Искушать плейбоя (ЛП), стр. 3

Идя к Харви Ринальди, одному из партнёров, я улыбаюсь его секретарше.

— Доброе утро, Рут! Прекрасно выглядишь этим утром, — дверь кабинета открыта, поэтому я просто захожу. — Харви, у тебя, должно быть, самая красивая девушка в офисе, — я смотрю на Рут, затем возвращаю взгляд к нему, пока он берёт свою чашку кофе. Он лучший адвокат по семейному праву в городе.

— Ты же знаешь, что ей девяносто, верно? — он ставит чашку, а я сажусь напротив него.

Я поправляю галстук.

— Ей не девяносто, ей семьдесят максимум. Ладно, может быть, семьдесят пять, но…

— Ты сумасшедший. Хорошо, что мы друзья, потому что в один прекрасный день ты распространишь своё семя, и мне придется защищать тебя перед судьёй, подтверждая, что ты на самом деле человек.

— Эй! — я тыкаю в его сторону пальцем. — Мне нравится стрелять своим семенем, но я просто делаю это в резинке или ей в рот, — я пожимаю плечами. — И не можем ли мы не проклинать меня от лица всех имеющих детей, пожалуйста? — рамка с фото на его столе демонстрирует, что он счастлив в браке с большим количеством детей, чем в средней семье. — Кроме того, мой долг — убедиться, что все женщины окружены заботой. Кажется, я где-то давал клятву.

— О, я знаю всё о клятве. Поверь, через некоторое время это устаревает. Ты поймёшь, когда встретишь ту самую девушку, и она схватит тебя за чёртовы яйца и никогда не отпустит.

— Я действительно чертовски надеюсь, что она будет хватать меня за яйца каждый день. К чёрту, и утром, и ночью. — подмигиваю я ему. — В любом случае, у меня есть Лука, начиная с сегодняшнего дня. Я невероятно взволнован. Он окончил юридический факультет Гарварда лучшим в своём выпуске. Он станет отличным дополнением к моей команде.

— У нас будет собрание по сексуальным домогательствам сразу после обеда. Явка обязательна, — он смотрит на меня.

— О, его Ханна проведёт? — уточняю я. — Я бы так её оттарабанил. Она такая горячая.

— Ты же знаешь, что она руководитель отдела кадров, верно? И то, что она отметила тебя, как самую большую потенциальную проблему этой фирмы. И она занималась наймом твоего последнего личного помощника, и первым в списке был мужчина.

— Не знаю, почему я стал единственным, кого выделили, — я проверяю свой телефон, который жужжит во внутреннем кармане.

— Ты трахнул своих последних двадцать секретарш. Иногда на рабочем месте, — указывает он на очевидное, откидываясь на спинку стула. — Ещё пару стажёрок, нескольких обработчиц данных, и давай не будем забывать об одной-двух матерях.

Сообщение пришло от Остина:

— Теперь, — говорю я, кладя трубку обратно в карман, — извини, мне нужно разобраться со слиянием или двумя, — я встаю, бросая взгляд на его загруженное расписание. — А у тебя есть люди, которым нужно разводиться, и решить алиментный спор, — ещё одна причина, почему я никогда не женюсь. Все это «Я люблю тебя навечно или пока не появится кто-то другой», а потом, угадайте что? «Я хочу половину всего» — меня не так уж и привлекает. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Я заворачиваю за угол к своему кабинету и останавливаюсь у стола помощника. Когда-то это место занимала Кассандра, ростом больше ста восьмидесяти и имела ноги от ушей, а также самые идеальные имплантаты размера С, которые я когда-либо видел. То есть, конечно, не будем забывать, что она понятия не имела, что делает, если это не было под моим столом. Чёрт, она могла маневрировать ртом, как лучший прокурор в городе. Теперь там сидит мужчина, достаточно взрослый для того, чтобы быть мужем Рут, в очках со стёклами толщиной с бутылку кока-колы.

— Доброе утро, Альфред, — говорю я, собирая его записки для себя.

— Сэр, меня зовут Аарон. Я уже много раз говорил вам.

Я улыбаюсь ему.

— И я говорил тебе, что я Бэтмен, а ты моё доверенное лицо, — подмигиваю ему, захожу в кабинет и пытаюсь прочитать его заметки, написанные как курица лапой. Я беру трубку, звоню Ханне. Она отвечает после двух гудков.

