Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 3921

Кроме того, Элайдже приходиться действовать очень быстро, поскольку на него в какой-то момент начинают сверху падать горящие доски и куски бетона. А также здесь ему на помощь уже приходит огнетушитель, которым он также прочищает себе путь. И несмотря на все трудности и ожог на руке, который он получает, когда случайно касается ею горящих языков пламени, мужчина все-таки находит лестницу и добирается до последнего, третьего этажа, где ситуация совсем уж катастрофическая. Различить что-то в противогазе, да еще и в густом едком дыме – нереальная задача. Часть крыши уже успела обрушиться, а горящие доски так и остаются лежать догорать на полу.

В этот раз Элайджа тратит уже гораздо больше времени на то, чтобы найти дорогу к нужной комнате и потушить огонь, против которого одного огнетушителя уж точно будет мало. По дороге он вооружается парочкой инструментов, с помощью которых прочищает себе путь, выламывая заклинившие двери, ломая доски и разгребая груды бетона. Даже если надежда потихоньку начинает таять, мужчина все равно не сдается и продолжает искать ту комнату, где должна быть заперта Хелен, мысленно молясь о том, чтобы Даррен, Шон и Дэвид не успели активировать сделанную ими бомбу.

Методом проб и ошибок Элайджа огромными усилиями добирается до последней комнаты, которую еще не успел проверить после того как зайти в каждую. Замок не поддается никаким его манипуляциям, когда он дергает его во все стороны. После чего им принимается решение безжалостно ломать дверь, снова и снова нанося по ней удары ногой. Поначалу она не поддается, но благодаря упорству мужчины все-таки прогибается, а вскоре и вовсе срывается с петель. Элайджа сразу же видит, что все помещение уже давно охвачено огнем, а пробраться дальше будет очень проблематично. Тем не менее его это не останавливает, и он начинает решительно прочищать дорогу с помощью огнетушителя, хотя и не слишком им злоупотребляет из-за мысли, что он еще может ему понадобиться.

Впрочем, даже несмотря на все его усилия, огонь еще продолжает стремительно уничтожать этот дом и превращать его в пепел. Но даже в этой ситуации ему удается достаточно прочистить себе путь, чтобы внимательно здесь осмотреться и где-то в углу комнаты увидеть лежащую на полу без сознания, задохнувшуюся от запаха угарного газа Хелен, к которой огонь подобрался уже очень-очень близко. Несколько досок уже успели свалиться прямо на нее, а языки пламени оставили у нее на ногах ожог в виде ярко-красного покраснения на кожи и небольших пузырей.

Недолго думая, Элайджа мгновенно подлетает к Хелен, разбрасывает в стороны все доски, переворачивает тело бессознательной девушки и легонько хлопает ее ладонями по лицу, на котором можно заметить не только следы от синяков и ран, но еще и копоть. А увидев, что она никак не реагирует на его действия, мужчина прикладывает два пальца к изгибу ее шеи, в какой-то момент почувствовав очень-очень слабые толчки. После чего он облегченно выдыхает, быстро поднимается на ноги, аккуратно берет Маршалл на руки и спешит вынести ее из комнаты. Постаравшись запомнить маршрут, по которому он сюда добрался, Хартли с переменным успехом проделывает путь обратно и сначала спускается на второй этаж, а затем уже и на первый. К своему счастью, он находит запасной выход, расположенный в другой стороне дома, и через него благополучно выбирается на улицу.

А стоит ему быстрым шагом отойти на некоторое расстояние от дома, Элайджа слышит, как в какой-то момент у него за спиной раздается мощный оглушительный взрыв, вызывающий после себя ударную волну. Едва удержавшись на ногах, он оборачивается и видит, как весь дом буквально взлетает на воздух и продолжает стремительно сгорать в огне, что усиливается в два, а то и три раза. Вздрогнув от мысли, что он мог бы погибнуть вместе с Хелен, если бы хоть где-то замешкался и не успел выбраться на улицу, Хартли еще быстрее начинает уносить отсюда ноги и вскоре добирается до своего автомобиля, что стоит на некотором расстоянии от этого места.

