Опасный Kiss клиент (СИ), стр. 37
Сталь лезвия холодит кожу, тело дрожит. Ну всё! Прощай, воробушек! Мысленно выношу себе приговор.
— А ты молодец, везде успела! — слышу спасительный голос воробушка.
57 глава
Владимир Ильин
— А ты молодец, везде успела! — говорю рыбке и замечаю, что к её шее приставлен нож.
— Вова, я старалась. — отвечает испуганным голосом, стараясь шутить.
Меня разрывает от злости! Готов разнести к чертям всех, включая родную мать:
— Входите! — поднимаю к губам рацию.
Вбегает СОБР, скручивают двух ублюдков. Сима бежит ко мне. Обнимаю свою несчастную пропажу. И, наконец, успокаиваюсь.
Чего только не надумал себе, пока искал. Не могла она сама сбежать. Знал, что замешана мать. А я ведь пригласил её на нашу свадьбу, сам подписал приговор для Симы.
Не думал, что всё настолько серьёзно. Мать хоть и лезет в мою жизнь, но людей с моей дороги никогда не убирала. Или просто я этого не замечал?
— Сыночка, Вовочка… — начинает мать давить на жалость, когда к ней подходят с наручниками. — Я тут, чтобы спасти свою невестку, это вот всё они! — показывает пальцем на своих подчинённых. — Сама только подъехала, узнав о таком беспределе. — пускает скупую слезу.
Сима жмётся ко мне, не обращая внимания ни на кого. Дрожит как осиновый лист. Прижимаю её к себе, боясь выпустить из рук. Кто знает, что мать ещё может придумать.
— Прекрати нести чушь! Ты перешла все границы! Хоть сейчас признайся! — даже слушать её не хочу.
Ей надевают наручники, но высокомерие сквозит во взгляде. Знаю, что отмажется. Связей у неё полно. Но хоть какое-то время, она побудет за решёткой и поймёт, как это хреново.
Безнаказанность и власть сделала её такой. Самое страшное, что эта женщина — моя мать!
— Да! — зло выплёвывает слова и эмоционирует, пока её держат. — Я ненавижу её! Она отняла тебя у меня! Неужели нельзя было найти девушку, достойную тебя⁈ Эта бесприданница всю жизнь тебе испортит! Сынок, опомнись, пока не поздно! У меня есть на примете достойная девушка. Ты только скажи, и завтра она будет твоя! — несёт какую-то чушь. — А эта… информационная проститутка — грязь под твоими ногами!
— Заткнись! Я больше не хочу тебя слушать! Более того! Я отказываюсь от родства с тобой, ты мне никто! Запомни это и никогда не приближайся к моей семье! В следующий раз я привлеку своих знакомых и отправлю тебя в психушку, на всю оставшуюся жизнь! Уводите! — больше мне нечего сказать, это конец, она сама этого добилась.
Её взгляд говорил о многом. Она смотрела в упор на Симу и хотела испепелить её взглядом. Сима вообще не смотрела на неё. Она вжималась в меня, боясь оторваться.
— Ты как? — провёл рукой по волосам.
— Плохо. — напряжённо ответила.
— Больше такого никогда не повторится! Я не позволю! — обещаю ей эмоционально.
Думал, что отказ от матери будет тяжелее и болезненнее, но у меня будто груз с плеч упал, и я выдохнул, освобождаясь от неадекватной женщины.
— Я верю тебе. — тихо отозвалась.
Поднял Симу на руки и только сейчас осознал, что она в махровом халате и тапочках:
— Что за халат?
— Я хотела искупаться, пока ждала тебя, но судьба злодейка повернулась задом. — наконец, приходит она в себя и начинает шутить.
— Значит, искупаемся. — обещаю ей и несу в тачку.
Пока едем, решаю увеличить охрану и пропустить каждого через глаз-рентген начальника охраны, чтобы никто не был связан с матерью.
Заняться вплотную безопасностью рыбки и её родных. Мать готова на многое для достижения цели. Только Сима мне не простит, если кто-то пострадает.
Приезжаем в отель и идём в номер. Сима эмоционально вымотана, постоянно молчит и грустит.
Меня напрягает её состояние и состояние нашего ребёнка. Укладываю её в кровать, накрываю пуховым одеялом. Сам пристраиваюсь рядом и обнимаю её.
Только сейчас, оказавшись вдали от того места и немного отойдя от шока, рыбка позволяет себе заплакать.
