Феодал. Том 6 (СИ), стр. 4

— Интересно ты тут устроился, — уперев руки в бока, протянул отец.

Его объёмный живот куда-то исчез и теперь передо мной находился совершенно другой человек: схуднувший, с непривычно угловатым лицом и большими чёрными кругами под глазами — явно чем-то болел. На это указывали также потрескавшиеся ногти и сморщенные губы — будто из тела выкачали разом большое количество влаги.

— Это вы ещё пристань не видели. У меня тут не хуже, чем в Ростове, самый настоящий город.

— Ерунда, обычная деревня с кучкой наивных дураков, — отмахнулся отец. — Ты не думай, что я мириться приехал — дело у меня ко всем есть.

— Ко всем? — уточнил я, переводя взгляд с осунувшейся мрачной мачехи на Фенечку.

Старший брат как-то нервно отбивал такт лакированным ботинком, руки демонстративно держал в карманах брюк и старался на меня не смотреть, Алёна же, наоборот, всячески подавала сигналы пристальным взглядом, пока остальные не видели.

— Всему своё время, — ответил Денис Черноярский.

Тон, которым это было сказано, мне не понравился, было в нём что-то гаденькое, склизкое, с обещанием будущих неприятностей, но я не подал виду и улыбнулся отцу.

— Вы правы, батюшка, что ж, не смею более надоедать — мой приказчик Григорий поможет вам заселиться. С радостью приму в своём доме, а пока простите — дел невпроворот.

Среди знакомых рыл в свите отца затесался Игнат Цыбульский, двухстихийный маг огня и воды. С тех пор как мы разбежались, он прибился в услужение к Черноярскому-старшему, стремясь дотянуться до меня своими маленькими зубками. Редкостный гадёныш. В руках у него был всё тот же посох с магическим шаром и острыми выпирающими лезвиями. Насчёт него я не переживал — боевой маг «С» — не тот уровень, чтобы удивить меня сейчас.

Рыжеволосый Гунтер тоже приехал в качестве телохранителя вместе с горсткой других тевтонцев, только сегодня он держался как-то скромней, дисциплинированней, что ли. Я пошарился «диктатурой» по их рядам и сразу же понял почему.

«Они всерьёз думали меня так нагло обмануть?» — чуть не засмеялся я про себя.

Среди последователей ордена в рядовой амуниции позёвывал сам ландмейстер — глава всей этой шарашки на ростовской земле. Малевал из себя простачка.

Конрад фон Айнзидель

Отвага (99/100)

Лидерство (93/100)

Мечник (А), Рыцарь (B), Боевой маг (B)

Ландмейстер (А)

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (0/100)

Преданность к «П. В. Остроградскому» (65/100)

Преданность к «Д. Ю. Черноярскому» (34/100)

Трудолюбие (77/100)

Счастье (42/100)

Боевой дух (90/100)

Общественный статус: «Костяной крест» — вера для этого человека лишь ширма, под которой скрывается беспринципность и жажда власти.

Достигнут предельный уровень развития.

Скрытые таланты — «Грозовой шаг» (способность оставлять за собой незаметный электрический след, парализующий всех, кто пытается атаковать в спину).

Колоритный дядька. Если не знать про эту его уловку, то можно поплатиться жизнью за свою самонадеянность. Я не подал вида о разоблачении. Скорее всего, усы и борода накладные, как и излишне шрамированное лицо — пусть думает, что явился сюда инкогнито. Многие аристократы, чиновники, купцы и прочий влиятельный люд приезжали из любопытства — посмотреть на тот самый закрытый ото всех город.

На сегодняшний день мы организовали всеобщие гуляния, с утра завтра запланирована ярмарка и выступление артистов, а на вечер главное блюдо — турнир. Музыка доносилась с каждого угла. Приезжим надо было отвести душу, расположиться со всем своим скарбом — спешить некуда. Стоя неподалёку у ворот, я посматривал на входящих, чтобы не упустить последних знатных гостей.

Они, как правило, заезжали в окружении своих людей и привлекали к себе много внимания, но ещё один субъект захотел остаться в этот день незамеченным и прибыл вместе с обозом подëнщиков из Ростова. Ей-богу, день шпионов.

— Нобу, — позвал я мечника, — видишь вон того в серых сапогах и с флюсом на щеке.

— Вижу, господин.

