Невеста для Маршала (СИ), стр. 13

Да. Не удивлён, а именно в шоке. Он опускается рядом со мной набок. Такой большой и мощный, я рядом с ним чувствую себя дюймовочкой. Он ведёт рукой по моей груди, обводит торчащий сосок, следует за движением руки взглядом.

– Ты решил проверить, не сломал ли мне рёбра? – уточняю для понимания.

– Ты же сама сказала, что под поезд попала. А мне нужна здоровая жена на дальнейшую совместную жизнь.

– Жена? Всё-таки ты решил, что пора остепениться? – хмыкаю, а его рука уже скользит по моему животу, спускается ниже.

– У нас ещё двадцать восемь дней впереди. Кто знает, – и хоть я знаю, что он дразнит меня специально, всё равно чуть-чуть обидно. Мог бы уже и что-то романтичное сказать.

Его пальцы уже ощупывает лобок, и я сжимаю ноги, чтобы не пускать его дальше.

– Что? – смотрит на меня вопросительно.

– Дай мне отдохнуть. У меня там всё болит.

– Я аккуратно, – смягчается Кир. – Надо оценить масштаб проблемы.

– Если ты мне дашь отдохнуть и не будешь в ближайшие несколько дней совать разные предметы, такие как твои пальцы и…– перевожу взгляд на его уже опять восставшее орудие пыток. Ну ладно, не пыток, а причинения удовольствия.

– Пару дней, это многовато, – ворчит Кир. – Не хочу терять ни одного дня.

– Мне кажется, вы, маршал, слегка избалованы женским вниманием. Знаешь ли, я не кукла, – искренне возмущаюсь его чёрствости.

– Я просто знаю отличное средство для лечения.

Он спускает ноги с кровати, натягивает космийку и брюки, молча. Я слежу за ним взглядом, гадая, что у него в голове. Неужели сейчас просто уйдёт? Без слов, без объяснений?

– И что это за средство? – не выдерживаю его молчания. Перекатываюсь на живот и чувствую, что всё не так уж и плохо. Слабость почти прошла, а ноющая боль в промежности немного затихла.

– Сейчас покажу, – говорит Кир и выходит.

А я замираю в ожидании. Секунды тянутся мучительно долго. Неужели он действительно настолько бесчувственный? Или это его способ справиться с неловкостью после… этого?

Осматриваю комнату в поисках одежды. Но кроме пустых стен, ничего не нахожу. Встаю с кровати, чтобы проверить ванную, заодно провести процедуры и самой всё осмотреть. В ванной нахожу шелковый халатик, накидываю на себя, прикрывая непривычную наготу. Ходить могу, это радует. Слышу щелчок входной двери, наверно, Кир вернулся. Выглядываю из ванной. Так и есть. Серьёзный маршал стоит у двери и тяжёлым взглядом сканирует комнату. Как только видит меня, складка между бровей расправляется. В руках у него… тарелка с фруктами и стакан воды. Поднимаю брови в немом вопросе.

– Это, – Кир ставит всё это на прикроватную тумбочку, – средство для восстановления сил. Тебе сейчас нужно восполнить энергию. И попить, чтобы не было обезвоживания.

Он садится на край кровати и берёт с тарелки кусочек ананаса. Подносит его к моим губам.

– Открой рот, – говорит он мягко.

Я смотрю на него недоверчиво. Неужели он действительно решил покормить меня с рук? Или это просто способ загладить вину?

– Ешь, Саша, – настаивает он. – Тебе нужно.

Открываю рот и принимаю кусочек ананаса. Сладкий сок приятно растекается по языку. И тут до меня доходит. Он просто обо мне заботится. По-своему, по-маршальски. Без лишних слов и сантиментов.

– Спасибо, – говорю я тихо.

Он улыбается краешком губ. Берёт ещё один кусочек фрукта и снова подносит его ко мне.

– Ешь давай. А то я за себя не ручаюсь. Вдруг снова захочу проверить, всё ли у тебя в порядке.

Ухмыляюсь и беру ещё один кусочек ананаса. Кажется, жизнь налаживается. Даже после встречи с поездом под названием «Маршал». И, возможно, скоро предстоит ещё одна встерча с эти поездом. Чувствую в этой поездке будет ещё много интересного. Но сейчас главное – набраться сил.

Сажусь на кровать, послушно кушаю ананас. А кир неожиданно встает передо мной на колени, и руками раздвигает мне ноги.

– Что ты делаешь? – Взвизгиваю я.

