Я – Легенда! Книга III (СИ), стр. 44

— Ты полегче Гонза, с выражениями, — нахмурился Пират. — Так-то я его поболе тебя знаю и таких выражений он не заслуживает.

— Слеповат ты стал Пират, на старости лет, — не удержался от колкости Гонза, но не стал развивать эту тему, уважая хозяина и его дом. — Я к чему веду! Когда он на стол молодым кинул свой комок с тряпьём, — голос Гонзы упал почти до шёпота, — он сказал им: «Сегодня вы ступаете на новый путь. Нет больше Дмитрия. Нет больше Марии. Теперь вы семья и её важность превыше всего». А потом сказал: «Пока вы вместе, храните друг друга и свой путь». А в конце: «Носите не снимая. Они всегда подскажут что с вашей второй половиной».

— Мы не глухие, Гонза, — покачал головой Пират. — Мы сами это тоже слышали. И что?

— И что? Ты издеваешься Пират? Это же вторая книга Странника! Начало пути. Венчание у жреца. Я эти слова с десяти лет помню!

— Да твой дед тот еще фанатик был, — оскалился Безухий. — Но зато храм сгорел, а все книги у тебя в голове теперь.

— Да ты… — начал приподниматься со стула Гонза, но тут Безродный первым ткнул в бок локтем соседа.

— Дурак ты Безухий и шутки у тебя дурацкие. Деда-то Гонзы Космачёвы спалили вместе с храмом и со всеми, кто внутри был, не только с библиотекой.

— Прости, Гонза, занесло меня… — сорвал ушанку с головы Безухий.

— Дурень, — скривился Гонза, но уже беззлобно.

— Гонза, — Петька Безухий решил быстрей замять конфликт, переведя тему, — а ты сам в этих словах уверен? Не путаешь по памяти?

— Мне Петя, все эти знания дед палкой на всё жизнь забил, и вот это уже не шутка, — грустно усмехнулся старик.

— А скажи мне ещё одно, — медленно произнёс Бобёр, и все головы поневоле повернулись к нему, потому что Бобёр редко когда вообще рот открывал. — Я в обрядах не силён, но бабка моя дюже любила сказки мне на ночь рассказывать. И помню, как сейчас, там перед присказкой последней «вот и сказочке конец…», свадьба была у доброго молодца. И Странник их благословлял. Так там тоже молния между молодыми проскакивала. И ты думаешь…?

— Я думаю, что подстроил это все барон! Чтобы пыль нам в глаза пустить! — запальчиво воскликнул Гонза.

— И покрывало это еще из кристаллической связи на плечах… — это уже был Захар. — Помню я эту сказочку…

— Вот! А я о чем! — обрадованно вскрикнул Гонза, тыкая пальцем в Без родного. — Кто-то нашептал ему слова, кто-то нашептал ему обряд, кто-то научил его, как нам в глаза ссать! Аристократы это умеют. Они с детства учатся, как простому человеку голову забивать. И этот, ваш дикий барон — не дикий совсем! Подсадная утка он! Нам, на погибель посланный! Хотят нас в полис заманить. Чтобы мы за ним пошли и чтобы мы ему людей привели. Чтобы мы под него легли! Я этого не позволю. Я тридцать лет деревню держу, я этих имперских умников насквозь вижу! Я не куплюсь!

— Гонза, — неуверенно произнёс Петька Безухий, и не поднимая глаз продолжил, — а ты сам уверен, что он купить нас сегодня хотел? Он же просто подарок молодым отдал. И ушел!

Гонза открыл рот, но ничего не сказал.

— Ты сам подумай, — так же тихо продолжил Безухий, теребя в руках свою ушанку. — Если бы он нас покупал, он бы тебе и мне с Захаром, к примеру, по чёрному камешку положил, в каждое кольцо по руне врезал, может даже золотом осыпал. А он что?

— А он посидел с простым народом, уважил молодых и просто ушел, — глухо подтвердил Бобёр.

— А ещё, Гонза, — наконец, подал голос Струна. — ты заметил, как он на тебя отреагировал, когда ты влезал не туда? просто попросил не перебивать, грозя просто выгнать из-за стола. Как мальчонку нерадивого. А ведь имел право просто выпороть!

— Пусть бы попробовал! — воинственно прошипел Гонза.

— Помолчал бы, уже… герой, — с усмешкой одернула его Юлия. — Барон нас у себя приютил, пока ты…

— Юлька! — стукнул по столу Пират.

