Страх и Голод. Гексалогия (СИ), стр. 125

– Хорошо. – взяв листок в руку, ответил я. – А вы всем награду за ее поимку предлагаете? – уточнил я.

– Всем, конечно, иначе как ее искать‑то? Страна‑то большая, как знать, куда она поедет, тем более она же умная, понимает, что ее ищут. А земля, как говорится, слухами полнится, по сарафанному радио разлетится, глядишь, кто и подскажет, а то и поймает.

– Да, звучит как план. – согласился я с такой идеей.

– Кстати, Ил, может, тебе помочь чем? Подвезти немного? – дружелюбно предложил он.

– Нет, спасибо. – сразу отказался я. – А коли помочь хотите, если патронов пятерки подкинете и тушенкой поделитесь, то не откажусь. – предложил я альтернативу.

– А чего бы с таким толковым бойцом не поделиться. – ответил командир и обернулся к своим. – Дим, дай парню тушенки и пятерки отсыпь, не жлобься. – обратился он к своему бойцу.

– Сейчас сделаем, командир! – согласно кивнул безмятежно курящий боец и полез в салон машины.

– А с чего вы взяли, что я толковый? – уточнил я.

– Москва вон где, а ты тут стоишь, со мной говоришь. Это говорит как минимум, что ты не дурак и новые правила ж

изни принял. А все бестолковые уже либо где‑то рабами вкалывают, либо в виде зомби разгуливают. Мало кому удалось к сильным группам прибиться, так как толку от них, сам понимаешь, немного, только проблемы.

– Логично. – согласился с ним я и сразу же вспомнил Додика и Мамкиного пирожочка, интересно, живы они еще или уже нет.

Тем временем ко мне подошел боец и протянул армейский вещмешок, в котором побрякивали банки с тушеным мясом и патроны.

– Держи! – заявил он мне, протянув весьма увесистую ношу.

– Большое спасибо. – ответил я и закинул мешок на плечо.

– Ладно, бывай, боец! Береги себя. – пожал мне руку Александр и дал команду своим возвращаться в машины.

Я с Тузиком не сходил с места до тех пор, пока машины не скрылись за горизонтом, а после высыпал содержимое вещмешка на землю.

– Хм, весьма щедро. – произнес я, глядя на десять больших банок армейской тушенки и сто картонных пачек с патронами для автомата. – Ладно, Тузик, пошли искать место для ночлега, а то мало ли кого мы тут еще встретим. – обратился я к псу и, собрав все вещи обратно в вещмешок, закинул его на плечо и пошел к кромке леса.

Вояки мне показались очень странными, уж больно какие‑то дружелюбные, что ли. Еще и щедрые, как‑то это не по постапокалиптически. А информация про Герду была весьма кстати, теперь паззл с ее убийством сложился, но вот в ту историю, что мне поведал этот Александр, я не поверил. По нему было видно, что он врал, нет, парней она точно убила, обида и злоба была не наиграна, а вот то, почему она это сделала, он точно знал. Но мне, если честно, на это все равно, не мое это дело. Но Герду я не сдал не потому, что я ее пожалел, будь все иначе, слил бы ее как пить дать. Тут другое, если они найдут ее раньше меня, то она будет убегать, а во время погони они будут стрелять и превратят мой милый пикапчик в дуршлаг и груду металлолома.

Глава 7

Бывший заключенный Лазарев Ярослав Яковлевич (Леший)

Ночью на улице прошелся короткий, но очень сильный дождь, что промочил меня до нитки. Все вещи были мокрыми, а легкий ветер продувал меня насквозь, мне бы сейчас спуститься вниз, собрать трав и заварить их в кипятке, но до рассвета я не могу позволить себе подобного, уж слишком высок риск не заметить зомби. Но и заболеть тоже риск весьма большой, ладно если простая простуда, а если пневмония или еще чего подобное, то считай, что все, приплыли. До первых лучей солнца я был вынужден сидеть на дереве, поспать мне толком не удалось, да и высохнуть тоже не получалось. По земле стал стелиться густой туман, а с деревьев то и дело капала дождевая вода и утренняя роса, влажность была просто ужасной, она не давала одежде просыхать.

