечко ниже. Ага, вот там. Ох… Да-а! — почти стонала она.
Наклонилась, вынуждая меня сократить расстояние, и упёрлась ладонями в край стола. Я продолжал массировать плечи и шею девушки, надавливал подушечками больших пальцев на мышцы вдоль позвонков, а она тихо сопела от наслаждения.
— Всё, достаточно, — решил я заканчивать это безобразие.
От подобного просто невозможно не возбуждаться! И ладно бы это происходило с кем-нибудь из моих девушек. Но сейчас я стою позади Мики и едва не упираюсь пахом в её нарочно оттопыренную пятую точку.
— Нет, нет, ещё немножко. Ну, пожалуйста, Артемис! Нереальное блаженство! Умх…
После столь лестной просьбы я не решился отказать. Да и чего скрывать, мне самому было приятно делать массаж. Микаэла млела под моими руками, таяла словно горячий воск и, похоже, с трудом сдерживала рвущиеся наружу томные стоны.
Но, как рано или поздно заканчивается всё хорошее, пришло время закругляться с массажем.
Мика ткнулась в меня своей попкой и ойкнула, будто сделала это нечаянно. Развернулась и впилась в меня осоловевшим взглядом.
— Благодарю. Я твой должник. Проси о чём хочешь, — проворковала она, заправляя за ухо выпавшую прядку светлых волос.
— Э-э… — только и смог промычать я. Отчего-то все мысли разом исчезли из моей головы. — Ну… хорошо.
— Хорошо? А-ха-ха! Ты такой забавный. Ладно. Давай его уже сюда! — отсмеявшись, скомандовала она и ввергла меня в недоумение.
— Кого? — опешил я, и мой перегруженный мозг принялся рисовать до ужаса неприличные картинки.
— Колечко, что у тебя в кармане! Забыл? — кокетливо напомнила девушка.
— А! Точно! Сейчас…
Вспомнив, что взял на хранение её украшение, я с облегчением выдохнул. Сунул руку в карман шорт и достал оттуда красивое кольцо из платины, искусно инкрустированное голубым топазом. А Мика с готовностью выставила свою ладошку, растопырив тонкие пальчики.
— Надевай! На какой, сам догадаешься? — подначила она меня.
Сомневается, что ли? Да запросто!
Немного помешкав, я прикинул размер кольца и аккуратно надел его на самый подходящий палец. Село идеально. Меня даже не смутило, что этим пальцем оказался безымянный. Тот самый, на который обычно надевают помолвочное кольцо.
И только я подумал об этом, как Микаэла поспешила радостно воскликнуть:
— Боже, Артемис! Это мне⁈ Ох… Я согласна!
Чего? Нет! Что за идиотские шутки?
Глава 5
Твое сердце меня волнует
Стоя сбоку от письменного стола, Микаэла крутила ладошкой перед своим лицом и любовалась «новым» колечком, которое ей якобы подарил я, и сам же надел на её безымянный палец. Как символ предложения о помолвке. Не иначе.
Задурила мне голову массажем, а я и не подумал, что это всё такой хитрый план. Просто хотел вернуть вручённое мне на хранение кольцо и повёлся на очередную провокацию этого белокурого недоразумения.
Естественно, никто из нас не принимал шутку всерьёз. Ни я, ни она. И раз это игра, я сначала решил подыграть, перевернув всё с ног на голову, чтобы из чистого любопытства посмотреть на реакцию Мики.
Однако едва появившаяся на моём лице улыбка исчезла, когда я подумал, что этим дам девушке лишний повод. Ведь я не планирую строить с ней романтические отношения. Да и ей это совершенно не нужно.
Поэтому я сделал сердитое лицо и громко рявкнул:
— Мика, хватит!!! Это не предложение руки и сердца!
Но, похоже, слегка переборщил с выражением эмоций и невзначай перепугал бедную девушку.
— Ой… Что-то у меня коленки затряслись… — Мика вся сжалась, пошатнулась, и её пятая точка удачно нашла опору в виде края стола. — У-ух… И ноги в-ватные стали.
Она испуганно завела руки за спину и опёрлась ими на столешницу. Её налитая грудь выпятилась вперёд, а набухшие соски призывно встали торчком под розовым топом. Будто два мощных магнита, они тотчас притянули к себе мой настороженный взгляд.
