Девочка, которая боялась магии, стр. 5

Предполагалось, что Иззи будет читать в библиотеке, когда представители Совета пройдут мимо, но она не могла усидеть на месте. Она услышала, как каблучки мисс Клементины застучали по половицам, когда та поспешила к входной двери. Иззи подкралась и выглянула в дверной проём библиотеки.

Шторм в волшебно точном окне в потолке окрасил коридор в мрачно-серый цвет, полный теней. Мисс Клементина открыла входную дверь и увидела джентльмена в длинном чёрном пальто. Хотя шёл проливной дождь, его пальто и зонтик были сухими.

– Мистер Роут! Извините, но сейчас неподходящее время для визита, – сказала мисс Клементина, и Иззи нахмурилась, сдвинув брови, когда попыталась вспомнить его имя.

Мистер Роут натянуто кивнул и вошёл в фойе, несмотря на то что его не приглашали. Он был так высок, что ему пришлось пригнуть голову, чтобы не удариться своим ещё более высоким цилиндром о дверной косяк. Когда он снял цилиндр, Иззи увидела, что его волосы были белыми, как взбитые сливки, но никакой сладости в нём самом не обнаруживалось.

– Да, я знаю о визите Совета. Моя покровительница, мисс Глинт, является его членом и сказала, что я могу присоединиться к ним. Я полагаю, что это не проблема.

У Иззи перехватило дыхание, когда она поняла, кто это. Что делал директор Академии Разжигания Глинт, сопровождая Совет в инспекции? Пытался ли он шпионить за ними?

Дверной звонок прозвучал с приторно-сладким звуком, от которого у Иззи заныли зубы. Мисс Клементина открыла дверь, и за ней оказались двое мужчин и две женщины, тоже одетые для дождливой погоды, но волшебным образом сухие.

Иззи сразу узнала женщину, стоявшую впереди, – из газет. Драгоценные камни сверкали в серьгах и ожерелье Глэдис Глинт, как и подобает самой богатой женщине Нью-Йорка. Она была такой изысканной, что её волосы можно было назвать только серебристыми, но никак не седыми.

– Это место абсолютно прелестно. Дизайн Харриса, да? – Мисс Глинт вытянула шею, чтобы рассмотреть окно в потолке.

Вежливые на вид джентльмены тихо представились директрисе, но Иззи не расслышала их имён. Она обратила своё внимание на женщину, стоявшую в конце группы, одновременно с мисс Клементиной.

Глаза директрисы расширились.

– О, я не знала, что к нам присоединится кто-то из городского совета, миссис Нимби.

Иззи застыла в ужасе. Нимби? Этого не могло случиться…

Женщина, которую Иззи называла своим заклятым врагом, издала пронзительный смешок.

– Возможно, вы не слышали, но недавно я была назначена исполняющей обязанности Уполномоченной Совета по магическому образованию. Надеюсь, скоро это будет полностью подтверждено.

Иззи ухватилась за дверной косяк. Это была та самая женщина, которая пыталась запретить лицензию Изабель О'Доннелл. Женщина, которая верила, что таким людям, как она, нельзя позволять разжигаться, потому что они не богаты. Это не могло происходить на самом деле.

Мисс Клементина тоже, казалось, не находила слов.

Миссис Нимби открыла свою сумочку и достала четыре чайных пакетика. Или, по крайней мере, Иззи думала, что это то, чем они были, но со вспышкой драгоценного камня миссис Нимби они превратились в четыре планшета. Она вручила по одному каждому из членов Совета вместе с ручкой. Мистер Роут достал блокнот из нагрудного кармана.

Иззи глядела, как мисс Клементина испытывает трудности с пальто посетителей. Она расправила плечи. Их конкурент и заклятый враг вместе в инспекции? Она не могла позволить мисс Клементине столкнуться с этим в одиночку.

Она вышла в холл.

– Мисс Клементина, позвольте мне помочь вам с верхней одеждой.

Посетители обернулись, и Иззи внезапно поняла, что чувствовали животные в зверинце Центрального парка.

– Знаменитая Изабель О'Доннел, – сказал мистер Роут.

– Некоторые сказали бы, печально известная, – добавила мисс Глинт, подмигнув. Она протянула Иззи свой зонтик. – Приятно познакомиться с тобой, дорогая.

Миссис Нимби молча протянула Иззи своё пальто, и Иззи с трудом подавила желание сунуть его обратно.

– Мисс О'Доннел к нам присоединится?

Это была её школа, и Иззи была готова на всё, чтобы убедиться, что она блеснёт.

– Конечно, я могу. – Она взяла зонтики у мужчин.

