Люди и Боги, стр. 24
Нави удивленно воззрился на нее:
– Неужели тебе понадобилось больше суток на такой простой логический вывод?
– Я захотела спросить сразу, едва ты сказал. И не только об этом! Но остерегалась говорить на корабле – мало ли, сколько там ушей. А теперь-то можно!
– Ах, вот что… Знаешь, не совсем верно называть наше царство подземным. Но да, я родился в мире богов.
– А к нам ты пришел с Севера, как Праматери? Через Запределье, да?
– Нет. Я воспользовался, как бы это сказать, магическим порталом. Вошел в своем мире, а вышел – в вашем.
– Подумать только!.. А ты бог чего? Математики, да?
– Вовсе нет.
– Как – нет?! Ты считаешь быстрее всех на свете!
– Поверь, в сравнении с богами математики мои способности к вычислениям довольно скромны. Я – бог навигации.
Дороти просияла:
– Это была моя вторая догадка! Значит, ты можешь проложить любой маршрут? Откуда угодно – куда угодно?
– Разумеется. При условии, что буду знать координаты пункта назначения.
– И маршрут в подземное царство?
– Конечно.
– И даже… – Дороти собралась с духом, – в мир Темного Идо?!
Улыбка Нави слегка померкла:
– К сожалению, да. Туда попасть проще, чем ты думаешь.
– Уфф!
Дороти встряхнула головой, будто хотела высыпать переполнявшие вопросы.
– А скажи, ты сразу родился богом навигации? То есть, ну, с самого детства все знал?
– Нет, конечно. Богам тоже нужно учиться, а кроме того – инициироваться.
– Это как?
– Хм… сложно объяснить. Ну, войти в сферу, стать светлым или темным, или казуалом… Прости, я не знаю, как сказать проще.
– Ничего себе! Ладно, в этом я потом разберусь. А правда, что ты бессмертный?
Нави помедлил:
– Не совсем. Я не могу… вернее, не планирую умереть от старости или болезней. Но существуют способы убить меня. Прости, я не хотел бы их называть.
– Конечно, конечно! Но ты не стареешь, да?
– Старею лишь когда чувствую в том потребность. Если хочу, могу сколько угодно оставаться в одном возрасте.
– Значит… тебе не шестнадцать?
– Боюсь, что нет.
– А сколько?
Нави нахмурился:
– Послушай… вообще-то, в нашем мире такие вопросы считаются бестактными.
– Ой!..
Дороти покраснела, прижав ладони к губам.
– Прости, я слишком увлеклась… Тьма меня сожри! Наверное, все мои вопросы были ужасны, а ты просто терпел! Извини, пожалуйста!
– Да нет, ничего.
– Не подобает же так говорить с богом! Я должна сначала поблагодарить тебя. Потом исповедаться и помолиться, да? Но только я не знаю молитвы богу навигации! Можешь мне подсказать?..
– Не нужно мне молиться, пожалуйста! Ты меня только засмущаешь. Если хочешь о чем-то попросить – проси нормально, обычными словами.
– Но я точно должна поблагодарить! Спасибо тебе, боже, что спас меня из заточения в клинике и помог обрести себя, и указал мне мое число – семь. Без тебя я бы погибла во тьме. Ты дал мне так много, что я не знаю, чем… Хочешь, я внесу подаяние в твой храм? Только скажи, где он!
– Насколько я знаю, в Поларисе нет моего храма.
– Святые боги, это нужно исправить! Я начну сбор пожертвований!
– Нет, пожалуйста, это совсем ни к чему.
– Как – ни к чему? Храм должен быть, я займусь этим!
– Право, не стоит!
– Я почти уверена, что знакома кое-с-кем из высшего духовенства. Как только вспомню имя этого человека, сразу же пойду к нему с требованием. Пусть выделит средства на строительство собора! А кроме того, надо подумать о создании монашеского ордена.
– Не-ет!
Нави схватил Дороти за плечи:
– Пожалуйста, будь так добра, говори со мной просто! Как с обычным человеком, твоим другом. Если будешь молиться и строить храмы, я убегу обратно в клинику!
– Но ты же – бог!
– Тьма сожри, я не бог статуса или эгоизма, или мужского самомнения! Мне ни к чему все эти почести. Я люблю вычислять, строить маршруты и общаться с людьми – больше ничего!
