Челнок Предтеч (СИ), стр. 5

— Очень много, за один час реактор «Пионера-873» прогоняет через себя сто тонн обычной воды, поэтому у нас на корабле имеется большие запасы смеси трития с дейтерием в виде тяжелой воды — ее там тысячи тонн — ответил Дик. — И на челноке тоже имеются запасы тяжелой воды, и он постоянно пополняет их, перерабатывая воду из общего хранилища. Тут в пещере бьет родник, дроны эту воду закачивают в хранилище, а переработанную воду, с пониженным содержанием изотопов водорода, сливают в реку, куда стекал родник.

Глава 3

Я продолжал расспрашивать свой искин нейросети, которому я дал имя Дик, о технических возможностях челнока.

— А при работе этого термоядерного реактора не выделяется радиация? — спросил я.

— Нет, в результат реакции синтеза получаются продукты, не несущие остаточной радиации — ядра гелия (альфа-частицы) и нейтроны, которые поглощаются защитой, отбирающей у них энергию и направляющей ее в преобразователи. Это очень сложная тема, особенно гравитационные преобразователи, полной информации о принципах работы у меня нет — это секреты производителей — пояснил Дик.

— То есть мы такой на Земле построить не сможем? — спросил я прямо.

— Нет, не хватает не только документации, но еще многого чего, что производится у нас на планете — ответил Дик.

— Жаль, неплохо было бы у нас производить те же гравициклы — вздохнул я. — На них гонять будет здорово! Никакие ямы на дорогах не страшны!

— Возможно на корабле насчет гравициклов мы сможем найти информацию — сказал Дик, чтобы утешить меня. — Там применяется минерал гравилит, добываемый только на планете Ро в созвездии Цаги. На этой планете огромные острова, заросшие джунглями, летают над поверхностью планеты, он там в избытке имеется.

— Мы можем проверить работоспособность челнока и выйдет ли он из пещеры? — предложил я, поняв, что гравициклы мы тоже делать не сможем по определению.

— Я оцениваю, что челнок не сможет выйти из пещеры — сразу ответил Дик. — Надо направить дронов расширить вход в пещеру. Но у них слишком маленькая мощность, на это уйдет не меньше месяца.

— Направляй. Еще вопрос Дик. Как держится связь нейросети с приборами? По радиоканалу? — спросил я.

— Да, но это так называемый шумоподобный сигнал, состоящий из тысячи частотных каналов, мощность каждого канала ниже уровня естественного шума, но когда знаешь, как его собирать, то получаешь сигнал высокого качества, который практически невозможно обнаружить и перехватить — ответил Дик.

— И какая дальность связи у нейросети? — спросил я.

— В пределах десяти метров, для более удаленной связи используются усилители, они имеются на борту челнока — ответил Дик.

— Покажи этот усилитель — попросил я, и Дик показал мне его трехмерное изображение. Это была коробочка с зеркальной поверхностью, размером со большой спичечный коробок, только в два-три раза тоньше. А он еще и раскладывался как книжка, на его поверхности появилось моя фотография.

— Ничего себе! А что — фотографию ты придумал пририсовал? — спросил я.

— Да, для примера, это вообще-то универсальный коммуникатор, его дальность связи десять километров. Но у вас нет глобальной сети, поэтому на эту дистанцию ты можешь отойти от челнока, чтобы иметь связь с ним — пояснил Дик.

— А что такое глобальная связь? — спросил я. Про радиосвязь я был в курсе, все-таки я радиолюбитель.

— Ну это когда вся планета охвачена цифровой связью, как телефонной сетью. По радиоканалу. Ты можешь позвонить любому абоненту, и через эту сеть управлять любым своим устройством — пояснил Дик.

— Чудеса! — удивился я. — Дик, меня интересует в первую очередь технические новинки, которые мы сможем воспроизвести на Земле. Что скажешь по этому поводу?

— Ну до такой сети вы лет через сорок дойдете, если будете идти в правильном направлении. Я это уточню, когда у меня появится больше информации, чем у тебя в голове — ответил Дик.