– Спасибо, Иззи, – сказала мисс Клементина, и у Иззи возникло ощущение, что та говорит не только о пальто и аксессуарах. – Мы скоро снова с тобой увидимся.

Группа направилась в столовую, в то время как Иззи, спотыкаясь, подошла к шкафу в прихожей, чувствуя себя человеческой вешалкой для одежды.

Когда она присоединилась к ним в столовой, мисс Клементина как раз объясняла гостям, что это за фрески.

– Они зачарованы следить за общепринятыми оплошностями в манерах, чтобы помочь нашим студенткам научиться вести себя в магическом обществе, – она указала на фрески. – Поскольку мистер Харрис финансировал большую часть проекта, он смог опробовать экспериментальные и затейливые чары, подобные этим.

– Невежливо указывать пальцем, – прошептала наливающая воду женщина с фрески.

– Пялиться тоже невежливо, – добавила фигура с части фрески слева от этой женщины.

Именно тогда Иззи заметила, что посетители смотрят на неё, а не на стену.

Мисс Клементина откашлялась, привлекая внимание, и подошла к чёрной полосе обоев. Драматическим жестом она нажала на крошечную латунную кнопку посередине стены.

– Позвольте мне показать вам еще одно из магических изобретений мистера Харриса: релеватор.

– Элеватор? – Один из мужчин скептически поднял бровь. – Это едва ли можно назвать изобретением. В новых небоскрёбах в даунтауне есть пассажирские лифты.

– Это релеватор, – сказала мисс Клементина, сделав ударение на первом слоге. – Лифты поднимаются и опускаются с помощью блоков и тросов, но релеватор волшебным образом доставит вас в любую комнату в доме, где установлена одна из таких кнопок.

Как по команде, звякнул колокольчик, и в стене появились две медные двери. Они скользнули в сторону, открывая вид на обшитый деревянными панелями вагончик с латунными перилами на высоте пояса. Мистер Харрис пытался объяснить, как он работает, но глаза Иззи остекленели в течение первых тридцати секунд его насыщенного техническим жаргоном ответа. Магитектура определённо была увлечением Эммы, а не её.

– Мы можем прокатиться на нём? – с надеждой спросила мисс Глинт, и мисс Клементина быстро согласилась.

Мистер Роут положил руку на живот.

– Меня от такого укачивает. Возможно, мисс О'Доннелл сможет проводить меня до следующей остановки в нашем туре?

Мисс Клементина посмотрела на Иззи, чтобы оценить её реакцию. Иззи пожала плечами. Они всего лишь должны были пройти через холл. С ней всё будет в порядке.

– О, это будет весело, – сказала мисс Глинт, когда мужчины последовали за ней внутрь.

– Обязательно держитесь, – предупредила мисс Клементина, когда двери закрылись.

Иззи услышала, как одна из женщин удивлённо вскрикнула, а затем наступила тишина.

– Мы можем пойти этим путём, – Иззи указала в сторону холла.

Мистер Роут одобрительно склонил голову.

– Я надеялся, что мне удастся поговорить с вами, мисс О'Доннелл. Я нахожу вас занимательной.

– Спасибо? – Иззи пошла быстрее. То, как он это сказал, не звучало как комплимент.

– Вы вызвали настоящие разногласия о будущем магии в Нью-Йорке, особенно сейчас, когда происходят Затухания.

– Я не хотела, чтобы что-то из этого случилось. Я просто хотела получить свою магию. – Иззи не знала, что это были за Затухания, но звучало не очень хорошо. Она сделала мысленную пометку разузнать об этом позже и толкнула дверь. Фигги ещё спал на диванчике у камина, где она его оставила. – Это библиотека.

Мистер Роут остановился у двери, чтобы полюбоваться коллекцией газетных статей в рамках на стене.

– Очень интересно.

Иззи совсем забыла о них. Эмма и мисс Клементина повесили в рамки несколько статей о прошлогоднем разжигании – ну, во всяком случае, те, которые были хорошие. Газеты, аудиторией которых был высший класс магического общества, не были в восторге от идеи распространения магического образования на низшие классы. Любимой статьей Иззи была с заголовком: «Неогранённые алмазы: ученицы разжигаются под снегом». В ней была большая чёрно-белая фотография Иззи, Эммы, Фрэнсис Слайт и других девочек из школы в ту ночь в декабре прошлого года. С одеялами на плечах и гордыми улыбками на лицах было невозможно отличить служанок от студенток. Иззи нравилось смотреть на фотографию и напоминать себе, что теперь она принадлежит волшебному миру. Кроме того, ей понравилась фраза «неогранённый алмаз». Однажды она засияет ярко, её просто нужно ещё немного отполировать.