– Но ведь…
– Нет!
– Ладно.
Ущемленная в своем благом порыве, Дороти на время умолкла. И тогда слово взяла Карен:
– Сударь, взгляните: вон там здание портового управления. На его крыше имеется башенка, а на ней – часы. Они показывали половину шестого, когда мы причалили.
– Вернее, пять – двадцать восемь.
– А когда причалила шхуна майора, стрелки указывали восемь пятьдесят.
– Вероятно, так и было. Я не обратил внимания.
– А я обратила, сударь. Мне думается – хоть я и не мастер в вычислениях – что майор отстал от нас на три часа двадцать две минуты, и это заметно ближе к прогнозу капитана, чем к вашему.
Нави свел брови:
– Ты права, но говоришь об этом так, будто хочешь меня обидеть.
– О нет, сударь, и в мыслях не имела подобного. Я лишь стремлюсь прояснить для себя кое-что. Прежде мне думалось, что божественное знание является непогрешимым. Если бог говорит, что шхуна придет через три часа семь минут, то она прибудет именно тогда – ни минутой раньше или позже.
– Карен, в чем ты меня обвиняешь? Я сделал прогноз исходя из имевшихся данных, и он был довольно точен. Но формулы включали в себя переменные, носившие случайный характер, из-за чего результат расчетов содержал погрешность.
– Сударь, каюсь, я не многое поняла из вашего объяснения. Но одно уловила: вы способны допустить ошибку в вычислениях.
– И снова ты говоришь как-то обидно. Если бы ты хорошо знала математику, то понимала бы: любой действительно сложный расчет всегда содержит погрешность. Вычислитель стремится лишь к тому, чтобы погрешность была минимальна. Неужели это так удивительно?
– Нет, не это. Меня удивляет тот факт, что вы вообще производите расчеты.
Нави выпучил глаза:
– А как же их не производить?! Как можно жить без вычислений?!
– Но если вы, сударь, являетесь богом, то способны обратиться к высшему знанию и мгновенно выяснить все, что нужно. Любой смертный мог взять камни, инструменты, замесить раствор, попотеть несколько месяцев и сложить мост. Праматерь Янмэй прославилась тем, что построила мост, не прикасаясь к нему руками. Так же любой смертный может взять карандаш и счетную таблицу, перемножить числа в столбик и получить результат. Нужно ли быть богом, чтобы сделать это?
Нави ответил, поджав губы:
– Ни один смертный не способен произвести такие расчеты, как я, тем более – в уме!
– Однако отличие лишь в скорости вычислений. Это количественная разница, а не качественная. В юности я тоже имела талант: запоминала стихотворения быстрее любой моей сверстницы. Но дает ли это право зваться богиней поэзии?..
Тут Дороти вступилась за друга:
– Миледи, ваше недоверие унижает не только Нави, но и вас саму!
– Отчего же? Праматерь Агата учила людей мыслить критически. Я привела бы полдюжины цитат, но Нави и сам их знает, поскольку переписывал «Мгновения» вместе со мною.
– Однако ваши вопросы оскорбительны!
– Миледи, этот молодой человек в течение десяти лет изводил вопросами и меня, и всех соседей по цеху. Думается, я заслужила право спросить его о чем угодно.
Нави указал на позднее время и на необходимость позаботиться об ужине. Карен снисходительно улыбнулась: мол, я все понимаю, сударь, бояться расспросов – это так божественно! Он сказал:
– Ладно, на один ответ еще хватит времени.
– На один? Премного благодарю за щедрость! Будьте так добры, скажите: что вы делали в царстве богов?
– Извини, это было давненько, я уже мало помню… В основном, делал то, что полагается: строил маршруты, водил корабли.
– То бишь, служили штурманом? Ох, прошу прощения, божественным штурманом.
– Ну, да.
– А вы летали бесплотной тенью в подлунный мир? Дарили поларийским ученым вдохновение на открытия, мореплавателям – смелость для дальних путешествий? Вы создавали океанские течения, что помогают судам ходить быстрее? Или усмиряли штормы, рвущие снасти? Или разгоняли облака, мешающие капитанам видеть путеводную Звезду?