Кто он (ЛП), стр. 45

Я поморщилась, но затем вспомнила, как Гейдж разозлился из-за того, что я общалась с Кэлом. Пришедшие на ум злые мысли заставили меня ухмыльнуться, и я не спеша заняла место на бревне. Села немного ближе, чем он ожидал, но когда мое колено коснулось его, он лишь улыбнулся.

— Тяжелый вечер? — спросил он.

— Не-а. — Солгала я. — Просто нужно настоящее веселье, понимаешь?

Он приподнял бровь, озадаченный.

— Что ты имеешь в виду?

— Не знаю. — Я сделала еще глоток пива. Действительно не знала, о чем, черт возьми, говорила. Я была разгневанной, несвязно бормочущей развалиной и ненавидела себя за это.

— О-о-о! Ты имеешь в виду «то самое веселье»? — спросил Кэл, улыбаясь мне.

Я улыбнулась, медленно кивая.

— Что именно ты имеешь в виду?

Ухмыльнувшись, он допил свое пиво и поставил пустую бутылку. Я тоже допила свою, но, когда поставила бутылку, Кэл обнял меня.

— Мы можем потанцевать. Я давно не танцевал.

Я замерла, снова взглянув на Гейджа, но на этот раз Пенелопа находилась в его объятиях, глядя ему в глаза и обвив руками его шею. Он улыбался ей, его рука скользнула мимо ее талии, скорее всего, к ягодицам. Я посмотрела на Кэла, прежде чем увидела, как он коснулся ее там.

— Конечно, с удовольствием.

Он с энтузиазмом поднял меня на ноги, все еще обнимая за талию и позволяя идти впереди. Я держала его за руку, двигаясь к толпе танцующих. Не планировала танцевать рядом с Гейджем, но хотела быть там, где он мог бы меня видеть. Как только я нашла идеальное место, то повернулась лицом к Кэлу. Его ухмылка была глупой и широкой, но я проигнорировала его дурашливость и снова развернулась.

Он положил обе руки на мою талию, пока я прижималась к его паху. Он сдержанно простонал, крепко сжав мои бедра. Музыка становилась все громче с каждым наклоном, поворотом, тряской и вращением. Толпа вокруг костра сгущалась, становилась более потной, тяжелой. Я медленно открыла глаза, позволив затылку упасть на плечо Кэла.

Он явно возбуждался, потому что что-то твердое и толстое упиралось мне в зад. Я улыбнулась. Было удивительно, сколько силы женщина может иметь над мужским телом. И меня не только радовала эрекция Кэла, но и восхищало то, что среди подпрыгивающих тел, размахивающих рук и качающихся голов Гейдж наблюдал за мной с пивом в руке. Его карие глаза были каменными, прожигая меня насквозь. Между бровей залегла складка, и с каждым глотком пива его хватка вокруг бутылки, казалось, сжималась. Татуировки на его руках выделялись на фоне напряженных мышц. Он казался почти смертоносным, когда пламя мерцало на его лице.

Пенелопы больше не было рядом — она убежала с подругой прогуляться по берегу озера. Я увидела ее, когда на мгновение отвела взгляд, прежде чем снова встретиться с раздраженными глазами Гейджа. С дергающейся челюстью Гейдж повернулся ко мне спиной и направился к другой толпе.

Довольная тем, что он раздосадован, я повернулась в объятиях Кэла, и он уставился на меня, его глаза затуманились похотью. Он вспотел, и его идеальные светлые волосы растрепались, но это было сексуально, когда они спадали на лоб. Его губы разомкнулись, и он приблизился, но я отклонила голову, прижав ладонь к его груди и сдвинув брови. Неужели он правда думал, что я собиралась его поцеловать?

— Я пойду возьму еще пива. Подождешь меня здесь? — спросила я.

Он быстро моргнул, сглотнул и затем кивнул.

— Конечно. Принесешь и мне?

— Да, — выдохнула я, вынужденно улыбаясь. Он улыбнулся.

— Не задерживайся, Элиза!

Я пробилась сквозь толпу, бросив взгляд через плечо, когда к Кэлу подошла девушка, улыбаясь ему. Она взяла его за руку и начала танцевать с ним. Он не возражал. Отлично. Он был занят кем-то другим. Мне и самой нужно было перевести дух. Пора прояснить туман в голове.

Я запустила руку в холодильник, но нахмурилась, обнаружив только слабоалкогольные коктейли. Пожав плечами, я взяла один и выпила залпом.

