Заклинатель 9 (СИ), стр. 38

Я мотнул головой, сбрасывая наваждение от медленно крутящихся огромных потоков, и перешел на привычное зрение. Осмотрелся. Удивительно, но гранитные плиты не занесло песком, несмотря на раскинувшиеся вокруг барханы.

Между тем и правда неспешно наступали красноватые сумерки, что говорило о том, что следовало поторопиться.

— Для начала надо проверить… — я не договорил.

Следующие мгновения растянулись в цепочку быстро сменяющих друг друга событий.

Склон ближайшего бархана вдруг шевельнулся. Разбрасывая песок оттуда метнулось гибкое продолговатое тело, нацелившись на стоящего ближе Сорена. Рыцарь не сплоховал. Раздался скрежет выхватываемого клинка, хорошо заточенное лезвие тускло сверкнуло. Удар сверху-вниз и одновременно наискосок. На землю падает разрубленное напополам странное животное. Брызжет зеленоватая слизь, вываливается склизкая требуха, издавая резкий противный запах.

— Это еще что за срань? — пораженно выдыхает Сорен.

Все происходит мгновенно, воин даже не успел толком сообразить, как тренированное тело среагировало, развалив напавшего противника надвое.

Хитиновый панцирь, три пары лап, гибкий хвост, покрытый наслаивающимися друг на друга пластинками, острые жала и маленькие бусинки черных глаз, где светился непонятный чуждый, но разум.

— Я уже видел такое, — сказал я, изучая разрубленное существо. — Очень давно и далеко отсюда. Оно немного отличалось от этого, по крайней мере требуха имела не зеленоватый, а бурый цвет, но размеры схожие.

— Видели? Где? — рыцарь настороженно замер, удерживая перед собой меч, готовый к нападению с любой стороны.

— Очень далеко отсюда, — повторил я. — В мертвом безжизненном мире зиккуратов, огромных статуй демоноподобных созданий, бескрайней пустыни и ветра, бьющего одновременно со всех сторон.

Необычный ответ заставил Сорена открыть рот, явно нацелившись расспросить подробности. Но в следующий миг рыцарь резко ушел вправо, пропуская мимо еще одну тварь, вылезшую из песка и тут же атаковавшую вторгнувшихся на ее территорию людей.

Снова взмах тяжелого клинка. Длинное лезвие перерубает хитиновый панцирь, вываливается слизь мерзкого зеленоватого оттенка.

Перед глазами мелькает воспоминание о точно таких же существах, когда белесая дымка на портальной плите перебросила нас с охранником торговца древностями в другую реальность. Это было очень давно, когда я делал первые шаги по этому миру. Тогда мы выбрались из того жутковатого места, но похоже тут все вышло по иному — кусок чужого мира пришел в этот, по-хозяйски установив собственные порядки.

Терраформация наоборот, поглощение чужого пространства своим, изменение по собственному подобию. Вот что здесь когда-то происходило, однако по непонятным причинами не было доведено до конца.

Интересно, значит ли это, что видимая сейчас на поверхности приземистая постройка всего лишь верхняя часть огромной пирамиды, прячущейся под землей? Любопытная мысль скользнула по краю сознания, пока разум призывал перед внутренним взором Сумеречный Круг — Сорену требовалось поддержка, с каждой секундой тварей становилось все больше.

В прошлый раз перед таким наплывом монстров пришлось бежать, теперь баланс сил изменился. Я стал сильнее, обрел больше возможностей и не собирался так просто отступать.

Выброшенная вперед рука. Символ «Пламени» вспыхивает и гаснет. Перехваченную в прыжке тварь охватывает бледное пламя с фиолетовыми прожилками. Слышится стремительно затихающий визг, в то время как колдовской огонь жадно поглощает хитиновое покрытие.

— Справа! — кричит рыцарь и сам тут же разворачивается, одновременно уходя вбок, чтобы в следующую секунду нанести мощный удар с разворота по новой существу, словно насекомое, выбравшееся из песка и тут же взвившееся в воздух.

Сразу три твари готовятся к нападению, подбираясь со спины, я не позволю им этого сделать и наношу удар модифицированным «Молотом». Волна искажений накрывает песчаных монстров, покрытые пластинами хитина тела корчатся, рассыпаясь в зернистый прах.

