Все недостающие фрагменты (ЛП), стр. 39

— Привет, — пискнула она.

— Привет. — Я прочистил горло. — Как ты себя чувствуешь?

— Неплохо, если подумать. Может, немного не по себе, — призналась Ридли.

При этих словах все мысли о том, как хорошо она выглядит в моей одежде, улетучились. Конечно, она нервничала. На нее напали. И следы на ее горле, которые теперь начали темнеть, были лишним тому подтверждением.

— Это нормально. Твое тело какое-то время будет повышенно бдительным.

Ридли кивнула.

— Логично.

Она подошла к двери, закрыла ее, а затем выпустила Татер. Я думал, что кошка обязательно спрыгнет с кровати и отправится исследовать окрестности, но вместо этого она улеглась на одну из подушек и свернулась калачиком.

— Похоже она тоже устала, — пробормотала Ридли.

— Почему бы тебе не отдохнуть? Я вернусь через три часа, чтобы проверить тебя.

Я направился к двери, но она остановила меня.

— Законник?

Я повернулся.

— Ты не мог бы остаться? Только пока я не засну? — Ридли вдруг стала выглядеть так, словно хотела взять свои слова обратно. — Прости. Это наверное было глупо...

— Совсем не глупо, — выдохнул я, подходя к креслу и опускаясь в него. — Спи, Хаос. Здесь тебя никто не тронет.

Я об этом позабочусь, черт возьми.

ГЛАВА 28

РИДЛИ

Звуки щебетания птиц проникали в мой сон, и мне хотелось погрузиться в него еще глубже. Но я позволила своим векам дрогнуть и приоткрыться, вглядываясь в окружающую обстановку. Я ожидала увидеть бока своей раскладной палатки на фургоне, но вместо этого меня встретили лишь вода, деревья и солнечный свет.

Все мгновенно всплыло в моей памяти. Нападение. Больница. Кольт.

Подумав о его имени, я перевела взгляд на мужчину в кресле. Его широкая фигура была слишком велика для сиденья, которое выглядело так, словно на него можно было бросить лишь куртку и сумочку. Кольт слегка отклонился в сторону, используя руку в качестве подушки. Его лицо было полностью расслаблено во сне, и я не могла не любоваться им.

Тем, как при каждом выдохе трепещут его темные ресницы. Его густой щетиной, теперь больше походящей на бороду. Беспорядком его волос цвета воронова крыла.

Несомненно, мужчина был красив. Но это было нечто большее, чем просто физическая красота. Колтер Брукс был красив благодаря своим поступкам. Заступаясь за женщину, которая ему не очень нравилась только потому, что она в этом нуждалась. Давая ей место для ночлега. И оставаясь у ее постели всю ночь только потому, что она немного нервничала.

Что-то изменилось во мне, последние капли гнева, которые я держала в себе, растворились в прощении. Да, Кольт не был идеальным, но он был добрым. Его выбор слов не всегда был лучшим, но действия всегда были таковыми. А я в любой день предпочту поступки красивой лжи.

Татер встала, потянувшись, а затем спрыгнула с кровати. Она медленно направилась к Кольту, принюхиваясь к воздуху. Затем ее взгляд остановился на свисающей руке мужчины.

Меня охватила паника.

— Нет, Татер, не надо, — прошептала я.

Но было уже слишком поздно. Ее маленькие зубки крепко вцепились в эти слишком соблазнительные пальцы.

Кольт с проклятием проснулся, отдернул руку и резко сел.

— Какого черта? — он перевел взгляд с Татер на меня. — Просто зубастые обнимашки, да?

Я поморщилась.

— Извини.

Он покачал головой и потер руку.

— Как ты себя чувствуешь?

В голове пронеслись воспоминания о том, как Кольт будил меня ночью и задавал простые вопросы вроде моего имени и дня рождения.

— Лучше, чем следовало бы, — честно ответила я. Шея и бок болели, но горло чувствовалось в миллион раз лучше.

— Твой голос стал лучше, — сказал Кольт, окинув меня взглядом. И мне вдруг захотелось поправить волосы, которые, я была уверена, выглядели как крысиное гнездо. — Как голова?

Я мысленно оценила свое состояние.

— Неплохо. Небольшая головная боль.

— Можешь принять обезболивающее после завтрака.

