Вик Разрушитель 12 (СИ), стр. 11

— Потому что все переговоры с высшими лицами государства ведутся из этого кабинета, — весело проговорил молодой мужчина, на вид которому было не больше сорока лет. Он поднялся из-за рабочего стола и пошёл нам навстречу. Костромской ростом был даже чуть ниже меня, двигался по-кошачьи мягко. Мягкие обводы скул, элегантные усики, гладко выбритое лицо и голубые глаза с льдистыми искорками в зрачках делали его довольно привлекательным для слабого, но прекрасного пола. — Княжич Мамонов, Андрей Георгиевич?

— Это я, — киваю в ответ.

Костромской протянул руку для пожатия. Ладонь у него оказалась сухой, твёрдой, а пальцы весьма сильные.

— Аркадий Викторович, советник, — представился он и перевёл взгляд на Матвеева. — Кондрат Васильевич, рад вас снова видеть.

— Неожиданно, — хмыкнул куратор. — Не думал, что вы меня запомните.

— Память очень хорошая, особые тренировки, — Костромской посмотрел на часы, обтянувшие запястье стильным кожаным ремешком. — Андрей Георгиевич, сеанс связи начнётся через десять минут. Пройдёмте со мной. Я покажу вам что к чему. Кондрат Васильевич, а вы пока присаживайтесь в кресло. Разговор Его Величества с княжичем должен пройти наедине. Я вернусь, и мы с вами попьём кофейку.

Просторный кабинет имел ещё одну дверь, причём — металлическую, только искусно задекорированную под дерево. За ней оказалась комната без окон, выкрашенная в приятный бежевый цвет. В глаза сразу бросилось большое полотно визора, несколько кресел возле него, чуть в сторонке — столик с матово-чёрным коммуникатором на пять телефонных трубок. Возле каждой из них горели красные огоньки диодов.

— Разговор будет по визору? — слегка напрягся я. Не хотелось гасить ядро, чтобы не испортить аппаратуру.

— Нет, по телефону, — успокоил меня Костромской, сам того не зная. — Сейчас будет звонок, проверка линии, потом я вас оставлю одного.

— Понял, — подумав, присел в одно из кресел. В ногах правды нет, а когда император соизволит позвонить, знает только он сам.

Сам я за временем не следил, прокручивая в голове предстоящий разговор. Разумно ли поступаю? У Харальда есть огромный штат агентов, армия, спецподразделение для выполнения самых деликатных задач, а тут какой-то щенок решил показать свою храбрость, нарушая все планы.

Мелодично запиликал один из телефонов на базе коммутатора. Костромской сразу же снял трубку и коротко произнёс:

— Посольство…

Молча выслушал кого-то на том конце «провода» и передал телефон мне.

— Сейчас с вами будет разговаривать цесаревич Юрий Иванович. Я же вас покину, Андрей Георгиевич.

Советник аккуратно закрыл за собой дверь, оставив меня в одиночестве. Цесаревич? Хм, можно сколько угодно строить версии, но показалось, что Мстиславские опять разыгрывают какую-то комбинацию. Да я ещё в отеле понял: никто не станет запрещать мне вернуться в Россию на «Скандинавском экспрессе». Достаточно было послу Зюзину передать волю императора, и я бы как миленький сел на корабль вместе с друзьями, не помышляя ни о какой авантюре.

Приложив к уху телефонную трубку, я некоторое время вслушивался в тишину, не нарушаемую никакими звуками. Как будто в вакуум погрузился.

— Ты на месте, зятёк? — ироничный голос неожиданно ворвался в ухо. Показалось, цесаревич находится где-то рядом. Настолько качественной и чистой была связь. Ага, наследник шутит — добрый знак.

— Добрый день, Ваше Императорское Высочество, — стараясь быть корректным, откликнулся я. — Слушаю вас внимательно.

— Во-первых, позволь тебя поздравить, — усмехнулся Мстиславский. — Наконец-то ты решился на предложение моей дочери. Жду от тебя следующего шага по возвращении домой. Попросишь у родителей руки Лидии, а там и дату помолвки определим. Не затягивай.

— Так и собирался сделать, — вежливо откликнулся я.

— Во-вторых, нам стало известно о твоём желании вернуться в Москву на «Скандинавском экспрессе». Поэтому император и я хотим знать, что сие означает: вредность, расчёт или обыкновенная мальчишеская бравада. Или же ты решил поиграть на стороне короля Харальда?

