Он принадлежал работе. Пока не взял её (СИ), стр. 22
Он резко согнулся от неожиданной боли, инстинктивно схватившись руками за пах, поморщившись присел на ступеньку. Анастасия, испугавшись, что сделала ему больно, слишком резко наклонилась к нему, чтобы чем-то помочь, и сильно ударилась лбом о его плечо.
Они сидели рядом на одной ступеньке – слишком близко, почти касаясь плечами: он всё ещё держался за пах, а она растирала ушибленный лоб.
Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Андрей посмотрел на Настю – долго, внимательно и с теплом мягко произнес: «Перестань меня калечить, я тебе ещё пригожусь...
Хм, я вижу, ты злопамятная. Но я на тебя совсем не злюсь. Я тогда тебя действительно обидел. Прости меня ещё раз».
«Это ты меня прости. Я не знаю, что на меня нашло. Напала на тебя. Просто мне с тобой... совсем не просто» скзала Настя, чувствуя, как напряжение внутри неё медленно отпускает от тепла в его голосе.
«Я понимаю. С тобой тоже не просто. Давай, пойдём уже спать – завтра рано вставать». И, пожелав друг другу спокойной ночи, они побрели каждый в свою спальню.
Андрей позвонил телохранителю, чтобы уточнить, как прошёл вечер в баре, и внимательно сопоставил его слова с рассказом Анастасии. Убедившись, что она действительно была вдвоём с Верой, и ей ничего не угрожало, он успокоился и лег спать. А Анастасия, перевозбуждённая от сегодняшнего вечера, ещё долго ворочалась в кровати. Последняя её мысль перед тем, как уснуть, мелькнула теплой искрой: «Он такой милый, когда настоящий... когда так смотрит на меня».
33[кадры]. Что же делать с Аллой?
Андрей, прихватив фальшивые фото Анастасии в том же конверте, в котором их дала Алла, ехал на работу, готовясь к предстоящей битве.
Алла Львовна сегодня буквально сияла – самодовольная и торжествующая. С нетерпением ожидала возвращения Андрея из командировки, чтобы окружить его своим единоличным теплом и заботой, убеждённая, что соперница устранена.
Уверенная, что Анастасию уволили – ведь та уже два дня не появлялась на работе. Алла чувствовала себя победительницей. Других соперниц у неё не было: все остальные девушки, скромно флиртовавшие с Андреем, испарились сразу же, как в коллективе появилась авторитетная Алла.
Мысленно она уже жила рядом с Андреем – строя их совместное будущее, на какой курорт они отправятся в медовый месяц, какие у них будут дети и как счастливо проживут ещё много ярких дней и жарких ночей.
Она хвалила себя: «Надо же быть такой умной и прозорливой, чтобы придумать такой план, в который самый умный мужчина попался как мальчишка. Что ж, дорогой, это всё только ради твоего блага. Без меня ты бы скатился до уровня этой Золушки – ел хот-доги на лавочке в парке, или того хуже – начал носить джинсы».
Она бы и дальше упивалась собственной изобретательностью, если бы на телефон не пришло сообщение. Увидев, что это от Андрея, внутри у неё всё заиграло. Схватив телефон со стола, она бегло прочла: «Сегодня. Ресторан «Галерея». В 19:00».
Алла Львовна от счастья и изумления даже забыла, где она находится. Она вскочила с кресла и закружилась по кабинету, не в силах сдержать нахлынувшее возбуждение. Хорошо, что она была одна – медсестра куда-то ненадолго вышла.
Но радоваться было некогда. Мысли в голове Аллы Львовны закружились вихрем: «Я должна быть на высоте…
Сегодня такая важная ночь.
Что я сегодня надену? О, мне надо срочно в салон красоты».
Ни секунды не колеблясь, она пошла в кабинет заведующей – к Ольге Вячеславовне – отпроситься под предлогом плохого самочувствия, свалив всех оставшихся на сегодня пациентов на плечи руководительницы.
Ольга Вячеславовна только вздохнула, говоря не без раздражения: «И что мне с тобой делать?
Досталась же ты мне на мою голову. Иди уже, лечись дома…».