— Такой властный.

Кольт только нахмурился.

— Не нужно терпеть боль, а если примешь таблетки на голодный желудок, тебя наверняка стошнит.

Я откинула одеяло и медленно села, убеждаясь, что мир вокруг меня не кружится. Я чувствовала себя так, словно упала с велосипеда, а не так, будто у меня была черепно-мозговая травма. И это было хорошо. Я поднялась на ноги.

— Думаю, с «Тайленолом» все будет в порядке. Как насчет того, чтобы приготовить завтрак в благодарность за то, что позволил нам с Татер остаться?

Его хмурый взгляд стал еще более свирепым.

— Тебе нужно отдохнуть.

— Мне нужно двигаться. Если буду лежать, мои мышцы просто атрофируются, и мне станет еще хуже. Поверь мне, я знаю.

Глубокие карие глаза вспыхнули, а затем потемнели до почти черного цвета.

— На тебя уже нападали? — прорычал Кольт.

Черт.

— Нет, — поспешила уверить я. — Но я падала во время катания на горном велосипеде, переворачивалась во время сплава по бурной реке, и меня сбрасывала норовистая лошадь. Я знаю, как восстанавливаться после легких и средних травм.

Ярость на лице Кольта поутихла, но ненамного.

— Я бы не назвал нападение и удушение легкой или средней травмой.

В голове промелькнули воспоминания. Ощущение мужской руки, обхватившей мое горло и сжимающей его. Безуспешные попытки отбиться.

— Черт, — пробормотал Кольт, поднимаясь на ноги. — Прости. Я не хотел...

— Все в порядке. — Я сделала несколько шагов, с облегчением отметив, что комната по-прежнему не вращается. — Дай мне почистить зубы, а потом я приготовлю завтрак. У тебя тут есть еда?

Кольт внимательно посмотрел на меня.

— Самое необходимое. Ты собираешься меня отравить?

Я рассмеялась, не обращая внимания на боль в ребрах.

— Торжественно клянусь не травить тебя, Законник. Даже если иногда ты этого заслуживаешь.

Настала его очередь хихикать.

— Ладно. Я собираюсь принять душ. Все что есть на кухне в твоем распоряжении.

— Хорошо. — Я подождала, пока Кольт выйдет из комнаты, и в голове заплясали образы его в душе. Образы, на которые я не имела никакого права, но, похоже, не могла контролировать.

Глубоко вздохнув, направилась в ванную и быстро умылась и почистила зубы, стараясь не смотреть на кровоподтеки на шее. Я не могла не задаться вопросом, кто обычно останавливается в этой гостевой комнате. Ведь в ней действительно были все необходимые принадлежности: маленькие дорожные бутылочки с гелем для умывания, лосьоном, зубной пастой и всем остальным, о чем только можно придумать. Наверняка Кольт в юности был бойскаутом. Всегда готов.

Поискав Татер, я обнаружила, что она поглощает сухой корм, миску с которым Кольт, должно быть, поставил на ночь. Не будучи самым большим поклонником моей кошки, он, несомненно, хорошо о ней заботился. Но мне не стоило удивляться. Он делал то же самое для меня.

Я выскользнула за дверь и прислушалась. Через дверь рядом с моей доносились слабые звуки льющейся воды. Я тяжело сглотнула, когда в голове возникли образы мужчины в душе. Его высокое, широкоплечее тело, заполняющее все пространство. Вода стекает по его груди и спускается вниз... нет, нельзя думать об этом. Я повернулась в противоположном направлении, в поисках кухни. Но вид из окна продолжал отвлекать. В задней части дома окна были во всю стену и когда солнце освещало озеро, я обнаружила, что теряюсь в созданном им искусстве.

Большое мохнатое тело прижалось к моему боку, и я посмотрела вниз, ухмыляясь.

— Доброе утро, Боузер.

Пес посмотрел на меня с обожанием.

Я погладила его по голове.

— Хорошо. Пойдем готовить завтрак.

Обнаружила кухню и начала обыскивать шкафы, кладовку и холодильник. Кухню Кольта нельзя было назвать укомплектованной, но там было достаточно продуктов, чтобы приготовить приличный завтрак. Я погрузилась в готовку. Нарезала и жарила, убирала по ходу дела. В фургоне привыкаешь к такой рутине.