Опал памяти. Свои, стр. 8

— Как ты ее пропустил? Куда смотрели дозорные?

— Я думал, они на месте. Летано ничего не сказал.

— Какой бардак! — капитан посмотрела на выходную печать. — И ты их не увидел?

— Я не был снаружи, — тихо ответил лейтенант.

— Почему?

— Я собирался, но... уснул, — он опустил взгляд.

Глаза капитана расширились.

— Ты... что?

Лейтенант Вайс глубоко вдохнул, капитан продолжила:

— Сегодня девчонка переночует у тебя. А с утра проводишь ее в Зал Двенадцати.

— Что значит у меня? — он посмотрел на Айю. — В моей комнате?

— Да, — капитан расправила плечи. — Этой ночью кровать тебе не понадобится. Закончишь с ней — выстави дозорных и будь снаружи.

***

— Можешь занять мою койку, — проворчал лейтенант, пропуская Айю в комнату. В помещении было темно, единственный источник света — бледное сияние ночного Перламутрового Пояса.

— Куда можно положить сумку? — тихо спросила Айя.

— Разберешься, — буркнул лейтенант и вышел.

Айя неловко прилегла на застеленную кровать.

Вдруг у окна послышался шорох, словно что-то живое зашевелилось в темноте. Айя приподнялась на локтях и посмотрела в направлении звука — ничего. Что здесь происходит? Сначала в коридоре, теперь тут… Спустя некоторое время страх отступил, она медленно опустилась назад и накрылась покрывалом с головой.

Глава 6. Инициация

1 день Империала 511 года от начала Святого Правления.

Айя проснулась. На краю кровати лежала сложенная форма. Лейтенант Вайс дремал за столом у окна. Айя медленно поднялась и села, но пружина в кровати ехидно взвизгнула. Лейтенант дернулся, открыл глаза и пробубнил:

— Одевайся и выходи, — затем тяжело встал и скрылся за дверью.

Айя внимательнее осмотрела новую одежду — все белое: ботинки, рубашка, брюки со стрелками, китель с цветовым спектром без буквы в центре, на плечах погоны с литерой «К». Она нацепила форму и вышла в коридор. Лейтенант Вайс подвел ее к двухметровой печати перемещения и сказал:

— Зал Двенадцати.

Яркий фиолетовый свет зажегся в ответ на призыв. Айя зажмурилась и прошла сквозь стену.

Гул возбужденных голосов окатил волной, оглушив после тишины коридора. Впереди простирался огромный круглый зал, заполненный людьми. Внизу — арена, окруженная белыми рядами скамей, восходящими ступенями вверх. Сами ряды разделялись широкими лестницами, разграничивая зал на двенадцать секторов. Каждый освещался через свой сегмент витражного купола, заменявшего потолок. Айя запрокинула голову: свет пробивался сквозь стекло, заливая ряды внизу. В центре витражей угадывались непрозрачные буквы, отбрасывающие крупные тени. Айя посмотрела на фиолетовый сектор, затем на спину лейтенанта — один в один.

— Твое место там, среди кадетов-первогодок, — он указал подбородком на нижние ряды, где собрались юноши и девушки в белой форме, и засеменил вниз по лестнице. Айя поспешила за ним.

Арену покрывал мозаичный пол, украшенный гербами. В центре возвышалась пятиметровая статуя: четыре тела, соединенные на уровне талии, образовывали одну массивную фигуру с четырьмя головами и восемью руками. Лица смотрели вверх, взгляды упирались в глаза огромных мраморных статуй, стоящих за спинами гостей на последних рядах. Каждый колосс занимал угол невидимого квадрата с вершинами за сине-фиолетовым, зеленым, желто-оранжевым и красным секторами, образуя крест. Все четыре изваяния были в форме, отдаленно напоминавшей нынешнюю.

Айя пригляделась к женщине за сине-фиолетовым сектором: короткие прямые волосы, мягкое выражение лица. Она держала в левой руке маленький шарик, правая застыла в движении, словно еще секунду назад описывала круг. Такой жест был у лейтенанта Вайса, когда кольцо стало арбалетом. Айя перевела взгляд на вторую статую за зеленым сектором. Скульптура слегка наклонилась вперед, выставив левую ладонь с растопыренными пальцами, словно что-то удерживая. Вторая рука подпирала первую под локоть. Взгляд двинулся дальше, за желто-оранжевый сектор, и остановился на изваянии мужчины. Его ладони соединились в жестком хлопке, брови съехали к переносице. Айя застыла. Это же Август. Только моложе.