– Лечить буду, – бурчит он и пододвигает меня к себе, и я, не удержавшись, падаю на кровать. Тут же приподнимаюсь на локтях. Смотрю, как в его руках откуда-то появилась металлическая баночка. Он раскручивает её, подхватывает пальцем полупрозрачную мазь, осторожно смазывает нижние губы, раздвигает их, проникает глубже.

Первый порыв возмутиться, оттолкнуть, защититься, но, к своему удивлению, я не чувствую больше боли. Мазь мгновенно приносит облегчение. Его нежные движения пальцами начинают меня возбуждать.

Он отводит взгляд от моей промежности, смотрит на меня.

– Лучше? – спрашивает.

– Угу, – хрипло отзываюсь я, едва сдерживая стон.

Глава 17. Чудесная мазь

– Что это за чудесная мазь? – спрашиваю у Кира, чтобы не отключиться совсем.

– Волшебная, – ухмыляется он.

И наклоняется ко мне. Вернее, к моему низу живота. Целует лобок. Я даже сдвинуть ноги не успеваю.

Я, конечно, не против поцелуев, но поцелуи в губы мне нравятся намного больше. А его губы на моих нижних губах смущают и обжигают, а дыхание холодит. Это новый спектр эмоции, которые пугают меня и в то же время хочется продолжения, несмотря на внутренний протест.

– Кир, не сейчас, – хриплю я, пытаясь отстраниться. Но он лишь глубже вдыхает мой запах, прижимается крепче. Его щетина царапает кожу, порождая внутри живота новые непривычные ощущения. Будто там просыпается настоящий вулкан.

Я чувствую, как он улыбается.

– Сейчас, – шепчет он в ответ. – Тебе нужно расслабиться. Мазь уже действует, но ей нужна небольшая… помощь.

Он нежно ведёт языком между складочек, обводит ноющий пульсирующий бугорок, в котором нервные окончания максимально оголены. Я пытаюсь отползти, но Кир удерживает меня за бёдра, притягивает ещё ближе к себе. Погружает в меня язык. Как же это порочно и…и…нежно.

А на смену языку приходят его пальцы. Сначала кончиками пальцев и лёгкими прикосновениями и поглаживаниями гипнотизирует меня, подчиняет моё тело. Я закрываю глаза и позволяю ему делать то, что он считает нужным. Его руки скользят, ласкают, бёдра, внутренняя сторона бёдра и снова погружаются в меня. Я чувствую, как кровь приливает к моему лицу.

– Кир… – пытаюсь сказать что-то, но голос предательски дрожит. Он поднимает голову и смотрит на меня с лукавой улыбкой. В его глазах пляшут черти, и я понимаю, что расслабиться мне всё-таки не удастся. Но почему-то совсем не против.

– Что? – спрашивает невинно, будто он сейчас ласкает не мою киску, а самую обычную кошку.

И не дожидаясь моего ответа, надавливает на клитор. Я мгновенно забываю обо всём, что хотела сказать, какие-то причины назвать почему нам пока рано. И что такие ласки надо дарить человеку, которого знаешь как минимум год. Ну я так раньше думала…до сегодняшнего дня.

Я ничего не отвечаю, лишь кусаю губу, стараясь не подаваться нарастающему жару, который готов поглотить меня целиком. Его взгляд прожигает насквозь, заставляя сердце бешено колотиться в груди. Он знает, что владеет ситуацией, что я в его власти. И мне это… нравится.

Его пальцы становятся смелее, проникают глубже. Я вздрагиваю от неожиданности, но не отталкиваю его. Наоборот, подаюсь навстречу, ища большего. Все мои доводы и убеждения рассыпаются в прах под напором этих чувственных прикосновений. Я больше не могу сопротивляться, не хочу. Хочу только его, его рук, его губ, его тела.

Он чувствует моё согласие и углубляет поцелуй. Его язык танцует на моём животе, вырисовывает узоры, вызывая новые волны возбуждения, снова спускается к клитору, ласкает, обводит его по кругу, всасывает в себя. Я запускаю руки в его волосы, притягивая ближе. Кажется, что между нами стёрлись все грани приличия. Теперь я открыта перед ним настолько, насколько даже не подозревала, что могу вот так.

Внутри меня вспыхивает огонь. Жар растекается по всему телу, сводя с ума. Я чувствую, как пульсирует каждая клеточка, как кровь кипит в венах. Я готова. Готова отдать ему всё, что у меня есть. Готова на всё ради этого момента.