Вик Разрушитель 12 (СИ), стр. 70

После ужина Мстиславские дружно провожали меня всем семейством. Павел поинтересовался, будет ли мальчишник.

— Конечно! — воскликнул я. — Как же без него! Можешь считать себя почётным приглашённым.

— Это дело! — оживился наследник, и все рассмеялись.

— А я могу прийти? — Игорю тоже загорелось. — Охота же посмотреть!

— Мал ещё! — отрезала Лида, держа меня за руку.

— Если старшие не будут против, приглашу, без проблем, — ответил я с улыбкой и пояснил: — Конечно, только под моим и Павла присмотром.

— Подтянешь физику и химию — разрешу, — цесаревич сдвинул брови. На его лице читалось: «и это не шуточки».

Со мной попрощались и деликатно оставили наедине с Лидой. И та, не теряя ни мгновения, с горящими глазами обвила мою шею руками.

— Когда ты готовился пройти то жуткое колесо на арене, я очень хотела, чтобы ты не дрогнул и не отступил. Может быть, ты меня посчитаешь неимоверно амбициозной, с завышенными требованиями к своему избраннику, но я мечтала увидеть смелого и дерзкого мужчину, который утрёт нос Берсерку. И в тот момент не думала об опасности, которая тебя поджидала. Мне потом Астрид рассказала, что это за адская штуковина. Её не могут пройти больше половины пилотов, обучающихся в военных училищах. Просто боятся быть размолотыми лопастями.

— Я же не знал, поэтому и не боялся, — прижимая к себе гибкое тело княжны, улыбнулся я и потянулся к ней губами.

Поцелуй не длился долго. Всё же мы находились не в уединённом месте, в любой момент в вестибюль могли выйти слуги. Конечно, выждав положенное время.

— Ты необычный, безрассудный и смелый, — тихо проговорила Лида. — Даже и не знаю, чего в тебе больше. Я как на иголках просидела всю дорогу, пока мы плыли на корабле до Усть-Луги. Мне было очень страшно за тебя… Когда мы начнём перенастройку?

В этом вся Великая княжна Мстиславская. Сначала эмоции, а потом резкий переход на деловой тон.

— Да хоть завтра. Выходной день, можно спокойно и без спешки подготовиться.

— Тогда я буду у тебя часиков в десять, — улыбнулась Лида. — Ну всё, езжай. А то чем дольше тяну с прощанием, тем меньше хочу оставаться одна.

На улице уже стемнело, но яркие фонари по всему периметру особняка хорошо освещали прилегающую к крыльцу площадь. Меня уже ждал «Фаэтон». Влад распахнул дверцу, дождался, когда я нырну в салон, и аккуратно закрыл её.

— Как прошёл ужин, Андрей Георгиевич? — поинтересовался Никанор. — Его Высочество дал зелёный свет?

— Твоё любопытство когда-нибудь тебя сгубит, — предупредил Влад, садясь на переднее кресло. — Не дело телохранителю задавать такие вопросы. Захочет хозяин рассказать — услышишь.

— Да ладно, это не такая уж и тайна, — усмехнулся я, доставая из кармана пиджака телефон, у которого всё это время был отключен звук. Разблокировал экран, чтобы посмотреть звонки. Ага, отец попытался до меня «достучаться», да и бросил это дело. Наверное, хотел узнать, дали согласие Мстиславские или нет. Понимать должен, что цесаревич не отступит от своего решения. Хотя… всякое могло произойти. Вон как за столом уколол Лиду, раскрыв её недостатки. Тоже сомневался в серьёзности дочери создать семью так рано. — Будем готовиться к помолвке в сентябре.

Отвечая телохранителю, послал отцу сообщение, что завтра сам с ним свяжусь по видеоконференции.

— Поздравляем! — обернулся Влад. — Значит, Георгий Яковлевич и Аксинья Фёдоровна приедут?

— Думаю, на помолвку-то обязательно приедут, тут и думать нечего, — несколько неизвестных мне номеров я проигнорировал. Скажу Казакову, чтобы прозвонил по ним, узнал, кто хочет со мной пообщаться. Надо уже, кстати, о секретаре думать. Как только запустим «Бастион», на меня обязательно начнут выходить поставщики всякого разного оборудования.

А вот на звонок Нины нужно ответить. Теперь, как бы, это моя ответственность. Обещал своим избранницам уделять внимание? Вот и вперёд. Отгородившись от телохранителей перегородкой, я сделал вызов. Боярышня откликнулась чуть ли не сразу, будто ждала.

— Здравствуй, моя амазонка, — улыбнувшись, произнёс я, услышав голос Нины. — Грозная повелительница байков и шестов.

— Скажешь тоже, — негромко рассмеялась девушка. — Спасибо за комплимент, Андрюша… Ты уже съездил к Мстиславским?

