Искушать плейбоя (ЛП), стр. 5

Она заботится обо всём, что нужно здесь планировать, а также ведёт группу пилатеса по выходным.

— У тебя приватная групповая сессия, начинающаяся через двадцать минут, с тремя мамами. И вот ещё: мне придётся отменить занятие пилатесом в субботу. Мои родители приезжают, и я не могу это пропустить.

Я разглядываю вешалку для одежды, которую мы установили недавно, организовав её по цветам.

— Не отменяй. Я могу провести, — улыбаюсь ей. — Я прихвачу Рэйчел. Она любит ходить и кричать на людей, чтобы они просто дышали.

— О, так даже лучше, — она продолжает работать над постом на нашей странице в Facebook, выкладывает мою глупую фотографию со страницы в Instagram.

Я убегаю из студии в два тридцать, возвращаясь домой одновременно с подъезжающим школьным автобусом.

Рэйчел первой соскакивает с его ступенек.

— Ты чуть не забыла нас, — она подпрыгивает, и её большой рюкзак взлетает выше головы. Ручки едва обхватывают мою талию. Я придерживаю её голову, когда наклоняюсь, чтобы поцеловать.

— Я ждала вас в машине, — притворяюсь я.

— Конечно, тётя Кей, — Гейб, мой племянник, подходит к подъездной дорожке, подбрасывая свой футбольный мяч. — Я видел, как ты свернула прямо перед остановкой автобуса.

— Помолчи, малыш, или я заставлю тебя есть тофу сырым, — я бросаю ему вызов, пока он гримасничает. Я настоящий веган. Дети, однако, таковыми не являются, и даже не станем говорить о Лорен.

— Почему бы нам не зайти и не помыть руки, а потом перекусить и попробовать парочку поз на заднем дворе? — я нагибаюсь, поднимая Рэйчел. — Что скажешь, Рэйчи? Хочешь научиться собаке мордой вниз?

Она вскидывает руки вверх.

— Да, я хочу это сделать по-собачьи.

Я смеюсь одновременно с Гейбом.

— Не произноси это вслух.

Мы заходим внутрь, где я заставляю их мыть руки, и нарезаю яблоки и сыр. Я попыталась подложить веганский сыр, но они поняли и заставили меня нарезать обычный чеддер.

— Думаю, сегодня вечером я попробую новый рецепт на ужин, чтобы удивить вашу маму, — я поворачиваюсь к холодильнику, отмечая три бутылки вина, которые купила вчера, и это хорошо, потому что сегодня я получила от неё сообщение о крайней необходимости в нём. — Итак, что вы, ребята, думаете о цветной капусте? — я поворачиваюсь и киваю им. — Ням, верно?

Рэйчел зажимает нос.

— Фукки.

Я достаю телефон и просматриваю рецепт.

— Идите делать домашнее задание, а когда я закончу, мы выйдем на улицу.

Они оба отталкиваются от стойки, направляясь к кухонному столу, где принимаются за занятия.

Я вынимаю цветную капусту, промываю её и нарезаю небольшими кусочками, добавляю специи и сбрызгиваю всё маслом. Потом мою руки и ставлю ёмкость в духовку.

— Ладно, негодники, у нас есть тридцать пять минут до того, как нужно это вынуть. Давайте выйдем на улицу и понежимся на солнышке.

— Я хочу сделать собаку, пожалуйста, — Рэйчел бежит ко мне со своим ковриком для йоги.

— Давай сделаем собаку мордой вниз, хорошо? — я выхожу на лужайку, закрывая за нами дверь.

Гейб выбегает с футбольным мячом, бросает его на траву и тренируется с ним.

— Хорошо, Рэйчел, начнём, — я выполняю около пяти или шести упражнений, затем мы вместе ложимся на траву, наблюдая за проплывающими мимо облаками, пытаясь угадать, на что они похожи.

— Я схожу за водой, — говорит Гейб, распахивая дверь. — Тётя Кей, там что-то дымит, — поворачивается он в панике.

— Чёрт, цветная капуста, — вскочив, я забегаю внутрь. Запах гари накрывает меня сразу. — Боже мой, боже мой, — я беру прихватку и открываю духовку.

— Мама здесь, — сообщает Гейб, подбегая к входной двери.

Лорен входит как раз в тот момент, когда срабатывает детектор дыма.

— О, боже мой, Кей, что, чёрт возьми, ты делаешь? — она мигом достаёт веник из шкафа и встаёт под детектором дыма, размахивая им, чтобы раздуть дым. — Иисус, Иисус, Иисус, — молится она, оглядывая кухню как раз вовремя, чтобы увидеть, как я вытаскиваю противень с обугленной дымящейся цветной капустой из духовки.