Я не лезу к ней в душу, лишь обнимаю, поддерживая своим теплом и любовью.
Тихое, беззвучное подрагивание плеч выдавало её состояние. Сердце сжималось от боли за мою девочку. Но я понимал, что ей нужно выплеснуть свои эмоции, чтобы завтра проснуться с новыми силами и бодрым настроением.
И только когда рыбка притихла, я смог перестать переживать за её состояние и забыться сном.
58 глава
Сима Kiss
Утро оказалось чересчур бодрым, о чём я совсем забыла. Воробушка в кровати не оказалось, а в дверь громко стучали.
— Да вашу мать! Иду уже! — ненавижу, когда меня будят.
Я зла, я очень зла, когда прерывают мой сладкий сон! Особенно после таких чудесных, вечерних событий!
Может я хочу в уголочке пореветь, чтобы меня никто не трогал. Пожалеть себя, что свекровь оказалась монстром.
Открываю дверь…
Стоят две кумушки, блещут мейком и белыми зубами:
— Вы ошиблись номером! — хлопаю дверью перед их носом.
Иду обратно в кровать, но не успеваю сделать пару шагов, как они снова стучатся:
— Сучки крашенные!
Разворачиваюсь и снова к двери, открываю:
— Вы же невеста Сима? — уже не улыбаются, хорошо.
— Какая невеста? Нет тут никакой невесты! — продолжаю злиться я.
— Ну как же… — начинают крутить хвостом.
— Ладно, чего хотели? — закатываю глаза.
— Причёска и макияж. Вот! — пихают в лицо свои сумки.
Оставляю открытой дверь, впуская их, и иду в душ:
— Помоюсь, вернусь. Дверь закройте.
И нафига воробушек всё это придумал? Вообще, никакого настроения веселиться. Упасть в кровать и не подниматься, вот моё настроение.
В двенадцать ночи заглянуть под ёлку, забрать свой подарок, подарить подарок воробушку, посмотреть «Самогонщики» и спать лечь.
Пыхчу под душем, отмываю свои космы, быстро тру тело и на выход. Даже помыться спокойно не получается!
Злая, в полотенце на голое тело с тюрбаном на голове, выхожу к этим фуфыркам, присаживаюсь на первый попавшийся стул возле стола и ожидаю красоты неописуемой.
Девчонки суетятся, сушат волосы, накладывают тонну тоналки. Боже! Как я это ненавижу!
Ну вот, Сима, просила? Наслаждайся!
Проходит полчаса, а я не готова. Сижу в телефоне, разглядывая видосики от нечего делать.
Проходит час! Я всё ещё не готова! Да вашу мать! Продолжаю отвлекаться на видосы.
Проходит полтора часа моих мучений! Вместо пыхтящего паровоза появляется, разъярённый дракон, который испепеляет своим огнём из ноздрей!
— Ещё пару штрихов. — лебезит одна из них, видя мой злобный взгляд.
Но когда она случайно сдувает пудру с кисточки и попадает мне в глаза…!
— Пошли нахрен отсюда! — подрываюсь я вместе с плойкой в волосах.
Она падает мне на ногу и оставляет ожог:
— А-а-а-а-а! — кричу я и пытаюсь задуть ожог.
Эти копуши быстро всё собирают и убегают из номера. Бегу в душ, включаю холодную воду и остужаю ногу. Нахожу медикаменты, заливаю ожог и хромаю к зеркалу.
Я буду ненавидеть этот день всю жизнь. Нахрен оно мне надо?
Мало того что мне сделали щёки как у Марфуши, так ещё и тушь потекла. На голове барашек! Нет, я, конечно, понимаю, что причёска ещё не закончена, но я хотела совсем другое!
Делаю две фотки. Одну с моим шикарным образом, вторую с ожогом на ноге. Отправляю воробушку и подписываю:
«Самый лучший день в моей жизни!»
Отключаю нахрен телефон! Включаю воду в душе, наклоняюсь, заново мою голову и отмываюсь от штукатурки.
С горем пополам смываю все слои косметики на своём лице. Заматываю волосы и выхожу из ванной комнаты.
Подхожу к шкафу, в котором висит мой свадебный наряд. Я, конечно, очень надеюсь, что хотя с платьем всё будет отлично.
В принципе, оно красивое. У воробушка есть вкус на элегантные вещи. Надеваю его на себя, быстро снимаю, укутываюсь в полотенце, открываю дверь и выкидываю нахрен его в коридор.
— Всё хорошо. — громко выдыхаю.