— Это наш с тобой старый приятель — граф Кержапольский, вот за ним и будешь присматривать, иди.

Тот самый московский род, что заказал убийство японца. Странно, что они больше не предприняли попыток избавиться от Нобуёси, ведь тот опозорил их наследника на Темерницком торжище, будучи почти слепым. Обычно, такие как они, люди гордые и редко дают заднюю.

«Выходит, за меня вступились», — подумал я, понимая, что чудес в мире не бывает.

С тех пор как экспедиционный корпус понял, какое оружие у меня на руках, я получил некий карт-бланш на развитие собственного феода. Большие игроки не лезли ко мне: ни герцоги, ни Великий князь — а эти вполне могли приструнить непослушного барона на своих землях, тем более бастарда. Как будто я эдакая подросшая пиранья и от меня шарахаются акулы, но не из-за моей силы, а потому что сверху плывёт чудовище пострашней и отбрасывает свою тень.

Приезжий был двоюродным братом главы Кержапольских, фигура которой не по статусу местная забава. Если приехал сам, значит, желает говорить тет-а-тет. Я, конечно, созвал всех сюда, чтобы налаживать связи, но не с московскими же воротилами? На кой я им сдался? Ох, недоброе у меня предчувствие, чую запах пакостей.

Ближе к двенадцати ночи, я велел закрывать ворота. В Таленбурге и вокруг действовала усиленная охрана — я отвечал за гостей, потому не пожалел сил и средств для их безопасности. По отдельности с самыми важными лицами мы успели чокнуться и разделить тост, но сейчас они все продолжали веселье в тереме — я как глава феода должен там присутствовать.

Людей у меня мало, потому часть обязанностей пришлось взять на себя. Весь день пролетел впопыхах, некогда даже присесть было, потому я с облегчением пробежался по ступенькам наверх и потянул было ладонь к дверной ручке, как увидел слева Алëну.

Девушка неуверенно мялась у деревянных перил, выйдя подышать свежим воздухом. Она затравленно оглядывалась, ожидая услышать повелительный голос дяди. Черноярский никогда не позволял с ней строгостей, души не чаял в племяннице и всячески баловал, оттого эта ситуация казалась мне ненормальной.

Мы встретились взглядом. Ночной светильник выхватил из темноты еë длинную тугую косу, лежащую на груди, вечернее закрытое серое платье и широко распахнутые глаза, молящие о помощи.

Алëна в моей жизни почти никто, а если точнее, никто с минусом, но пройти мимо всë равно не смог. Я отступил на шаг от двери и подал ей знак следовать за мной направо, к другому входу. Она быстро кивнула, ещë раз обернулась, прислушиваясь к взрыву хохота баронов, и на цыпочках засеменила за мной.

Пройдя мимо кухни и еë взмыленных работников на первом этаже, мы оставили шум окриков и шкворчащей посуды позади. Я закрыл за нами дверь в пустую комнату для прислуги и повернулся к двоюродной сестре.

— Ты хотела поговорить?

Она в отчаянии схватила мою руку и сильно сжала в своей.

— Владимир, я прошу тебя, умоляю — позволь здесь остаться, за-забери меня оттуда. Я… Я не хочу возвращаться к этому… К… домой, — выдавила она из себя и беззвучно расплакалась, опустив лицо вниз, чтобы я его не видел.

Если честно, я ожидал чего угодно, но не такого поворота событий. Кузина содрогнулась несколько раз, потом отстранилась и выпрямилась, торопливо вытирая глаза пальцами.

— Объясни мне, что происходит? — сказал я ей, протягивая чистый платок.

— Дяденька изменился, стал каким-то другим, — она остановилась, подавляя нахлынувшие эмоции, и продолжила. — Мы все его боимся, он к себе никого не подпускает, ругается, а недавно вот Фенечку высек…

— Ну, ему только на пользу пойдёт, — хмыкнул я, вспоминая противную ряху братца.

— Ты не понимаешь. Он ни за что его наказал, за оторванную пу…пуговицу на кафтане и это не первый раз. Я видела у тёти Агриппины синяки — раньше он души в ней не чаял, а сейчас как дворовую девку за волосы таскает. Дворня шепчется, мол, барон с ума сошёл. А конюха вот недавно на-насмерть забил… — она не удержалась и опять затряслась в слезах.