Вик Разрушитель 12 (СИ), стр. 46

— Не так долго. Наш Ремедиатор имеет высший ранг. А с помощниками он сможет решить проблему, учитывая стадию болезни, ну… за пару месяцев. Посещение сестры я вам организую, как только ей станет лучше. Но договор мы подпишем здесь и сегодня. Скоро придёт юрист. Есть ещё вопросы?

— А если я уеду в Россию?

— Такой глупости я от вас не ожидаю, — рассмеялась Эмма. — Вы сами-то поняли, что сказали? Ну, убежите. И что? В наших силах достать вас даже в Москве. Просто подумайте, что станет с вашими родителями и с сестрой? Ремиссия может легко обернуться рецидивом. Родители окажутся на улице и умрут там гораздо раньше, чем вы их сможете перевезти в Россию.

— В таком случае у меня нет выхода.

— Мы вас не загоняем в клетку, боже упаси! Я же говорю, здесь цивилизация, никто не требует клятвы на крови. Да и бесчестно применять магическое искусство в отношении простолюдина. Ну, в вашем случае, образованного и талантливого инженера.

Польстила, чего уж там! Алекс тяжело вздохнул, понимая, что предал Арабеллу. Но предательство имело свою цену, смягчавшую моральные страдания Бартлетта. Подписав договор, он испытал облегчение. Назад пути уже не было. Мисс Стингрей — сильная женщина. Она добьётся своего. Сомнений в этом у Алекса не было.

…И вот сейчас он неторопливо бредёт по улице, зная, что за ним медленно катится машина с охраной. Скоро ему предстоит лететь в Москву. Фицджеральды выполнили свою часть сделки, подняв на ноги Кэтти. Они дали Алексу хорошую должность в инженерном отделе, обеспечили согласно договора хорошим жалованием, жильём. Теперь настала очередь Бартлетта показать свою преданность новым хозяевам. Пусть через полгода, с очень большой задержкой, но он приедет в Россию, найдёт Арабеллу, отдаст ей документацию по «Арморексу» и скажет, что готов приступить к работе. Вот только нужно тщательно продумать легенду, почему он остался в Америке и как жил всё это время. Про сестру можно и промолчать, но если Арабелла поинтересуется её здоровьем, тоже нужна легенда. В конце концов, пусть сотрудники службы безопасности Фицджеральдов голову ломают, как прикрыть агента.

2

К моему облегчению, в классе никто не изводил меня вопросами, что же произошло в «Скандинавском экспрессе», за что я был благодарен ребятам. Нет, сначала вопросы, конечно, были, и чтобы пресечь возможные спекуляции на эту тему, на большой перемене я дозированно рассказал о своём путешествии из Стокгольма в Москву. Да, нападение было. Мятежники решили вбить клин между Скандией и Россией методом диверсионной атаки на великокняжескую делегацию, возвращавшуюся домой. У лопарей и поддерживающих их британцев появились серьёзные опасения, что политическое сближение двух северных государств приведёт к окончательной зачистке сепаратистов, ратующих за отделение финской провинции от Скандии и превращение её в полноценное государство. Среди суоми, лопарей и тавастов [1] ходили упорные слухи, что русский император и король Харальд договорились ввести одновременно с двух сторон войска в мятежную провинцию и упразднить автономию. России за помощь может отойти северная часть Карелии.

Королевская разведка вовремя узнала о провокации и подготовила сюрприз для сепаратистов. Великую княжну Мстиславскую со свитой тайно перевезли на морскую базу и далее на корабле до границы. А уже оттуда русский флот доставил молодых людей в Усть-Лугу. Почему именно я единственный поехал в поезде? Так было нужно.

Видя разочарование в глазах ребят, я постарался объяснить как можно мягче, что существует государственная тайна, которую нельзя разглашать, даже если тебе пришлось косвенно участвовать в операции имперского и королевского спецназа. О том, что я состою на службе в ГСБ, пусть и в качестве кадета, не знал никто, даже мои девушки.

