Искушать плейбоя (ЛП), стр. 41

— Ты принимаешь душ без меня? — жалуется он, целуя меня в затылок. — Мы же должны экономить воду, — его член теперь тыкается мне в спину.

— У меня перерыв от секса до следующего дня, — говорю я, но его руки поднимаются, обхватывая мою грудь и перекатывая соски. — Ну, по крайней мере, до сегодняшнего вечера, — я чувствую, что его губы на моей шее растягиваются в улыбку, в то время как его рука проникает к моей киске, а два пальца проскальзывают через мои складки. — Ладно, хоть на час, — я отталкиваюсь от него, оборачиваюсь, чтобы принять его.

Его волосы наполовину мокрые от воды. Грудь, покрытая капельками воды, прямо перед моими глазами, некоторые капли стекают вниз к члену, который готов к большему. Его руки снова снаружи, пытаются дотянуться до меня, но я отдаляюсь.

— Нет, влагалищный перерыв! — говорю я ему, хватая мыло и мочалку. — Разве ты не можешь получить спазмы члена от слишком частого использования? — спрашиваю я, когда он тянется за средством для мытья тела.

— Не думаю, что такое возможно, — он пожимает плечами и начинает мыться. — То есть мы уже использовали его гораздо чаще, чем я когда-либо использовал его раньше.

Я ополаскиваюсь и отхожу в сторону, чтобы он мог ступить под воду, выхожу из душа и беру большое пушистое полотенце с вешалки. Закутав в первое полотенце тело, а вторым обернув волосы, я иду чистить зубы, наблюдая за ним. Ной заканчивает принимать душ, выходит, хватает полотенце и оборачивает его вокруг талии. Он подходит к стойке, наклоняется над раковиной, принимаясь за собственную гигиену. Пока чистит зубы, он тоже наблюдает за тем, как я наблюдаю за ним.

— Видишь что-то, что тебе нравится? — подмигивает он мне и продолжает чистить зубы.

Я качаю головой и направляюсь в спальню. Там копаюсь в одежде, которая лежит на стуле в комнате. Не видя ничего, что мне хотелось бы надеть, я подхожу к его шкафу и вынимаю белую футболку, натягиваю её на себя. Она доходит до середины бедра.

Я спускаюсь вниз с полотенцем, всё ещё обёрнутым вокруг волос, открываю жалюзи по всему дому, пропуская внутрь немного света, а также зажигаю несколько свечей. Запах секса со вчерашнего вечера исчез. Я иду на кухню, готовлю нам кофе. Усевшись на табуретку, хватаю его iPad и скроллю Facebook. Там есть пара фотографий со вчерашнего вечера, которые выложил Джон. И снимок, на котором мы сидим в пиццерии: я смеюсь над тем, что Ной только что сказал о своём члене, а он наклоняется и его нос касается моего виска, скрывая за моей щекой улыбку, которую можно угадать по тому, как лучатся морщинки вокруг его глаз. Его пиджак у меня на плечах, потому что мне было холодно. Простое фото, но в то же время такое интимное. Я сохраняю картинку и отправляю её себе.

— Мне нравится эта фотография, — говорит он из-за моего плеча. — Сохрани её как мою заставку, — он идёт за кофе, открывает холодильник, чтобы взять апельсиновый сок.

— И заменить яички Остина. Ты уверен? — хихикаю я в iPad.

Он достаёт из кладовой немного хлопьев и насыпает в миску.

— Не могу поверить, что уже почти одиннадцать, — изумляюсь я сама себе, выключая iPad. — Моё тело окоченело от сна на диване. Я пойду растянусь, — я встаю с табурета и ставлю чашку в раковину.

— Посудомоечная машина, — говорит он с полным ртом хлопьев.

Я закатываю глаза и ставлю чашку в посудомоечную машину. Качая головой, иду в гостиную, снимаю полотенце с головы, мои влажные волосы падают вниз. Я заплетаю их в косу, потом начинаю растяжку — с рук по бокам, одну руку тяну перед собой, а другую на плечо, повторяю с другой рукой. Затем я наклоняюсь вперёд, сводя ноги вместе, хватаюсь за лодыжки, подтягиваю голову к голеням и выпрямляю ноги. Я вдыхаю и выдыхаю, когда чувствую, как его рука поднимает футболку над моей задницей.

— Мы должны сделать это голыми, — хрипит он, сбрасывая шорты.

Я смеюсь, когда встаю, и футболка снова прикрывает меня.