— Юрий Иванович, это хороший шанс выявить всю агентурную и диверсионную цепочку, действующую сейчас в Скандии. Если не произошло нападения по пути в Стокгольм, то оно обязательно случится на обратном пути. Поэтому я поддерживаю решение монархов отправить домой Великую княжну с сопровождающими морем. Без меня на корабле будет безопаснее. Антимагия не станет мешать боевым магам защитить военное судно. Я не знаю, насколько эффективна моя Сила против быстро несущейся торпеды или мины под килем. А в поезде я на «своей земле», в прямом и переносном смысле. Моя антимагия, мои духовные практики — они работают в контакте с материей. Иностранным разведкам нужен негатор, и пока я не окажусь в их руках или не буду уничтожен, они не успокоятся. Если диверсанты рискнут напасть на поезд, я встречу их не как пассажир, а как охотник. Попрошу коменданта Лутошина перевести меня в бронированный вагон поближе к пилотам. В случае атаки я помогу им. Видите, сколько сразу выгод получаете вы и король Харальд. Мы проредим силы сепаратистов, если они будут участвовать в нападении, уничтожим наиболее опытных наёмников; а если захватим в плен кого-то из тех, кто планировал атаку, и вовсе можем получить в свои руки ценную информацию. Спасибо, не благодарите, Ваше Высочество.

Цесаревич рассмеялся.

— Язык у тебя подвешен, княжич, убедился… Как быстро твои механики соберут «скелет»?

— Думаю, им придётся заняться сборкой сразу, как «Экспресс» окажется в Або. Процесс небыстрый. Но я могу и без брони.

— Даже так? — удивлённо спросил Юрий Иванович. — Ты настолько уверен в своих возросших силах?

— Да, Ваше Высочество, — твёрдо ответил я.

— Хм… это заявление подтверждает некоторые выводы, — загадочно произнёс Мстиславский. — Но ты забыл об одной детали…

— О какой, Юрий Иванович? — осторожно спросил я, заполняя возникшую паузу. Опять цесаревич мутит.

— Ты пообещал моей дочери и дочери Харальда жениться на них. Представляешь их реакцию, если с тобой что-то произойдёт? Ты дал обещание девочкам, вселил в них надежду на семейное счастье, и тут же с видом лихого ковбоя вскакиваешь на коня и куда-то мчишься.

— Но вы же сами меня постоянно испытываете на прочность, Юрий Иванович, — дерзко ответил я. — Сколько уже боевых операций проведено с моим участием? Причём, в главной роли. Напомню. Венеция, «Северная Звезда» — с вашего официального разрешения. А ещё ранний случай с Факиром, потом стычка с наёмниками «Кракена». В каждом случае я мог погибнуть, но вышел победителем. Кстати, вы же ещё что-то планируете летом…

— Тихо-тихо, разошёлся, — по-доброму усмехнулся цесаревич. — Мало ли что мы планируем.

— Мне кажется, ваш аргумент про счастливую семейную жизнь — слабая попытка сыграть на моих чувствах, — продолжал наседать я. — Куда честнее сказать, что вы опасаетесь, что Антимаг может попасть в руки зарубежных разведок. Так вот, этого не случится. Я смогу постоять за себя. И прошу разрешения для самостоятельного передвижения по Скандии.

Опять наступила пауза. Слышалось мерное постукивание, словно цесаревич в задумчивости тарабанил пальцами по столу. Я терпеливо ждал, нутром чувствуя, что меня опять пытаются использовать в какой-то схеме.

— Ваше Величество, вас уже подсоединили к линии? — вдруг услышал я странный вопрос цесаревича.

— Да, я здесь, — голос Харальда ни с кем другим невозможно спутать. — Давайте уже, мой младший брат, раскроем карты перед нашим будущим зятем.

Примечание:

[1] Вёльвы — женщины-прорицательницы

Глава 3

1

Можно сколько угодно злиться, ругать про себя взрослых дядек, раз за разом разыгрывающих тебя, как бестолкового и не учащегося на своих ошибках мальчишку. Можно было бы… Но сейчас со мной разговаривали опытные политики, учившиеся поворачивать любую ситуацию в свою пользу. Поправлюсь: не просто политики, а правители своих стран. Пусть цесаревич пока не относился к числу монархов и стоял только в очереди на престол, но тоже умел плести интриги. Конечно, предварительно обсудив все тонкости с императором.