Все согласились с моим доводом и успокоились. Зато в кабинете Арины девчата насели на меня с трёх сторон, желая знать подробности. Нет, сначала они накормили своего будущего супруга всякими вкусняшками, после которых он совершенно растаял и с набитым животом рассказал, что же случилось в «Скандинавском экспрессе». Коварно утаив некоторые детали произошедшего. Например, как я упустил очень опасного чародея, лишив его части тела. Ну и особо кровавые сцены тоже не стал расписывать. Зато про Эрика рассказал с такими красками, что красотки сидели с открытыми ртами.

— Выходит, Эрик и в самом деле берсерк? — задумчиво проговорила Лида, помешивая ложечкой сахар в чашке с чаем. — И это не прозвище?

— Я читала, что он сам выбрал себе второе имя, когда начал выступать в студенческих соревнованиях, — проявила осведомлённость Арина. — Вполне возможно, что именно из-за этого природного свойства. Интересно, кто передал ему по крови способность становиться берсерком? Надо покопаться в истории Рода Биргерссонов. Вдруг найдутся следы.

— Не в каждом поколении проявляется кровь берсерка, — уверенно ответила Лида. — Появление оборотня имеет настолько низкий процент вероятности, что даже несколько поколений могут не пробудить этот Дар, при том, что он совершенно точно имеется в каждом из них, и просто «спит». Этот вопрос давно изучается нашими учёными. Дедушка сам признавался, что не закрывает проект, потому что он приносит большую пользу в понимании процесса.

— На Руси такое состояние называли «раж», — вдруг сказала Нина, внимательно слушавшая наш разговор. — Воины входили в состояние ража и могли биться с противником, превосходящим их численностью в сотни раз.

— Ну, так уж и в сотни, — недоверчиво хмыкнула Великая княжна.

— Посчитай, — Захарьина отодвинула от себя картонную тарелочку с недоеденным пончиком. — На каждого русского витязя приходилось в среднем по тридцать-сорок врагов. Если на поле боя выходило десять русских бойцов, то легко определить, что против них выступало не меньше четырёх сотен воинов. Да по истории вспомните, как на Византию ходили русы в количестве, намного уступающем хорошо обученным войскам базилевсов. Среди русов были особые воины — рыкари-волкодлаки. Они зачастую и решали исход битвы. У первых Великих князей Мстиславских, кстати, тоже были такие люди.

— Да? Надо спросить у дедушки, — Лида попробовал с ложечки чай, не слишком ли он горячий. — Не зря же он с учёными периодически встречается. Но ты-то откуда знаешь?

— Я историю люблю, — улыбнулась Нина с лёгкой долей превосходства. У неё и в самом деле оценки по этому предмету стабильно высокие. Юная Мстиславская по своему статусу обязана знать назубок как историю страны, так и родословную всех князей. Но дальше этого не идёт. Ей достаточно того, что дают на уроках. А вот Захарьина очень много дополнительной литературы читает. Я знаю.

— Андрей, твой визит к родителям в ближайшую субботу остаётся в силе? — переключилась на меня Лида, вырвав из погружения в сладкую дрёму. — Надеюсь, без изменений, учитывая твою занятость? Нам ведь надо подготовиться. Да и я хочу выглядеть красивой.

— Ты и так красивая, — заверил я, и сразу же понял, что сделал ошибку. Это всё от расслабленности после сытного обеда!

Глаза Мстиславской опасно сузились, в них заиграли огненные искорки.

— Ты не понял, дорогой, — вкрадчиво произнесла Великая княжна. — К родителям придёт молодой человек, чтобы просить у них моей руки. Мне же надо причёску сделать, платье красивое подобрать. Я должна быть достойной княжича Мамонова.

Приятно такое слышать. Впрочем, подозреваю, Лида играет, чтобы слегка позлить Нину. Дескать, пусть мы и подруги, почти «сёстры», но под венец идти тебе первой не светит. Вот оно, женское соперничество, уже проявляется! Но боярышня, к моему удивлению, только снисходительно улыбнулась, стрельнув в мою сторону многообещающим взглядом. Я насторожился. Что-то Нина задумала.

— У меня без изменений, — ответил я быстро. — Как и договаривались, в субботу. А в следующую еду к Голицыным. Соответственно, через две недели к тебе, Нина. Ну, а родители сами решат, когда помолвки проводить.