Люди и Боги, стр. 50
– Ворон?..
– Карр-каррр! Позвольте подойти!
– Только вы один, агенты пусть разойдутся.
– Согласен!
Мира отдала приказ, и гвардейцы позволили Марку приблизиться.
Он выглядел так же щегольски, как при давнишней первой встрече: черный камзол, белая рубаха с кружевами, лакированные башмаки, шейный платок. Марк отвесил поклон, широко улыбаясь.
– Чему вы так радуетесь, сударь?
– Неформальной встрече с вашим величеством. Две прошлые были очень интересны.
– Служба на Севере не стерла их из вашей памяти?
– Ах, что вы! То были прекрасные светлые деньки! Пара милых уютных убийств, улики, связанные честной логикой, старомодный злодей безо всяких Перстов и Абсолютов… Разве вам не приятно вспомнить?
Мира усмехнулась не без яда:
– Вы правы, сударь: времена сильно изменились. Раньше мы служили одному владыке.
На вдох улыбка покинула лицо Ворона, и Минерву это порадовало.
– Должен заметить: грубоватое начало, ваше величество. Так может говорить лишь человек, не замечающий нюансов.
– Каких же?
– Первый нюанс: владыка Адриан незаслуженно обвинил и разжаловал меня, и дал задание, которое вело к моей смерти. Нюанс второй: если б я выполнил это задание, мы с вами оба очутились на Звезде. Меня прикончили бы люди Ориджина, а вы бы сгнили в пещерах. И третий: до вчерашнего утра Адриан был мертв.
Очень хотелось спросить: изменило ли вчерашнее утро взгляды Марка? Но Ворон прав: начало вышло грубым, нужно иначе.
– Не могу не согласиться, сударь: дворец радует меня больше, чем келья. По меньшей мере, здесь подают кофе и вино.
С видом полной непринужденности Марк облокотился на парапет:
– Так побеседуем же, как встарь. Политика и юмор, ничего более, разве только капля флирта.
– Вы порадуете меня, сударь, если расскажете о Кукловоде.
Марк закатил глаза:
– О, боги, вы ведь уже не дочь Медведицы! Откуда столько грубого напора? Сразу Кукловод – будто не о чем больше поговорить! Спросили бы обо мне что-нибудь.
– С удовольствием. Как вам живется, сударь, на службе у нового лорда?
Марк шмыгнул носом.
– Ваше величество, у кого вы научились хлестать вопросами, будто плетью? Не у меня ли?
– Взрослею, – обронила Минерва. Вот сейчас это слово пришлось кстати.
Ворон замялся:
– Что ж…
Она одарила его снисходительной усмешкой:
– Коль вы совершенно неспособны к беседе, то возьму это бремя на себя. Знаете, я много думала о Кукловоде и мечтала с кем-то поделиться. Сделаю вид, что вы того достойны.
– Благодарю так горячо, будто вы уже сказали нечто ценное.
– Галлард Альмера никогда не подходил на роль Кукловода. Он мог быть сообщником – да. Мог отдать Ульянину Пыль в обмен на сожжение Эвергарда, мог помочь нападению на Адриана… Но некоторые поступки Кукловода никак не подходили Галларду. К примеру, зачем ему красть достояние Династии? Он – глава Церкви, мог выпросить нужные Предметы на время, под предлогом какого-нибудь праздника. Больше того: зачем ему участвовать в интриге Сибил Нортвуд? Будь он Кукловодом, то мыслил бы масштабнее: нужна ли Глория на троне, если с помощью Перстов сам Галлард может стать владыкой?
– Ах, ваше величество, я притворюсь, что сегодня – это вчера! Ваши слова звучат так умно, ведь не было еще писем из Уэймара, и никто не знает, что Кукловод – Виттор Шейланд!
– Кстати, что было в этих письмах?
– А вы не слышали?.. Чем же вы занимались все утро?!
– Не вижу трагедии в том, если дама немного задержалась в постели. Некий сударь может получить удовольствие, пересказав ей главные новости.