Едва видимость стала более‑менее приемлемой, я сразу же спустился на землю и приступил к поиску сухих веток и нужных трав. Хорошо, что в наших лесах, особенно вдалеке от больших городов, природа довольно‑таки нетронутая и в ней растет полным‑полно полезных вещей. Наломав веток, нарезав бересты с молоденьких берез и нарвав разных трав, я разместился на просторной полянке, освещенной восходящим солнцем, и, греясь в его лучах, принялся готовить отвар. Сполоснув травы водой из бутылки, я с силой размял их пальцами, чтобы они пустили сок, и уложил на дно котелка, а затем залил водой. Костерок быстро разгорелся, потрескивая сухими сучьями, воткнув в землю корягу, я закрепил на ней алюминиевый котелок, так чтобы языки пламени едва доставали его дна. Пока вода бурлила в котелке, я быстро закинул в себя банку тушенки, а после уже снял тару с костра, перелил воду в обычную эмалированную кружку.

– Фу! Гадость! – скуксившись от первого глотка, произнес я, отпрянув от кружки.

Но тут же в голове всплыли голоса Дормидонта, старосты деревни, в которой я жил: «Хорошее лекарство не может быть приятным на вкус!» И с ним было сложно поспорить, так как он на раз излечивал любую хворь и со всеми делился своей мудростью, в том числе и со мной.

Отставив кружку в сторону, я подождал, пока она остынет, а после, зажав нос и абстрагировавшись от вкуса, залпом влил в себя темно‑зеленую жижу. Потушив огонь, я уложил вещи в свой рюкзак, повесил автомат на шею и отправился в дальнейший путь.

Итак, мне нужно решить пару очень важных задач. Первая – нужна машина. Вторая – припасы. Третье – карты. Если повезет, все это можно найти в одном месте, если отнять у кого‑то. Двигаться дальше лучше всего недалеко от дороги, это, конечно, опаснее, но опять же повышает шансы обзавестись всем необходимым. Ведь в лесу исправный транспорт мало кто бросает. Соваться в город или иные поселения для меня тоже не с руки, все же я один, да и патронов у меня всего ничего. Так что мне остается уповать только на дорогу, глядишь, тормозну кого и отберу транспорт, если получится, хотя шансов на это мало.

Выйдя к дороге, я осторожно последовал вдоль нее, шагая по кромке леса. Здесь было вполне тихо, ни людей, ни зомби видно не было, лишь птицы заливались своим безмятежным пением. Идти в одиночку и так открыто было очень неуютно, ведь не всегда лес будет скрывать мое присутствие, рано или поздно начнутся поля, а там я буду словно на ладони.

Продвигался все дальше, дорога сделала резкий поворот на правую сторону и начала идти вдоль реки, и тут я вспомнил, что это та самая река, что проходила вдоль нашего поселения, где у нас был мост. Сразу вспомнив карту, я сообразил, что мне нужно попасть на другую сторону, ведь до ближайшего моста очень далеко. Я спустился вниз к берегу и, выбрав более‑менее удачное место, пошел вперед через воду. Глубина тут была чуть выше колена, а то и меньше, если бы не илистое дно, в котором утопали берцы.

Перебравшись на противоположный берег, я сразу осторожно осмотрелся вокруг, скрываясь в зарослях ивы. Здесь была небольшая грунтовая дорога, частично заросшая травой, так как по ней уже давно никто не ездил. Ни людей, ни зомби я опять же не увидел. Вылив воду из берцев и отжав штаны, я худо‑бедно сориентировался на местности и пошел дальше. Прогулки по лесу меня нисколько не утомляли, мне это даже нравилось, но не сейчас, раньше я чувствовал себя в лесу словно в своей стихии, уверенно, безопасно. Но теперь все иначе, зомби не без удовольствия съедят тебя, да и люди откроют огонь без предупреждения, так что нужно быть максимально тихим и осторожным, как бы не нарваться на неприятности. Одно хорошо, территория очень далеко от глухой тайги и хищных зверей здесь почти нет, так что нападения волков, медведей и прочих зверьков можно не бояться.

Я продолжал путь вдоль грунтовой дороги и заметил на ней свежие следы, по ней кто‑то точно поехал несколько часов назад. Протектор было сложно различить, но примятая трава только‑только начала подниматься, а это значит, что проехали тут плюс‑минус два часа назад. Машина свернула с дороги прямо в чащу леса и точно была одна, след и ширина колеи говорили о том, что колеса достаточно узкие, а значит машина не большая, а это в свою очередь говорит о том, что людей там не много.