— Ханна, дорогая, — я снова улыбаюсь.

— Ной Кинг, чем обязана этим удовольствием? — слышится как-то жёстче, чем следовало бы.

— Нам нужно поговорить о моём помощнике, и о том, что он не умеет ни писать, ни пользоваться компьютером, — я снова просматриваю заметки. — Я имею в виду, кажется, в одном сообщении было сказано позвонить доктору Чену.

— Ной, мы уже говорили об этом. У вас не может быть женщин. Предыдущая стала последней каплей, и вы это знаете.

— Хорошо, хорошо, но не могу ли я получить парня, который может хотя бы просматривать веб-страницы и печатать обеими руками? — я смотрю в окошко на Альфреда, который почти уткнулся лицом в компьютер.

— Ладно, но я жду вас на семинаре, который мы назначили сегодня днём, — это последнее, что она говорит, прежде чем повесить трубку.

Я включаю компьютер и просматриваю всю электронную почту, а также прохожусь по некоторым слияниям, которые нам нужно исправить.

В полдень, оказавшись в фирме Остина, я выхожу из лифта, поворачиваю за угол и натыкаюсь взглядом на самую красивую задницу, которую я когда-либо видел. Ну, сегодня, то есть.

— Пресвятая Богородица, — громко произношу я.

Женщина пытается выпрямиться, но ударяется головой о стол. Треск эхом разносится по огромному офисному пространству.

— Боже мой, вы в порядке? — я бросаюсь к ней, пытаясь помочь подняться. — Мне так жаль. Я не хотел вас пугать.

Я держу её за руку, в то время как другой она потирает свой затылок.

— Всё в порядке. Вы меня напугали, — начинает говорить она, и наконец смотрит на меня.

— Что, чёрт возьми, здесь происходит? — рёв доносится из-за её спины.

Она отталкивается от меня и смотрит на Остина. Он стоит, уперев руки в бёдра, вена на его шее дёргается.

— Это моя вина, Остин, — объясняю я ему, опуская её ладонь. — Я вошёл и удивился, увидев её. И случайно напугал, а она стукнулась головой о стол. Я просто помогал ей подняться, — продолжаю я, обходя стол, подхожу прямо к другу, хлопая его по плечу. — Зашёл поинтересоваться, не хочешь ли ты пообедать.

Я смотрю на Остина, который не сводит глаз с этой женщины.

— Нет, я поем тут. Мне нужно просмотреть файл Grey Stone Park. Лорен, ты можешь принести мне обед? Сходи в гастроном на углу: у нас там есть счёт. Просто скажи им, что это для меня. Они знают, что мне нравится.

Она кладет руку на бедро, глядя на него.

— Пожалуйста, — шипит Остин.

— Хорошо, — она хватает сумку и выходит.

Мы оба пялимся, как Лорен уходит, её задница покачивается из стороны в сторону при каждом шаге. Остин так пристально следит за ней, что даже не замечает, когда я отпихиваю его в сторону и вхожу в кабинет.

Я плюхаюсь на диван, который стоит у него в офисе, в то время как он открывает шторы, чтобы видеть офисное пространство снаружи кабинета.

— Господи Иисусе, кто этот секс-котёнок на каблуках? У меня чуть не случился сердечный приступ, когда я подошёл и увидел, как она наклонилась, — спрашиваю я его, поглядывая сквозь стекло в сторону её стола.

— Моя новая помощница, — ворчит он, садясь с другой стороны дивана.

Я запрокидываю голову назад и смеюсь.

— О, что случилось с девизом «не трахайся там, где ты ешь, Ной», который ты всегда мне напоминаешь? — когда мы учились в колледже, он никогда не водил шашни с кем-то, с кем учился в одном классе, никогда не спал с девушками, которые бывали на стажировке. Он держался подальше от кого-либо из ближнего круга. Что было здорово для меня, потому что я брал их всех.

— Она сумасшедшая, — бурчит он. — Я стукнул её машину сегодня утром, а потом она появилась в офисе. Я думал, что она, чёрт возьми, преследует меня.

Это просто подталкивает меня к краю, и я не могу перестать смеяться, свалившись на сторону.

— Ты врезался в её машину, а после подумал, что она тебя выслеживает? Срань господня. Ты выставил себя перед ней мудаком? — я задаю этот вопрос, потому что он может быть своего рода мудаком.