— Слишком много одежды, — бормочет он, натягивая мне футболку на голову. — Так намного лучше, тебе не кажется?

Я качаю головой и оборачиваюсь. Он хочет поиграть с огнём, и я его сожгу. Итак, я снова начинаю растяжку слева направо. Я оглядываюсь через плечо, когда он имитирует мои движения. Я наклоняюсь перед ним, снова хватаясь за лодыжки. Он немного сгибает колени, выравнивая свой член со мной, склоняется надо мной.

— Это йога для пар? — спрашивает он, начиная двигать бёдрами. — Например, я должен вонзиться в тебя, чтобы ты сконцентрировалась?

— Откуда ты такого набрался? — смеюсь, стараясь не сосредотачиваться на его твёрдости.

— Видел в фильме однажды, — объясняет он, а затем начинает снова. — Бум, — толчок. — Бум, — толчок. — Бум, — толчок. — Бум, — я собираюсь раздвинуть ноги и дать ему доступ, когда слышу женский вопль.

— Что здесь происходит?

Я вскидываю голову и смотрю на блондинку в льняной юбке и сочетающемся жакете.

Мой рот открывается, я вскрикиваю, выпрямляюсь и прикрываюсь руками. Потом наклоняюсь, чтобы схватить футболку, которую Ной только что снял с меня, и оборачиваюсь ею.

— Серьёзно, Ной? — снова спрашивает эта женщина, пока я пялюсь на неё. Её волосы идеально уложены, в одной руке сумка Chanel.

— Мама, — говорит он, и я откидываю голову, видя, как Ной наклоняется, чтобы схватить свои шорты и прикрыть себя. Потом он встаёт передо мной, загораживая меня от своей матери, которая даже не пытается отвести глаза. — Ты когда-нибудь слышала, что положено стучать? Или, я не знаю, звонить? — возмущается он, пока я прижимаю футболку к груди и льну к его спине, закрывая глаза и желая, чтобы провалиться в пол.

— Я так и сделала. Я постучала — и ничего, поэтому использовала свой ключ, — она садится на диван и оглядывается по сторонам. — Что это за запах? — спрашивает она. — Разве ты не собираешься её отослать? — бросает она, устраиваясь поудобнее.

— Мама, если кого и собираются отослать, так это тебя. Ты не можешь просто врываться сюда, — он останавливается на полуслове, потому что её рука поднимается вверх.

— Серьёзно, Ной, тебе не хватило вчерашнего вечера и сегодняшнего утра? — она качает головой, издавая свистящий звук. — И никакого презерватива. Я думала, вы знаете это лучше. Вероятно, она пытается заманить тебя в ловушку ребёнком или, — она осматривается, — дать тебе что-нибудь.

Моя спина опускается, а вместе с ней и голова.

— Уходи, — слышу вопль Ноя.

— Нет, — говорю я ему сзади, надеваю футболку и становлюсь перед ним. — К вашему сведению, я не хочу от него ничего, кроме всего его, — заикаюсь я. Ага, лучшее время не находить слов. — Вы даже не знаете меня, и всё же вы заявляетесь сюда без предупреждения и предполагаете, что знаете, какой я человек. Ой. Понятно, этого он от вас не взял, — я собираюсь уйти, но Ной протягивает руку, чтобы схватить мою.

— Я думаю, тебе нужно идти, мама, и как насчёт того, чтобы в следующий раз позвонить и не пользоваться ключом? Никогда не знаешь, в каком виде нас застанешь. А следующий раз будет, — заявляет он, его рука скользит по моему плечу, хотя другой он всё ещё придерживает шорты, прикрывающие его пенис.

Она смотрит на нас обоих, встаёт и хватает сумочку.

— Я бы сказала, что надеюсь увидеть тебя снова, но давайте будем честными, ты станешь забавной историей, которую мы расскажем на Рождество, — она поворачивается и выходит из дома.

— Мне нужно идти, — шепчу я, поднимаясь по лестнице.

Глава двадцать третья

Ной

— Мне нужно идти, — шепчет она, поднимаясь по лестнице. Как два лучших дня в моей жизни так быстро превратились в дерьмо? Я запрокидываю голову, потирая лицо ладонями. Не дожидаясь ни секунды, я бегу вверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Подойдя к двери спальни, я вижу, как она суетится, упаковывая не только то, в чём пришла вчера вечером, но и всё, что у неё есть здесь.

— Что, чёрт возьми, сейчас происходит? — спрашиваю её, входя в комнату.