Феодал. Том 6 (СИ), стр. 26

— Как будем действовать? Захватим ангары? Или сам храм? — наперебой спрашивали они его.

— Погодите-погодите, успокойтесь, — попросил он восставших. — Где сейчас люди Адановского?

— Часть заперлись на третьем этаже в храме, а другие в ангарах хозяйничают, мы ещë успеем. Сами заберём виверн и захватим власть! Надо судить их!

— Зачем вы вообще в это полезли?

— Так и так не жильцы мы, Юрий Георгиевич. Виктор как наших пожëг, вразнос пошëл: угрозы голосил, дескать, сгноит по тюрьмам. Не нужны мы им, мешаемся только…

— Уж лучше смерть в бою, чем в допросной или на рудниках.

Остроградский совершил то, что никому до него не удавалось — перетянул на свою сторону разведчиков. Сила, долженствующая быть независимой, поддалась на увещевания графа. Как он это провернул — загадка.

Со смертью предыдущего ротмистра, имевшего непоколебимый авторитет и влияние, всë затрещало по швам. Налившись метастазами алчности и искушения, предатели подняли головы на настойчивый шёпот графа и пошли за ним.

Чего-то подобного можно было ожидать от ведуна вроде Черноярского, но тут дело касается обычного человека. Долго же шла подготовка к этому шагу.

— Никаких ангаров, выбираемся из храма, бегом в конюшню и уходим.

— Куда? — спросил голос из толпы.

— Сначала в лес, а там видно будет.

С кражей виверн у них вообще не останется шансов. Император пустит по следу беглецов всех ищеек из соседних герцогств. Абросимов нëс ответственность за своих людей и желал им лучшей доли. Незачем превращать местечковый конфликт во всероссийский. Шумиху надо пересидеть, а там друзья и отец помогут, род защитит.

Душный каземат давно остался позади, и они, не встречая особого сопротивления, пробежали к конюшне.

— Без глупостей, Давидович! — рявкнул Юра знакомому охраннику. — Помрёшь зазря, сядь и ребятам своим вели не геройствовать!

Усатый разведчик с двумя зелёными рекрутами испытывать судьбу перед вооружённой сотней не рискнул. Их связали и заперли в пристройке.

— Подкорректируем тебя слегка, не серчай, — Влад махнул пяти молодчикам, и те накинулись на связанных с кулаками.

— Магию на ноль! Терпеть! — взревел Давидович, и правильно, мужик понял, что захотели бы убить — давно убили бы, синяки и травмы — это подарок, чтобы их не заподозрили в пособничестве. — Спасибо, — сплюнув кровь, кивнул тот Абросимову.

Юре подвели скакуна, и вскоре они мчались за пределы огороженного храмового комплекса. Вспышка и яркий пламенный луч из его руки разрезал ворота насквозь крест-накрест. Смена стихии. Четыре ветряные кувалды выбили куски воротин наружу, расчистив коннице дорогу. Абросимов ехал впереди всех и на стражников использовал менее убойные ветряные заклинания, дабы не покалечить.

«Простите, парни, но лучше парочка переломов, чем превратиться в угольки».

Оставляя за собой беспорядок, они прокатились по главной улице как нежданный ураган. Повозки щемились к обочинам, а зазевавшихся сносил в стороны магический таран ветра.

Новости о задержании ротмистра не успели распространиться, так что никто не смел их задерживать. Полиция не вмешивалась, придерживая перчатки-линзы для других нарушителей. Мятежники преодолели полгорода, но на этом везение закончилось. С неба на них угрожающе наползли тени виверн.

— Какой план? — спросил на ходу сержант и выпустил машинально в небо шесть водяных стрел; его примеру последовали и остальные беглецы.

— По жилым кварталам бить не посмеют! — крикнул Юра и был прав, экспедиционному корпусу не требовалось палить сейчас — дождутся, когда цель покинет Ростов. — Налево! Занимаем тот торговый дом и на крышу!

Все действовали слаженно. Лошадей загнали внутрь просторного пустого хранилища. Пыль и затхлость намекали на заброшенность строений, а вот явно об этом говорили заколоченные окна и двери. Последние довольно быстро слетели с петель, и разведчикам открылся путь внутрь.