Но атака не останавливается, твари выбираются из песка будто там их несметное множество. Я бью поочередно заклятьями, не позволяя приблизиться, прикрывая рыцаря и следя, чтобы к нам не подобрались сзади. В какой-то момент поверхность земли рядом с портальной площадкой усеивает разорванные, сожженные и разрубленные тела убитых монстров. Повсюду липкая требуха, осколки хитина и зеленая слизь. В воздухе мерзкий запах, вызывающий тошноту.

— Сколько же их здесь? — риторические вопрошает Сорен и вновь поднимает меч, когда очередная тварь пытается вцепиться острыми жалами ему в глотку.

— Кажется не слишком много, — пробормотал я, внезапно поняв, что напор ослабел. То ли монстры поняли, что добыча не по зубам, то ли их действительно осталось мало. В вариант, что мы всех перебили, почему-то не верилось.

Мы с рыцарем замерли спина к спине, один в доспехах с тяжелыми клинком в руке, второй в темном плаще, на отведенной в сторону ладони подрагивает сжатый комок бледно-фиолетового колдовского пламени. Композиция замирает вместе с остальным миром. И внезапно становится удивительно тихо, больше никто не нападает.

— Похоже кончилось, — хрипло выдохнул Сорен, но меч благоразумно не опустил. — Думаете всех перебили?

Он обращается, не поворачиваясь, следя за своим сектором, я медлю, сосредоточенный взгляд внимательно изучает поверхность ближайшего бархана.

— Вряд ли, — я отрицательно покачал головой.

Долгая пауза, воин обдумывает слова колдуна, затем уточняет:

— Почему раньше на нападали? Когда шли по пустыне?

С моей стороны последовало неопределенное пожатие плеч.

— Разве не очевидно? Эти твари водятся только здесь, — я кивнул на приземистую постройку. — В окрестностях этой штуки.

— Вы сказали, что уже встречали таких, — припомнил Сорен, помедлил и добавил, словно сомневаясь: — В другом мире, — еще одна короткая пауза. — Значит ли это, что мы тоже…

Я перебил, резко бросив:

— Нет, не значит.

— Но солнце здесь красное и небо странное, а песок… — начал воин, но я снова не дал договорить:

— Ни в какой другой мир мы не перенеслись, это все еще Великая пустыня, — я помедлил и со значением добавил: — А теперь заткнись пожалуйста и дай мне подумать.

Рыцарь послушно умолк, понимая, что злить колдуна в такой момент не самая лучшая идея.

Песок на склоне бархана шевельнулся, крупинки посыпались вниз, появилась морда твари. Маленькие глазки уставились на меня. Злоба и ненависть светилась в черных бусинках. Несколько секунд я смотрел на тварь, затем неожиданно вдруг поймал себя на том, что чья-то воля пытается продавить мои ментальные щиты. Чужой разум, непохожий на человеческий, старательно прогрызал барьеры словно червь.

— Что за… — на мгновение я растерялся. Но тут же взял себя в руки, в груди шевельнулась злость и желание наказать наглого монстра.

Между нами протянулась незримая нить, на секунду связав два разума. Тварь удовлетворенно рыкнула и попыталась ментально атаковать, подчиняя себе.

Вот только это была ловушка, расставленная с моей стороны.

Стоило чужому сознанию проникнуть за возведенные барьеры, как их ждал сюрприз в виде сжатого импульса, не только отбросившего врага назад, но и скользнувшего следом, словно острый скальпель. Послышался визг, существо дернулось и попыталось скрыться в песке, разрывая зрительный, а вместе с ним ментальный контакт, но было поздно, я буквально исполосовал его разум, превращая еще совсем недавно хитрого и жестокого хищника в аморфный овощ.

— Чего это он? — удивился Сорен, когда существо выползло полностью на поверхность и просто завалилось на бок. Лапки с острыми когтями мелко подрагивали, покрытый хитиновыми пластинами хвост стал похож на безвольную тряпку, жала частично втянулись, между ними свисала струйка зеленоватой слюны.

Будто поняв, что с сородичем что-то случилось, его тут же атаковали другие твари. В воздухе мелькнуло три серовато-желтых изогнутых тела. Послышалось клацанье и скрежет разрываемого панциря, и почти сразу хруст пожираемой добычи.