— Лейтенант Вайс, — она остановилась на полпути, — кто это?

— Это? — он посмотрел на статую. — Святой Астриус. Откуда ты свалилась?

— Астриус? — она пристальнее всмотрелась в каменное лицо. — Он сейчас здесь? В академии?

— Конечно, нет, — лейтенант улыбнулся. — Он умер сотни лет назад. Тебе все расскажут на учебе.

Айя мельком осмотрела последнюю фигуру: грозный мужчина с длинными, гладкими волосами ниже пояса выставил руки вперед, отталкивая нечто невидимое.

— Быстрее, Ригель, я спешу, — донеслось снизу.

Лейтенант уже оторвался на один пролет. Айя ускорилась, вертя головой. По периметру Зала Двенадцати одна за другой вспыхивали печати перемещения. Из них выходили гости и рассаживались по местам. Айя оглядела ряды, охватив их полностью. На верхних сидели люди в гражданском, ниже — в черных мундирах, ближе к середине — в темно-серых, дальше — в светло-серых, в самом низу — в белых. На погонах у всех, кроме военных в черном, была буква «К».

Спустились в самый низ. Отсюда арена просматривалась в деталях. Вокруг восьмирукой статуи стояли четыре стола в форме полумесяцев, обращенные к центру.

— Сейчас я тебя кое-кому передам, — сказал лейтенант Вайс. — Она введет тебя в курс дела. Мне уже пора.

Он поймал кого-то взглядом в толпе и призывно махнул рукой. К нему, отделившись от остальных, направилась девушка в белой форме с длинными розовыми волосами и прямой челкой. Под глазами раскинулись две черные надписи — татуировки. Поверх кителя болтался большой круглый медальон с изображением четырех ладоней, расположенных крестом. Девушка подошла и приветственно склонила голову.

— Великий день, лейтенант Вайс. Да благословит нас Святая Квадра, — она коснулась пальцами медальона. — Чем могу быть полезна?

— Это Айяла Ригель. Холли, пожалуйста, помогите ей освоиться.

Девушка коротко кивнула, взяла подопечную под руку и повела к рядам с сиденьями. Айя оглядела ее. Судя по форме — тоже первогодка. Почему лейтенант с ней так церемонился?

Холли нашла два свободных места, предложила Айе присесть, затем опустилась сама. Выпрямилась, повернулась в пол-оборота и положила руки на колени, одну поверх другой.

— Я — Холли Спирит из древнего рода Спиритов, верных служителей церкви Святой Квадры, блюстителей морали, хранителей Архива Памяти, — она вздернула подбородок и спросила: — а кто ты?

— Ригель, Айяла, — Айя подалась вперед. — Архив Памяти? А что там?

— История всех семей Лиджи, — ответила Холли. — Кто когда родился, умер, чем занимался, жены, мужья, дети, — она наклонилась ближе, точно собиралась открыть важную тайну, — выслужился или провинился. Мы знаем все. И, разумеется, храним эти знания в строжайшей тайне. Видишь герб? — Холли указала на медальон. — Это четыре ладони Святой Квадры — символ нашей веры и преданности. Мы ведем Архив Памяти от начала времен. Первый Спирит даже строил эту самую академию рука об руку с генералом Рубером.

— Генерал Рубер? Тот, что на обложке? — Айя оглядела новобранцев в своем ряду, многие держали перламутровые брошюры в руках.

— Он самый, — Холли кивнула, — человек, что принес магию Святой Квадры и летоисчисление.

— Летоисчисление? — Айя запнулась. — Сколько же ему лет?

— Сейчас идет 511-й год... — Холли подняла глаза, словно рассчитывала что-то у в уме.

— То есть не меньше... — Айя уставилась на нее, затем изогнула брови. — Не верю. Так не бывает.

— Бывает, — ответила Холли и прибавила: — Какие у тебя акценты?

— Опять эти акценты, — буркнула Айя. — Что это вообще такое?

Холли посмотрела на нее и медленно, делая паузы, проговорила:

— Какого цвета магия твоих отца и матери?

— Не знаю, — Айя скрестила руки. — Никакого, наверное. Они, может, вообще уже мертвы.