Марк приосанился:
– Охотно! Наш любимый герцог получил два письма. Первое, прочтенное в Палате, было от леди Ионы. В нем говорилось, что Виттор Шейланд – злодей и главарь еретиков, и она замышляет атаку. Поскольку герцог Ориджин некоторым образом агатовец, и не совсем лишен фамильного дара предвидения, то он заблаговременно впал в печаль. Надо сказать, он не ошибся, что подтвердило второе письмо, полученное нынче утром. Его отправил некий кайр – вероятно, последний из уэймарского отряда северян. Иона со своими людьми вывернула замок наизнанку, обратила в бегство гарнизон и почти захватила мужа. Но парень с Перстом Вильгельма переломил ход сражения. Иона покончила с собой, чтобы не попасть в плен. Кайров перебили, но один сумел бежать и послал донесение герцогу. Теперь мы точно знаем, что Кукловод – Шейланд, с ним в Уэймаре горстка воинов и один Перст.
Ворон выдержал паузу, наблюдая за лицом Минервы, а потом обратил взгляд к Ханаю:
– Красиво, ваше величество, не правда ли? Эти лодочки, отражение огней… Будь я поэтом, непременно описал бы это как-нибудь… поэтично!
– Жаль, что вы не поэт.
– Но приятно, что я и не сапожник. С детства мечтал им не быть – и видите, удалось! Ваш ход – скажите теперь вы о Кукловоде.
– Боюсь, все важное о Кукловоде вы уже слышали от кого-нибудь. Но вот его брат, Мартин Шейланд, незаслуженно обойден вниманием. Знаете ли вы, что Мартин – убийца, насильник и зверь?
– А также безумец, ваше величество. Я читал отчеты. Глубоко сочувствую вам.
– На счет безумца я теперь сомневаюсь. Мартин – странный и опасный человек, но в его действиях прослеживается логика. Старший брат собирает Абсолют, чтобы достичь бессмертия. Младший тоже собирает кое-что в поисках бессмертия – только не Предметы, а трупы. Старший брат знает, что власть над Предметами дает первокровь. Младший брат тоже знает, что кровь важна, только не понимает, какая именно и что с нею делать.
Марк навострил уши, старательно изображая безразличие. Мира продолжила:
– Мне думается, Виттор не вполне доверяет Мартину. Сказал ему о поисках бессмертия и о первокрови, но не выдал точных рецептов, и Мартин, чтобы не отстать от брата, предпринял собственные опыты. Я полагаю, между братьями есть давний затаенный конфликт: Виттор считает Мартина глупцом, а тот подавляет обиду и мечтает проявить себя.
Ворон проследил взглядом за каретой, которая шумно пересекла дворцовый мост.
– Вот же мчится! Куда ее несет?.. Не скажу, ваше величество, что совсем не думал о Мартине. Но и не буду лгать, что думал столь же успешно, как вы.
– Тогда ваша очередь говорить. Как считаете, сударь, много ли шансов у Кукловода против Ориджина?
Марк улыбнулся:
– Самый праздный вопрос изо всех. Вы же задали его только ради умственной забавы, правда? Предлагаю вам сперва пофантазировать самой.
Мира согласилась.
– Вы говорите, у Шейланда осталось мало воинов?
– По словам того кайра, дюжина мечников да полсотни стрелков. Ну, и перстоносец.
– А ударная бригада позавчера атаковала Арден, где потеряла половину бойцов.
– Верно.
– Поезда остановлены, значит, бригада скачет своим ходом. Самое меньшее, четыре дня до Дымной Дали и шесть дней кораблем через озеро.
– Почти так, ваше величество. Видите ли, птица летит быстрей, чем скачет конь. А волна – еще быстрее птицы… По приказу герцога я еще вчера начал строить барьеры на пути перстоносцев. Перекрыты главные дороги, мосты, речные порты. Каждую преграду им придется брать с боем, теряя время и людей. Либо двигаться через леса и поля, чудовищно снизив скорость. Четыре дня от Ардена до Дымной Дали – весьма оптимистичная оценка. Неделя будет вернее.
– Согласна с вами, сударь. А когда бригада все же доберется до озера, ее ждет новый барьер: водная блокада. Если Пауль захватит судно и пойдет напролом, его потопят с расстояния баллистами. Так что он поведет своих людей вокруг озера, что займет… ммм…
– Недели три, – подсказал Ворон. – Паулю придется избегать городов, больших дорог, переправ. Однако ему нужно регулярно менять коней! Либо щадить своих и двигаться медленно. Вряд ли он попадет в Уэймар раньше конца июня.
– А кайры Ориджина переправятся кораблями и будут в Уэймаре… не поможете ли?
– Батальоны уже мобилизованы и завтра выступят в поход. Марш до Лейксити займет дней шесть, переправа через Дымную Даль – еще столько же. К 15 июня войско будет в Уэймаре.