Худший парень в мире (ЛП), стр. 22

— Ты ведешь себя нелепо, — смеется она. — Если бы ты хотела переспать с ним, то уже это сделала бы.

Проблема с такой логикой заключается в предположении, что со временем я буду хотеть его все меньше. Только я и моя глупая вагина знаем, что верно обратное.

На берегу реки мы присоединяемся к остальной нашей группе. Люк дал команде «Солнечного сияния» выходной, чтобы они присоединились к нам, и несколько клиентов Кары тоже пришли. Люк и Кара представляют всех, кто не был знаком друг с другом раньше, затем мы проходим по намосту и садимся в катер, который зафрахтовали на следующие несколько часов. После краткого инструктажа по технике безопасности, мы поднимаемся на верхнюю палубу, чтобы продолжить наш день выпивкой.

Не знаю, из-за алкоголя, солнца или компании, но я сейчас в восторге от жизни. Хэтти моей юности никогда не каталась на катере, никогда не сидела и не пила шампанское, когда легкий ветерок развевал ее волосы. Ну, в детстве Хэтти определенно не следовало пить шампанское, но суть остается. Хорошую же жизнь я для себя создала.

Клод, одна из клиенток Кары, присоединяется ко мне на скамейке в задней части катера. В хвостовой части? На корме? Не знаю, не я же управляю этой чертовой штукой.

— У тебя великолепный наряд, — говорю я, восхищаясь красавицей, стоящей передо мной в потрясающем длинном платье и самых больших солнечных очках, которые я когда-либо видела. Кара много рассказывала мне о Клод. Она – икона, и я сразу же захотела стать ее подругой.

— Спасибо тебе, дорогая. А ты выглядишь как девушка, которая может поделиться со мной всеми интересными местными сплетнями. Давай, расскажи мне все секреты, — смеется она.

Мы немного посидели, а когда поток историй иссяк, перешли к разглядыванию симпатичного официанта, который обходил гостей, чтобы долить нам шампанского. Он слишком молод для меня и еще моложе для Клод, но это не мешает нам беззастенчиво флиртовать с ним.

— Хэтти, можно я украду тебя на минутку? — спрашивает Роб, появляясь перед нами.

— Это твой мужчина? — спрашивает Клод. Я прижимаю пальцы к губам и фыркаю, стараясь не забрызгать шампанским ее красивое платье.

— Боже, нет, никогда не встречала более неподходящего человека. Но он одинок и боится обязательств, так что, если хочешь хорошо провести время, он мог бы стать твоим мужчиной, — я подталкиваю ее локтем и осушаю свой бокал, пока она оглядывает его с головы до ног.

Улыбка тут же исчезает с лица Роба, его плечи опускаются, и он уходит, качая головой. Черт, черт, черт. Это полная противоположность вежливости.

— Пожалуйста, извини моего друга, — говорю я, мило улыбаясь Клод. — Он просто капризный ублюдок. Сейчас вернусь.

— Эй! — я бегу за ним, но он перепрыгивает через две ступеньки за раз, несется по проходу и ныряет обратно в то место, где мы впервые вошли в лодку. Здесь пусто и тихо, если не считать журчания воды под нами. — Что с твоим лицом?

— Ничего, — он раскачивается взад-вперед на пятках, не отрывая взгляда от пола. Это явно не «ничего».

— Херня. О чем ты тогда задумался?

— О чем я задумался? — он усмехается, потирая затылок. — Это ужасно искренний вопрос для женщины, которая утверждает, будто ненавидит меня.

— Я не… — и замолкаю со вздохом. Я не могу этого сделать, не могу затеять с ним еще один спор. У меня нет на это сил. — Ладно, забудь об этом. Мне все равно.

Когда я поворачиваюсь, чтобы уйти, он хватает меня за руку, крепко прижимает к своей груди и прижимается губами к моему уху.

— Я думал о том, что единственная женщина, которую я здесь хочу, – это ты.

— Что? — выдыхаю я с хрипом, запрокидывая голову, чтобы получше разглядеть его.

— Я думал о том, как сильно хочу увидеть тебя на коленях.

Мой рот приоткрывается, а внизу живота разливается жар. Он проводит кончиком пальца по моим губам.

— Тебе бы этого хотелось, не так ли?

Хотелось бы, хотя никогда ему этого не скажу. Я ничего ему не отвечаю, просто стою, потеряв дар речи и затерявшись в кофейной глубине его глаз.