— Я уже пятый десяток Юлька, — недовольно огрызнулась его супруга, но всё же фразу-обвинение так и не закончила.

В комнате снова сделалось тихо, а на улице гармонист затянул другую заздравную песню, которую подхватил уже целый хор.

— Ладно… пустое это, — наконец произнёс Пират. — Бобер? Струна? Завтра, как подарки от его благородия получите, надо бы парой слов перекинуться.

— Да без проблем, — пожал плечами Бобёр.

— А ты угомонись уже, старый, — беззлобно обратился Пират к Гонзе.

— А что я… — Гонза замолчал, потёр лицо сухой рукой. — Будь по-твоему, Пират, ты тут хозяин. Но я ещё посмотрю. Не верю я, что нам с имперскими по дороге. Я просто подожду.

— Что ж, Лунь, дело твоё, — кивнул Захар. — А я к барону завтра сам подойду, на свежую голову. Пират поможешь?

— Замолвлю словечко, но ничего не обещаю, — усмехнулся Пират.

— Этого достаточно, — серьезно кивнул головой Безродный.

— Ну пошли догуливать, что ли? — усмехнулся Пират и все нестройно повалил на выход.

Уже на улице, под веселый гул празднующих людей, его людей, которые совсем недавно были на грани смерти, Пират сидел и молчал. Пират сегодня был хозяин праздника. Но он жил на земле другого хозяина.

Сегодня под куполом молодого барона появилась новая семья, это значило, что жизнь продолжается несмотря ни на что. Но вот эта новая жизнь у молодых, это не его Пирата, заслуга, а молодого человека, который сегодня вечером пришёл сюда в полевой форме с пылью на рукавах, поел вместе с простолюдинами, сделал молодым просто бесценный подарок, благословил их союз и просто ушёл.

И этот человек, как бы ни кричал на него сейчас старый Гонза, кем бы он там ни был на самом деле, сделал для Пирата и его людей такое… что в пустошах не измеряют деньгами.

Пират поднял свою чарку и присоединился к веселью, машинально произнеся традиционный тост Вольных, который так не любили аристо.

— Лёгкого Пути!

Иногда достаточно поставить перед собой чёткую цель и разум сделает всю остальную работу. Мне нужно было хорошенько отдохнуть, и я отрубился ещё по пути на базу. Как меня Мастер перегружал в мой домик помню очень смутно, хотя даже до спальника я точно шёл своими ногами.

Кристалл уже заранее считал всё необходимое о моём состоянии и последнее, что я запомнил — это приятный мягкий свет, льющийся со стен. Наверное, какие-то вещи я делал на подсознательном уровне. Потому что ничем иным не могу объяснить своё состояние утром.

На данный момент я обладал очень мощно развитой кристаллической сетью в теле, но она была узко заточена под работу с основой защиты моего баронства. За пределами своих владений, я оставался обычным рунником первого ранга, пусть и с достаточно большим запасом энергии. А ещё с опытом построения и связывания магических знаков, который даже меня самого удивлял.

Хотя после посещения пустоты какие-то части разрушенной личности начали мучительно восстанавливаться, но пока это касалось в основном механоидов и их странных законов, которые вынуждали иномирцев снова и снова возвращаться к выполнению неведомой никому задачи.

День решил начать с хорошей разминки. Ума и тела. Вчера лёг поздно, поэтому проснулся, когда весь лагерь уже был на ногах. Стройка шла полным ходом, и вмешиваться в неё я не собирался. Вместо этого нашёл Илью и предложил ему устроить спарринг.

— Даже не знаю, ваше благородие… — озадаченно ответил командир Полуночников. — Мои методы боя мало годятся для тренировок.

— Это как раз то, что мне сейчас нужно, — усмехнулся я в ответ. — Идём.

С самого момента пробуждения в голове стоял постоянный гул. Множество мыслей появлялись и исчезали с такой скоростью, что я иногда даже отслеживать их не успевал. Болотовы, ситуация с Елизаветой Дмитриевной. Овчинниковы, будут ли ещё попытки устранения? Имеет ли граф отношение к ловушке с иссушителями? Почему конвой Овчинниковых чуть не уничтожили такой же закладкой? Как поведёт себя Космачёв? Стоит ли привлекать сторонних исполнителей? Какие могут быть проблемы от Вольных? Вопросы, вопросы, вопросы… И каждый из них требовал внятного ответа прямо сейчас. Потому что потом готовиться будет поздно.