— Как раз от них возвращаюсь.

— Ну и… как?

— Их Высочества дали согласие на брак.

— Поздравляю!

— Мне показалось, ты вздохнула с сожалением?

— Если честно, ждала отказа, — призналась Нина. — Лида мне жаловалась, что её мама побаивается тебя, вернее — твоего Дара. Вдруг Алёна Николаевна сказала бы своё слово…

— Чтобы одной конкуренткой стало меньше? — пошутил я.

— Почему бы и нет? Видишь, я искренна перед тобой. Но обещаю, что не стану применять нечестные приёмы, когда мы будем жить все вместе. Только благородное соперничество за сердце мужчины. Да-да, дорогой, как бы ты ни хотел уравнять шансы, этого не произойдёт.

— Имя вам — женщины, — я усмехнулся, поняв, о чём намекнула Нина.

— Да, мы такие, — девушка вздохнула. — Андрюша, я не стала тебя грузить проблемой, когда ты вернулся. Тем более, к Мстиславским собирался.

— Что случилось? — я напрягся, силясь понять по голосу Нины, насколько всё серьёзно.

Нина снова вздохнула и рассказала о своих приключениях, от которых у меня на макушке волосы зашевелились. С трудом сдержался, чтобы не выругаться. Да и было из-за чего. Привлекательная боярышня поступила безрассудно, поехав совершенно одна в место, где постоянно собирается огромное количество молодёжи, где встретить нетрезвого можно на каждом шагу. Нужно ли удивляться, что всё завершилось так, а не иначе? Захотелось ещё больше разразиться потоком непечатных слов. Какой-то Лукомский — кстати, надо Петровичу дать задание, пусть соберёт по нему всю доступную информацию — вздумал мою невесту, как какую-то гулящую девку, в машину затащить и увезти в свою нору! А ведь ещё и княжич! Удивительно, что я о Лукомских впервые услышал!

— Молодец, что догадалась захватить чонбон, — похвалил я Нину. — Теперь постоянно его с собой носи! Поделом этим гамадрилам, по заслугам получили.

— А если я и вправду ключицу одному из них сломала? — жалобно спросила девушка. — Вдруг придут за вирой? Батюшке ещё и этого не хватало.

— Никто не придёт, — мой уверенный голос должен был успокоить Нину. — А если придут, сразу же сообщи мне. Я разберусь с этим… княжичем.

— Спасибо, Андрюша! — голос девушки стал бодрым.

— А теперь послушай меня, милая… Если даже Лукомский и не заявится с претензиями, то сделать пакость сможет. Например, даст приказ своим «бычкам» следить за тобой или ещё что-нибудь придумает. Я с такими людьми уже сталкивался, — мягко, чтобы не пугать Нину лишний раз, предупредил я. История с Куракиным научила меня очень внимательно относиться к конфликтам подобного рода. Судя по описанию, княжич Виктор — себялюбивый мажор, развлекающийся тем, что разъезжает по Москве в поисках приключений и развлечений. Сколько у него в руках побывало девчонок? Поразвлёкся, заплатил необходимую в таких случаях виру, и пошёл дальше рыскать по столице, аки голодный волк?

— И что мне делать?

— Всё, как обычно. За исключением индивидуальных поездок по городу, — усмехнулся я. — Если захочешь в какой-нибудь магазин за новым платьем съездить, лучше мне позвони. Я обеспечу охрану.

— Правда? — обрадовалась боярышня. — Ну… так-то я могу с мамой съездить и с дядьями.

Захарьиным, как и многим другим боярским родам, потерявшим влияние после прихода к власти Мстиславских, запрещалось иметь боевое крыло, от силы — три-четыре телохранителя. Вот и уходило русское боярство под крыло сильных княжеских кланов. Кстати, надо этот вопрос продумать. Если я захочу создать клан, мне никто не сможет официально запретить воспользоваться древним правом. Разве только император в гости наведается и по-родственному посоветует не выпячиваться. Мой Род так и так под защитой альянса будет, зачем лишний раз дразнить гусей, то бишь Булгаковых, Куракиных, Корибут-Воронецких и прочих «Гедиминовичей». Но создать сильную прослойку из лояльных боярских семей, которые смогут обеспечить меня бойцами — идея, стоящая того, чтобы её обдумать и претворить в жизнь. Например, Кочубеи. Чем не первые кандидаты? Мишка очень даже не против перейти ко мне в свиту. Род боевой, многие его мужчины служили или служат в армии. Когда я официально обрету родовой герб, попытаюсь встретиться с Мишкиным отцом. Ведь есть же разница, когда к тебе приходит сопливый мальчишка и что-то о служении княжичу блеет, с тем, когда об этом же говорит князь, женатый на высокородных леди?