— Думаю, ты бы с удовольствием встала передо мной на колени. Тебе бы понравилось чувствовать мой член у себя во рту. Интересно, ты бы подавилась им? Уверен, ты чертова профи, и я говорю это в самом восхитительном смысле, прежде чем ты начнешь ругаться со мной.

Он касается моей нижней губы, заставляя мой рот открыться шире.

— Ты мучаешь меня, Хэтти. — он просовывает два пальца в мой открытый рот, пока не достигает корня моего языка, и я сжимаю его плечи обеими руками. Мои колени вот-вот подогнутся. — Хочу кончить сюда.

Ничего не могу с собой поделать. Я пытаюсь, но не могу удержаться от того, чтобы крепко обхватить их губами и сильно пососать. Его рот приоткрывается, а глаза темнеют.

— И сюда… — он вынимает их и проводит горячими и скользкими пальцами по моему горлу, по углублению между ключицами и ниже, пока они не оказываются в ложбинке между грудей. Обессиленная его прикосновениями, я застываю на месте, когда он опускает их в чашечку моего лифа без бретелек, тыльной стороной пальцев лаская меня, пока наблюдает. Мои соски вздымаются, обнаженные от его атаки, и я даже не могу притвориться, что ненавижу это чувство, когда он обхватывает мою грудь ладонью и сильно сжимает.

— Ты будешь так хорошо смотреться, покрытая моей спермой, — в его голосе слышна боль. Он думает, я мучаю его, но на самом деле, прямо сейчас, он мучает нас обоих. — Я разотру ее по тебе и отправлю домой, зная, что твоя кожа на вкус как я.

Его рука скользит вниз по моему животу, показывая, где именно он хотел бы оставить на мне метку.

— Но лучше всего… — он просовывает руку под подол моей юбки и крепко сжимает меня своей ладонью. От этого чувства я разрываюсь на части, и с тяжелым всхлипом роняю голову ему на грудь. Он, должно быть, чувствует мой жар на своей ладони. Чувствует ли он, как я возбуждена из-за того, как он со мной разговаривает? Хотя кого я обманываю? Я насквозь мокрая с того самого момента, как мы вошли в ресторан. С ним всегда так. — Боже мой, идеальная киска, — шепчет он мне в волосы, другой рукой обхватывая мой затылок, удерживая на месте. — Хочу трахать тебя до тех пор, пока ты не сможешь жить без меня. Пока не станешь просыпаться, чувствуя непрекращающуюся пустоту и боль, пока я не трахну тебя снова.

Господи, блядь.

Как он делает это со мной? Как заставляет меня чувствовать, что он именно то, чего мне не хватает?

— Ты напился, — хнычу я.

— Нет, — говорит он, выпрямляясь. Он отпускает меня и делает шаг назад. — Я трезв.

Он говорит это на трезвую голову?

Его слова повисают в воздухе между нами, и он ждет. Не знаю, какую игру он затеял. Если бы он как следует дотронулся до меня сейчас, я была бы бессильна остановить его, но между нами всего несколько дюймов, и я должна сделать свой ход. Часть меня хочет повернуться, задрать платье и позволить ему трахнуть меня у стены прямо здесь, но я не могу этого сделать. Не могу доставить ему удовольствие, дать ему знать, как сильно я хочу его, хотя все стены, которые я строила, рушатся так быстро, что я уже сама себя чувствую пылью. Я с трудом сглатываю, одергиваю платье и бегу.

Мне нужно убраться с этой ебаной лодки.

Глава 13

Роб

За прошедший месяц мы с Хэтти проделали огромную работу по поддержанию дружеских отношений, наше общение строго ограничивалось сегодняшними планами. Я безумно по ней скучал. По ее дерзости, ее улыбке, ее сексуальным изгибам. Они по-прежнему первое, о чем я думаю, когда просыпаюсь, и последнее, о чем думаю, когда засыпаю.

И я так старался быть сегодня хорошим. Я позаботился о том, чтобы за обедом мы сидели порознь, и поклялся себе употреблять слабоалкогольные напитки, пока мы все благополучно не окажемся дома, без драм. Я держался на расстоянии и позволял ей заниматься своими делами, но когда я увидел, как она флиртует с тем официантом, в моем мозгу начался настоящий ад.