— Термоядерный реактор мы сделать не сможем — нет документации, гравициклы тоже — нет у нас минерала гравилит. Слушай, а нейросети как изготавливаются? Мы их можем производить? — спросил я.

— Нейросеть — это наверно само важное достижение нашей цивилизации. Она строится из универсальных нанитов, которые размножаются в организме человека самостоятельно и при достижения определенного порога начинает работать искусственный интеллект. То есть надо ввести в кровь человека не менее десяти кубиков нанитов и в течение месяца они вырастут до искина.

Базовые знания уже заложены в этом искине, а базы знаний по профессиям надо скачивать из искина верхнего уровня — у нас это челнок или корабль — ответил Дик.

— Так что — уже я месяц у тебя тут лежу? — испугался я.

— Нет, всего ночь прошла, тебе литров пять закачали нанитов — ответил Дик. — Поэтому они сразу сложились в искин, то есть в меня.

— А вообще какой объем нанитов образуется за месяц у человека? — спросил я.

— До одного литра, может и немного больше, если это делает богатырь — ответил Дик.

— А вы мне усилили кости и мышцы, на сколько? — спросил я.

— Ну раз в десять, точнее трудно сказать, какие у тебя были возможности — ответил Дик.

— Еще скажи мне — вы меня вылечили от простуды, для этого какой объем нанитов требуется? — спросил я, все обдумывая как можно использовать достижения иноземной техники с пользой для человечества.

— Десять кубиков, но перед тем, как их закачивать, надо дать задание до какого уровня им развертываться, пока они находятся в организме донора. А после этого они могут развернуться как до полноформатной нейросети, с усилителями мышц и костей, или до уровня «личного доктора», который будет только постоянно следить за здоровьем пациента — ответил Дик.

— И какие заболевания он может лечить? — спросил я.

— Практически все заболевания, кроме генетических. Они требуют изменения генетического кода, а это возможно сделать только до зачатия ребенка — ответил Дик.

— Что, и рак можно излечивать? — удивился я.

— Почти все формы — подтвердил Дик. — Но сам понимаешь, что есть предел по стадиям заболевания, когда уже лечить нечего.

— Догадываюсь — согласился я. — А сердечные заболевания?

— Полностью излечиваются, сосуды очищаются и восстанавливается их тонус — сказал Дик, но для меня была понятна только первая часть фразы.

— А нельзя ли применять наниты в виде таблеток или микстуры? — спросил я.

— Тоже можно, но лучше изготавливать какое-то желе с нанитами — сказал Дик.

— То есть если сделать джем, то в него можно замешать наниты? — спросил я.

— Да, и в кисель тоже. Сами наниты вкуса не имеют — ответил Дик.

— Скажи Дик, а нейросеть может ограничивать как-то деятельность человека? — спросил я.

— Может, если это задано до загрузки нанитов. Но ограничения не очень большие — например — выполнение договора или условий, на которых устанавливается нейросеть, это ключевая фраза «Под протокол» — как бы нотариально заверенное обязательство. А также не нанесение вреда тебе или твоей команде действием или бездействием — пояснил Дик.

— То есть я могу задать, чтобы человек не воровал? — спросил я.

— Чтобы не воровал у тебя и твоей команды — да, это можешь задать. А вообще, чтобы ни у кого не воровал — нет, это нельзя задать — ответил Дик.

— Ну а хранить, то, что я указал в тайне — это можно приказать? — спросил я.

— Это можно, без проблем. Даже во сне не проболтается — нейросеть отследит.

— Что-то я проголодался. Надо пойти сготовить поесть. Тут на челноке есть кухня? — спросил я, одеваясь в высохшую одежду.

— Да, и пищевые автоматы тоже — ответил Дик.

— Дик, десять тысяч лет прошло… Там все давно протухло! — усмехнулся я.

— Напрасно ты так думаешь. Сублимированные продукты в герметичной упаковке хранятся вечно при температуре жидкого азота. Но воля твоя — можешь сам сготовить себе блюдо из своих продуктов, или дать такое задание пищевому автомату — ответил Дик.