Я всё ждал, что девушка побледнеет и упадёт в обморок. Только вот её щёчки почему-то становились лишь ярче, наливаясь краской с каждым ударом сердца, пульсирующего на тонкой шее.
Несмотря на найденную опору, через мгновение Микаэла продолжила медленно сползать ниже. И тогда мне срочно пришлось сжать руками её тонкую талию, чтобы не дать девушке упасть на пол.
— Что же ты со мной делаешь, Артемис? Не кричи на меня так! Это дико возбуждает, — чуть ли не простонала она и прикусила краешек нижней губы.
Ах ты, симулянтка! Опять разыграла комедию?
— Ты… Какого чёрта⁈ — выпалил я и моментально убрал свои руки. В тот же миг Мика начала сползать вниз ещё быстрее, чем прежде, и мне снова пришлось вцепиться в её талию.
— Сожми меня крепче, — захлопав ресничками, тихо, словно из последних сил, попросила она, а затем хитро улыбнулась и добавила: — Это приятно.
— Приятно ей, — не убирая рук, с досадой повторил я и ощутил себя мотыльком, угодившим в липкую сеть паучихи. Однако стоит признать, паучихи красивой и весьма соблазнительной. Да и вряд ли она желала мне зла. — Ты понимаешь, что я не железный? Я ведь могу и сломаться!
— А как же наш поцелуй? — напомнила она, заставляя меня вновь задуматься о том, где проходит красная черта.
Да и при чём здесь поцелуй? Намёк, что я уже сломлен? Ни фига!
Недолго поразмышляв, я решил говорить прямо, без намёков:
— Поцелуй во сне — не измена. Но ты ведёшь себя так, будто хочешь, чтобы я тебя тр… — Я вовремя осёкся. Ну да, хотел сказать «трахнуть». Самое подходящее слово! Мысли опять вернулись ко сну и идее, что сновидения — всего лишь фантазия. А ограничивать себя в фантазиях не только глупо, но и вредно. Однако сейчас речь идёт о реальном мире. Собравшись с духом, я закончил свою фразу: — Словно хочешь, чтобы я занялся с тобой сексом.
— Ну, прости меня! Да! — расстроенно ответила Мика, совсем не скрывая своих намерений, и от её слов по моей спине пробежал холодок. — Что я могу поделать, если мне очень хочется⁈ Вы трахаетесь ночью. Трахаетесь днём. Потом девчата спорят до драки о том, кто из них сделает тебе минет первой. А я… Я что, дура, по-твоему? Я всё это вижу… Слышу… И ничего не могу с собой поделать! — Сейчас Микаэла была абсолютно серьёзна. Настолько, что готова была в любую секунду зареветь или впасть в истерику. — Думаешь, я не давала себе обещания прекратить это? Ага, как же! Я даже Лере поклялась, что между нами не будет… Хм… Да ты всё равно не изменишь своим девушкам! Если бы хотел, уже сто раз мог со мной это сделать… — обиженно фыркнула напоследок она и, отвернувшись, стыдливо опустила взгляд в пол.
Вот так признание. Накипело, похоже.
И что мне делать? Злиться глупо. Ругать бессмысленно. А помня о наследственной гиперсексуальности девушки, пытаться её «вылечить» — только всё портить. М-да…
Я молча сжимал талию Мики, машинально оглаживая большими пальцами её нижние рёбра, и думал. Думал, снова думал и молчал.
Она медленно повернула голову и подняла на меня свои красивые, голубые, намокшие глаза. Её нижняя губа затряслась.
— Артемис, ты меня хоть немножечко любишь? — дрожащим голосом едва слышно спросила меня Мика.
— Чего⁈ — Я шире распахнул глаза, но моя визави тут же вновь отвернулась.
Нет, я не ослышался! И еле сдержался, чтобы как следует не встряхнуть девушку. Вспомнил наш последний ночной разговор и ещё одно её признание. Вспомнил, как она говорила, что первый раз — это важно, и что она сделает это с тем, кто будет любить её и дорожить ей. А ещё вспомнил ванную комнату, где моя рука указала на неё.