Повсюду ютились плетёные корзины, кривые ящики и расставленные по углам глиняные кувшины разного объёма. Единственный товар, который они хранили — это белёсый шёлк паутин. Всё ценное хозяевами давно вывезено.

— Разрешаю открыть огонь! Старайтесь ранить, но не убить виверн! — приказал Юра и ветряным кулаком выбил заколоченное окно, дабы дать свежему воздуху приток, а также осторожно выглянул наружу, оценивая обстановку.

Мятежников на данный момент больше чем преследователей. Сотня против максимум пятидесяти всадников. У врага, конечно, преимущество в воздухе, но не надо забывать — с обоих сторон опытные маги. В отряде Абросимова били дальнобойными заклинаниями. Виверна цель жирная — спустится пониже, тут же отхватит горяченького леща. Это тебе не аборигены Межмирья, тут у каждого за плечами сотни убийств.

Против людей самые эффективные наездники — маги земли. Знай себе сбрасывай на головы врага массивные булыжники и посмеивайся, заклинания не развеиваются вплоть до попадания. Однако земельники товар штучный, у Виктора Адановского всего таких пять, и то слабенькие. Объективно сейчас сотня Абросимова — самое сильное воинство в городе.

— Попортим им шкуру и дальше рванём, — озвучил ротмистр своё решение Владу.

Сверху слышались хлопающие звуки магической пальбы, здание сотрясалось, но удары держало уверенно. Каменное, делалось на века. Не зря Юрий на него глаз положил.

Преследователям знатно дали прикурить, мятежники палили, не жалея внутренних резервов. От этого акта запугивания зависела их жизнь. Важно снизить боеспособность поголовья виверн. Даже одно попадание с лёгким кровотечением станет для наездника помехой — магзверь далеко не долетит.

— Идём, поможем, — скомандовал Юрий всем оставшимся внизу, тут ещё главное — не промедлить, ведь часть выродков Адановского побежали в портал за второй полусотней виверн.

«Доберёмся до леса, а там с воздуха ищи свищи».

— Ваше Сиятельство, — вдруг резко остановился сержант. — Вы слышали?

— Что там?

Абросимов остановился, пропуская вперёд людей, а сам прислушался.

— Вот, — поднял палец Влад и потом указал на соседнюю комнату, спустя пару секунд оттуда донëсся глухой стук, потом ещё и ещё.

— Давай посмотрим.

Оба офицера прошли внутрь бывшего кабинета хозяина торгового дома. В просторной комнате мебель отсутствовала, но зато от неё были отчётливые следы — за годы пол в тех местах остался нетронутым.

— Смотри, — указал Юра на одиночный свежий след, уходящий прямо в стену, откуда слышался шум

— Там, кажется, люди заперты.

Редкие стуки и кряхтенье сменилось настойчивыми ударами кулаков. Декоративная доска подрагивала, и сержант одним движением сдёрнул её на пол, обнажив перед ними потайную дверь.

— Кто там? — громко спросил Влад, нагибаясь к замочной скважине, но ему не ответили, только скреблись и долбили что есть мочи. — Юрий Георгиевич, похоже, тут рабов держат, другого объяснения не вижу. Освободим?

Абросимов на секунду прикинул, что гражданские лица им только помешают, но оставлять их вот так тоже неправильно. Кто в здравом уме запирает людей в заброшенном здании, это каким извергом надо быть? А следы. Следы говорили, что надсмотрщик внутри.

— Отойдите, я прожгу замок! — громко крикнул Юра, но напор только усилился. — Мы вас всех освободим! Не мешайтесь! Потерпите ещё чуть-чуть!

Его никто не послушался, но ничего, аккуратно выставив вперёд два пальца, ротмистр сконцентрировался на разрезающем заклинании. Взбалмошное пламя сжалось сначала в единый жирный пучок, потом сузилось до толщины указательного пальца и засияло синим. Этот напор плавил металл как масло. Замок нагрелся и покраснел. Запахло жжёным деревом.

Внезапно механизм щёлкнул, и кусок стены с дверью плавно вкатился внутрь сантиметров на десять.

— Что это? — отпрянул сержант, когда в щель высунулась болотного цвета рука, она судорожно скребла чёрными ногтями поверхность двери.

Абросимов сделал шаг назад.

— Он их там что хранил? — прошептал Юра, чувствуя нарастающую волну мурашек.