— Веселилась? — знакомый низкий голос раздался позади меня.

Я нахмурилась, быстро обернувшись. Гейдж смотрел на меня, опустив и склонив голову, его глаза были темнее обычного.

— Мне было очень весело, вообще-то. Спасибо, что спросил, — сказала я язвительно. — Весело нарушать обещание?

— Я ничего тебе не обещал, — парировал он.

Я сомкнула губы, ненавидя, что он прав. Это, вроде как, казалось обещанием.

— Неважно. — Я отмахнулась от него, проводя тыльной стороной ладони по вспотевшему лбу. — Возвращайся к ней. Тебе не надо беспокоиться обо мне. Очевидно, ты не собираешься отпускать ее в ближайшее время.

Он усмехнулся, поставив пиво в песок и засунув кончики пальцев в передние карманы своих шорт.

— Ты расстроена, — констатировал он.

Я нахмурилась.

— Нет, — солгала я. Уф, что со мной сегодня и с ложью? Я отступила на шаг, действительно не собираясь дальше спорить. Было ясно, кого он хотел. Пенелопу. Я собралась уйти, но прежде, чем успела, Гейдж схватил меня за руку и притянул к себе.

— Ты не вернешься танцевать с ним, — прошипел он сквозь сжатые зубы.

Я вырвала руку из его хватки, хмурясь на него.

— Я могу танцевать с кем захочу. И уже говорила тебе это.

Он смотрел на меня, вспоминая тот раз, когда я действительно говорила, что могла танцевать, с кем хотела. Мне хотелось оставить его в тишине тогда. Хотелось чувствовать свое превосходство, поэтому я снова развернулась, но он поймал меня, притянув за талию. Несколько людей, болтавших неподалеку, обернулись посмотреть. Он сжал мою руку не слишком сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы я не могла вырваться. Он бесил меня, и мои попытки вырваться и отбиться от него привлекали внимание.

— Ты привлекаешь к нам внимание, — прошипела я ему.

— Хорошо, может, это заставит тебя перестать дурачиться и сотрудничать.

— Пошел ты, Гейдж.

Его глаза расширились от удивления моим грубым словам. Сразу после этого он усмехнулся, и это разозлило меня еще сильнее.

— Что-нибудь еще, Элли? — вздохнул он.

Я вспыхнула, вырывая руку.

— Я сказала тебе меньше двух часов назад, что если мы собираемся это делать, ты не можешь путаться с кем-то еще. Ты сказал, что бросишь ее, — я указала на толпу, — ради меня. Ты сказал это четко!

— Я не могу просто бросить ее, Элиза! — его глаза расширились, когда он осознал, как громко сказал. Он медленно огляделся, прежде чем снова провести пальцами по волосам. — Я не могу просто притвориться, что не знаю ее, — прошипел он тише. — Я сказал тебе меньше десяти минут назад, что она знает обо мне слишком много. Я не могу находиться с ней в плохих отношениях…

Я покачала головой, отмахиваясь от него. У меня не было времени на его оправдания.

— Не говори мне, что сделаешь одно, а потом поступаешь наоборот, — отрезала я. После чего повернулась, готовая уйти и перевести дух, но Гейдж снова схватил меня за талию. — Гейдж, перестань! — я была так взбешена, но рада, что не слишком опозорилась своим криком. Грохочущая музыка делала мой крик почти неслышным. — Ты устраиваешь сцену, — отрезала я, царапая его руку. — Отпусти. Меня.

— Нет, — сказал он, его голос почти перешел в рычание.

Я попыталась оттолкнуть его свободной рукой, но он был как кирпичная стена. Я попробовала снова, но он усмехнулся мне, его глаза говорили: «Ты мне не причиняешь боли, Элиза». Я вспыхнула, видя лишь красное. Если и было что-то, что я ненавидела, так это когда люди смеялись надо мной. Смеялись, когда я действительно расстроена и должна быть воспринята всерьез. Говорили, что не сделают чего-то, а потом сразу же это вытворяли.

Я толкнула Гейджа в широкую грудь. Он даже не пошатнулся. Наконец я нанесла резкий удар локтем в его живот, и он закряхтел, слегка согнувшись, его глаза уперлись в меня. Усмешка исчезла; глаза потемнели. Губы сжались в тонкую линию, пока он глубоко вдыхал, и несколько людей обернулись в нашу сторону с усмешками на губах, чтобы посмотреть, что он сделает дальше.