Не теряя ни секунды, Элайджа открывает автомобиль ключом, быстро кладет бессознательную Хелен на заднее сиденье, накрывает ее пледом, который там же и валялся, садится за руль, заводит мотор и спешно выезжает на дорогу. Он намеревается немедленно отвезти девушку в больницу, где ей не только помогут прийти в себя после отравления угарным газом, но еще и подлечат раны и займутся ее физическим истощением, из-за которого эта бледная девушка выглядит как скелет, обтянутый кожей.

***

— И все-таки я советую тебе лечь в кровать и отдыхать, — настаивает Элайджа. — Могу принести какую-нибудь книжку или что-то еще, чтобы тебе не было скучно.

— Спасибо, но я уже нашла кое-что почитать, — скромно отвечает Хелен и слегка улыбается. — Ты и правда читаешь такие интересные книги? Или они стоят здесь просто так, для украшения?

— Нет, я их читал. Самые лучшие стоят на виду, а какие не очень – убраны с глаз долой.

— Очень интересные детективы, я прямо зачиталась.

— Бери любые книги, которые тебе нравятся. А если захочешь – могу найти электронную книгу. Там еще больше подобных историй.

— Было бы здорово. Я люблю что-нибудь читать, но у меня никогда не было на это достаточно времени.

— Ну вот и пользуйся моментом. Книг у меня много – так что скучать тебе не придется.

— Была бы у меня возможность читать книги в том доме, возможно, мое пребывание там было бы чуточку лучше.

— Не волнуйся, Хелен, больше тебе не придется там находиться.

Элайджа снова возвращается к рассортировке покупок, пока Хелен медленно ковыляет к столику напротив окна и присаживается на стул, сложив на нем руки.

— Все твои страдания закончились раз и навсегда.

— Значит, Маркуса и всех остальных арестовали? — неуверенно уточняет Хелен.

— Да, еще в тот день.

— Об этом показывали репортаж по телевизору. Сказали, что он еще попал в больницу после того, как ему стало плохо.

— Я в курсе. Но после завершения лечения он будет сразу же переведен в следственный изолятор, где и будет дожидаться приговора вместе со всеми этими олухами.

— Надеюсь, он ответит за все свои злодеяния. — Хелен негромко кашляет. — Этот человек натворил слишком много дел. Причинил боль слишком многим людям.

— Конечно, ответит, не переживай! Маркусу светит не просто пожизненный срок, а и вовсе смертная казнь. Все его преступления поражают своей жестокостью.

— Ты прав. Когда я читала про некоторые из них, то у меня волосы на голове вставали дыбом.

— Он и правда что-то засиделся на свободе. Давно этому гаду пора заплатить по счетам. Невозможно бегать от правосудия вечно и строить из себя невинного, милого и пушистого, каким его считали все соседи, друзья и знакомые.

— По его внешнему виду не скажешь, что он такой уж и добряк. На лице все четко написано.

— Не могу не согласиться.

Элайджа откладывает в сторону пару пустых пакетов, из которых достал все покупки, и продолжает разбираться с двумя последними.

— Представляю его лицо, если бы он знал, что ты осталась жива. Маркус ведь до сих пор уверен, что тебя уже нет в живых. Что он добился своей цели.

— Ах, я и сама в это не верю… — тяжело вздыхает Хелен. — Не верю, что я здесь… Когда огонь загнал меня в ловушку, я всерьез начала со всеми прощаться и просить у всех прощения за свои проступки. Думала, что умру. Но тут… Я открываю глаза и узнаю, что нахожусь в больнице… Молодая медсестра говорит, что я надышалась угарным газом и поступила к ним с истощением, ожогами и кровяными ранами. Правда она так тараторила, что я не сразу все поняла.

— И завизжала, когда увидела меня, — скромно улыбается Элайджа. — Хотела резко соскочить с кровати и убежать, но я с трудом тебя удержал.

— По-твоему, я должна была броситься тебе на шею и расцеловывать со словами благодарности?

— Я даже об этом и не мечтал.

— Извини, Элайджа, но об этом не могло быть и речи, учитывая, что ты был одним из сообщников Маркуса. — Хелен негромко кашляет. — Который морил меня голодом, держал в холодном помещении, где было полно всякой живности… Да еще и насиловал.