Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 3999

37.4

— С этой минуты все серьезно, — уверенно говорит Ракель и указательным пальцем ласкает губы Терренса. — Прикасаться ко мне запрещено. Пялиться – сколько хочешь.

— А ты что будешь делать? — хитро улыбается Терренс.

— Все что моей душе угодно. Ласкать твое шикарное тело где только можно.

— И ты думаешь, что это справедливо?

— Не волнуйся, Терренс, я обещаю, что не буду надолго затягивать, — обещает Ракель и оставляет несколько коротких поцелуев в уголках рта Терренса. — Но это не точно.

— Интересно, кто же запретит мне к тебе прикасаться?

Терренс располагает руки на ягодицах Ракель и крепко сжимает их пальцами.

— Как мне может быть что-то запрещено, если я – Терренс МакКлайф, а ты – почти что моя жена?

— А будешь меня лапать и сам лезть целоваться, то продлишь себе данный запрет, — самодовольно улыбается Ракель. — На целую минуту. Которая будет удваиваться с каждым новым нарушением правилом.

— Прости, крошка, но мне плевать на правила.

— Ну а мне плевать, что тебе плевать. — Ракель пальцами сдавливает челюсть Терренса. — Так что заткнись, лежи молча, наслаждайся шоу и стони.

Ракель без колебаний приникает к губам Терренса для напористого поцелуя, во время которого даже не пытается сдержать судорожных вздохов, чувствуя, как по всему телу рекой разливается вызванное нестерпимым желанием напряжение. Крепко сжимая руки в кулаки, мужчина все-таки изо всех сил сдерживает порыв прикоснуться к своей любимой и компенсирует это отсутствием какого-либо сопротивления и активным участием в этой игре. Сердце работает на пределе возможностей, голова ходит кругом, а прерывистое дыхание опаляет мягкие, слегка покусанные и влажные губы.

Однако с каждой секундой Терренсу становится все невыносимее ничего не делать, пока Ракель медленно, но верно опускается все ниже. То уши поласкает губами, то ртом проведет по месту за ним, то щедро покроет поцелуями всю его шею, поласкает кожу на ней языком и нежно ее прикусит или пососет, продлевая эту и без того бесконечную пытку с целью соблазнить своего жениха и как следует его помучить перед тем как дать желанное.

— О, чертовка ты гребаная… — с прикрытыми глазами негромко стонет Терренс. — Решила прикончить меня что ли?

— Что ты, моя радость! — невинно улыбается Ракель, запустив пальцы в волосы Терренса, пока она губами нежно зажимает кожу у него на шее. — Что ты, мой любимый! Как бы я посмела так поступить?

— Только ты можешь так сводить меня с ума. Только ты.

— Невозможно остаться равнодушной при виде такого горячего мужчины.

Проведя по груди Терренса обеими руками, Ракель с чувственными стонами нежно посасывает его твердые соски и ласкает их языком. Из-за чего тот с дрожью выдыхает, понимая, как мучительное напряжение сводит каждую его мышцу вследствие попытки сдержать неистовое желание прикоснуться к любимой.

— Который к тому же еще и такой вкусный… — переходит практически на шепотом Ракель и оставляет несколько поцелуев вокруг сосков Терренса, пока ее рука медленно скользит по стальным мышцам на животе. — М-м-м…

— Да, детка, целуй меня везде! — с хитрой улыбкой слегка хриплым голосом просит Терренс. — Целуй что хочешь…

— Только ты, пожалуйста, не напрягайся так сильно. — Ракель проводит губами по мышцам на животе Терренса. — Я ведь не делаю тебе больно. Точнее, вообще ничего не делаю.

— Посмотрел бы я на тебя, сучка, если бы тебе связали бы руки и ноги и сказали лежать и ничего не делать! Пока тебя голую гладят где только можно и норовят залезть в трусы!

— Я бы, конечно, могла привязать тебя к кровати и пытать до самой глубокой ночи. Но мне не охота искать веревки. Не охота отвлекаться от процесса. Ведь я уже с трудом сдерживаюсь…

— Ар-р-р, блять… — с чувством дрожи во всем теле тихонько рычит Терренс, чувствуя, как язык Ракель ласкает место у него под пупком, а губы оставляют короткие поцелуи вокруг него. — Гадина…

— Черт, Терренс… — Ракель с прикусанной губой начинает медленно водить рукой внизу живота Терренса, намеренно не спускаясь к его паху, даже соблазн прикоснуться к твердой мужской плоти велик. — Какой же ты сексуальный, когда ругаешься. Это пробуждает во мне дикую страсть. Дикое желание тебе отсосать. Сгорать от предвкушения момента, когда я почувствую тебя в себе.