— Боже мой, Боже мой, Боже мой! Мне так жаль! Мы вышли на улицу, чтобы заняться детской йогой, и я совсем забыла, — я пытаюсь объяснить, пока иду с противнем к раковине, включаю воду и замачиваю дымящиеся остатки того, что когда-то было цветной капустой. Шипящий звук воды, ударяющейся о горячую металлическую поверхность, наполняет тихую комнату вместе с вонючим дымом, который может снова вызвать срабатывание наконец замолчавшего детектора.

— О, тётя Кей, что мы теперь будем есть? — спрашивает Рэйчел. Она была бы единственной из нас, кто попытался бы съесть одно из моих творений.

Я хлопаю в ладоши.

— О! У меня есть немного тофу, который мы можем нарезать, и… — прежде чем я успеваю закончить предложение, Гейб и Лорен оба кричат совместно, твердо, но в панике:

— Нет!

Я смотрю на них обоих.

— Хорошо, я собираюсь переодеться. Гейб, садись делать домашнюю работу. Рэйчел, иди изучать произношение слов. Ты, — Лорен указывает на меня, — убери этот беспорядок. Я найду что-нибудь, чтобы приготовить пасту.

Из моего рта вырывается стон.

— У меня здесь нет безглютеновой пасты, — я подхожу к холодильнику, а Лорен поднимается наверх, чтобы сменить свою «рабочую одежду». Когда она снова спускается вниз, я кладу посуду в посудомойку. — Хорошие новости, — сообщаю я ей. — Я нашла немного риса, так что могу добавить туда любой соус, который ты приготовишь. Нямми.

Она качает головой, смеясь надо мной, и начинает обрабатывать овощи для того, что она готовит. Я подхожу к столу, где изучаю слова вместе с Рэйчел.

— Кей, накрой на стол, — просит меня сестра.

Я подхожу, отмечая, что она приготовила пасту примавера, и та выглядит восхитительно, но я вижу рядом с ней контейнер с сыром пармезан.

— Я не могу это есть. Ты кладёшь в неё сыр, — жалуюсь я ей.

— Всё в порядке, — шепчет она мне. — Я не стану сдавать тебя в веганскую полицию. Мы притворимся, что этого никогда не было, — она раскладывает макароны по тарелкам детей.

Я открываю морозильную камеру и взвизгиваю, когда нахожу замороженную еду.

— Забей. Гляди! Равиоли с тофу! Спасена! — я немного пританцовываю по пути к микроволновой печи, вскидывая руки вверх и тряся задницей, когда засовываю контейнер внутрь. — О да, о да, о да! — я продолжаю танцевать, пока микроволновка не пищит.

Я вытаскиваю контейнер, снимая плёнчатую пластиковую крышку, и машу им под носом Лорен.

— Так приятно пахнет, правда?

Она кивает, но я знаю, что она абсолютно лжёт. На протяжении всей трапезы дети рассказывают ей о прошедшем дне. Рэйчел уже сообщила мне, что сегодня кого-то вырвало в классе, потому что кто-то другой пукнул. Судя по всему, это забавно для неё, поскольку, пересказывая эту историю, она заикается.

Как только все заканчивают есть, я собираю всю грязную посуду, смотрю на сестру и вижу её усталые глаза.

— Я уберусь. Ты идёшь купать детей и делать с ними домашнее задание.

Я ополаскиваю и ставлю всю посуду в посудомоечную машину, пока навожу порядок на кухне, и кажется, что сегодня ничего и не подгорало. Ну, почти. Запах всё ещё остался. Лорен поднимается наверх, а я достаю несколько ароматических свечей, расставляю их по всей комнате, зажигаю, затем приглушаю свет и включаю лёгкую джазовую музыку.

Когда Лорен спускается вниз, её ждёт полный бокал хрустящего, идеально охлаждённого белого вина.

— О, если бы ты не была моей сестрой — и я увлекалась цыпочками, — я бы сделала тебя своей женщиной, — она хватает бокал и сворачивается калачиком на диване, поджав под себя ноги.

— Итак, расскажи мне о своём боссе? — предлагаю я, потягивая вино.

— О, с чего мне начать? — она закрывает глаза, будто в трансе.

— Хорошо выглядит? — спрашиваю я, любопытствуя, что приводит мою сестру в состояние взведённой бомбы.

Она кивает и допивает вино одним длинным глотком. Сразу берёт бутылку, с хлопком вытаскивая пробку, и наливает себе ещё бокал.