Алла и не собиралась задерживаться. Она уже выруливала к автостоянке возле огромной косметологической клиники. Ей сегодня нужно было навести марафет до вечера – и она успела удачно записаться: на микроток*, пилинги, массажи, укладку, эпиляцию. А ведь ещё необходимо было успеть на педикюр, ее туфли были открытыми…
В салоне красоты сегодня никто не сидел без дела. Сотрудники, обступив Аллу с разных сторон, работали в четыре руки: одни пилили ногти, другие делали укладку, третьи ждали её в аппаратном кабинете.
Но результат того стоил. Овал лица Аллы подтянулся, кожа засияла, волосы выглядели максимально здоровыми и ухоженными, а пухлые накаченные губы бросались в глаза своей нарочитой искусственностью.
Теперь нужно было выбрать наряд, способный покорить Андрея – убить наповал. Ехать домой было уже некогда, вечер близился, и ей пришлось заехать в ближайший бутик с красивыми вечерними платьями.
Алла и так была яркой и заметной женщиной. С её внушительной фигурой и крупным телосложением она была почти одного роста с Андреем – а может, даже и немного выше. Но сегодня она сверкала особенно.
Она выбрала ярко-красное платье – конечно же, с глубокой линией декольте. Ведь там прятался главный соблазнительный козырь, хотя, по сути, не прятался – был лишь чуть прикрыт малым лоскутком ткани. Горловина спускалась до линии живота.
Платье было полностью облегающим, длиной миди, из эластичной ткани. А глубокий вырез притягивал взгляд, словно вызывающе открытая мишень.
На руках у Аллы были громоздкие браслеты из цельного металла, такие же крупные серьги сверкали очень ярко – но не настолько, как её только что отбеленные белоснежные зубы.
Она стояла на высоких массивных каблуках рядом со своим Porsche – настолько самоуверенная и самовлюблённая, что долго не могла сесть за руль, рассматривая своё отражение в стекле автомобильной двери. Затем, взглянув на часы, всё же села в авто.
Она приехала в ресторан раньше Андрея. Ресторан ей был хорошо знаком – здесь часто собирались высокопоставленные и обеспеченные личности. Поэтому она быстро нашла хостеса, и он провёл её к нужному столику.
Алла сразу заметила: заказанный Андреем столик был маленьким. Значит, он не собирался заказывать много блюд. Её это крайне разочаровало. Мысль промелькнула в голове:
«Ох, Андрей, ты совсем не умеешь ухаживать за женщинами. Но это не страшно – я всему научу тебя, малыш».
Сегодня Алла пришла сюда не одна. Где-то за одним из столиков сидел журналист. Она оглядела зал и нашла его – он сидел неподалёку, хорошо вписывался в окружающий антураж и не вызывал подозрений. Казалось, просто одинокий мужчина пришёл поужинать в любимом ресторане.
Однако он тут не просто так. Она заранее наняла его, предвкушая свой будущий триумф. Алла никогда не забудет ту статью в газете, которая её так больно ранила – про помолвку с Анастасией, а потом и про вручение кольца. Она даже поморщилась вспоминая иллюстрации к той газете.
И теперь ей хотелось тоже прочувствовать до мельчайших подробностей, каково это – быть невестой Андрея. Когда вокруг тебя восхищённые взгляды, тебя рассматривают, затаив дыхание, перешёптываются: «Это та самая женщина, которой удалось покорить холодное сердце холостяка. Никто не смог – а она сумела».
Алла недолго оставалась наедине со своими мыслями. В скором времени ровно в 19:00 в зал вошёл Андрей. Он приближался к ней спокойно и уверенно, с холодной собранностью в каждом шаге.
Всматриваясь в его лицо, в его глаза, которые сегодня казались не голубыми, а сине-чёрными, Аллу вдруг пробрала мелкая дрожь. Но эта дрожь была не от предвкушения приятного вечера – это было ощущение вибрации в воздухе, как перед начинающейся грозой.
34[кадры]. Андрей уязвим.
Андрей, сидя в своём кабинете среди бесконечных звонков, совещаний и встреч, поймал себя на мысли, что хочет сделать Анастасии подарок – порадовать её. В последнее время она часто плохо себя чувствовала, завтракала и ужинала отдельно: то ли избегала его, то ли действительно ещё не справилась со своим отравлением. Это не отпускало и тревожило его.
Его любовь к ней росла – и вместе с ней усиливалось желание согреть её, защитить, позаботиться.