— Тебе нужно всего лишь подставить свою попку или раздвинуть ножки. И я сделаю так, что ты еще нескоро придешь в себя после того, как кончишь с оглушительными криками.

— Меня бросает в дрожь от одной только мысли об этом… — шепчет Терренсу на ухо Ракель и обеими руками медленно проводит вверх-вниз по всему его обнаженному торсу.

— Я готов, — с учащенным дыханием загадочно улыбается Терренс. — Для тебя – всегда готов.

— Ты в этом уверен? — соблазнительным голосом уточняет Ракель, начав медленно тереться об пах Терренса, пока она стоит перед ним на коленях.

— Только есть одно маленькое «но». Я все-таки предпочитаю трахать тебя голенькую. Ведь так я лучше тебя чувствую. Лучше чувствую каждую клеточку твоего тела.

Руки Терренса сами собой тянутся к краям топика Ракель и начинают приподнимать его до того, как она легонько по ним шлепает.

— Так, добавляется одна минута штрафного времени! — решительно заявляет Ракель.

— Я же трогал твой топик, а не тебя! — выкручивается Терренс. — Так что формально я никаких правил не нарушил.

— Топик все еще на мне. А значит, никаких «формально».

— Ну, Ракель…

— Рот закрой!

Ракель приникает к губам Терренса, которые она слегка оттягивает и покусывает до того, как проталкивает язык в его приоткрытый рот и медленными движениями обводит вокруг языка застонавшего мужчины.

— Клянусь, я оттрахаю тебя настолько жестко, насколько это возможно! — с прерывистым дыханием угрожает Терренс. — Не отпущу, пока, сука, не кончишь несколько раз подряд.

— Это моя мечта… — блаженно улыбается Ракель, водя руками по груди и животу Терренса. — Но просто так ничего не произойдет.

— Не волнуйся, Кэмерон, я приложу для этого максимум усилий. А может, мне и не придется ничего делать. Ведь стоит мне просто посмотреть тебе в глаза, как ты уже вся течешь и готова к феерическому удовольствию.

— Советую хорошенько подумать над тем, как ты хочешь меня удивить, пока я развлекаюсь и думаю над тем, стоит ли мне сегодня быть сверху или снизу.

Сначала Ракель медленно проводит кончиком языка по обеим губам Терренса, а затем зажимает ртом и нежно оттягивает. Все это время она намеренно трется промежностью об мужской пах с помощью плавных поступательных движений, словно тело четко и ясно намекает на то, что оно изнывает от желания пойти намного дальше и довести дело до финала, о котором мечтают оба влюбленных. В какой-то момент тяжело дышащий мужчина с покрасневшим от возбуждения лицом принимает сидячее положение и, потеряв терпение, располагает руки на женских ягодицах и по-хозяйски их сжимает, пока девушка губами ласкает его уши и посасывает мочки.

— А куда это полезли наши шаловливые руки? — шепчет Терренсу на ухо Ракель.

— Все, я больше не могу! — решительно заявляет Терренс. — Не могу лежать и ничего не делать. Не иметь возможности прикоснуться к тебе.

— Хочешь, чтобы я наложила вечный бан?

— Готов оплатить все штрафы горячими поцелуями и незабываемым сексом. В который включен мощнейший оргазм. Может, даже и несколько.

Оставив на губах Ракель несколько коротких поцелуев, Терренс с негромким рычанием остервенело покрывает ими всю ее шею. Его руки хаотично скользят по женской спине, плечам и рукам или просто располагаются на упругих ягодицах. Девушка же не сдерживает томных стонов, время от времени прикрывает глаза с чувством головокружения и в порыве слишком сильных эмоций крепко вцепляется ногтями в широкие мужские плечи и обвивает ногами его талию.

— Ар-р-р, Терренс, я тебя ненавижу… — закатывает глаза Ракель и сильно оттягивает волосы Терренса пальцами. — Ненавижу… Ты гаденыш…