Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2962

— А еще Сэмми – страшный подлиза! Помани его чем-нибудь вкусненьким, и ты сразу же станешь для него своим.

— А стоит проявить к нему строгость и наказать, как он либо начнет подлизываться, либо сделает тебе подлянку.

— А еще он обожает кататься в грязных лужах и водоемах, но терпеть не может принятие ванны.

— Это точно! После мытья этого пушистого мы всегда выходим из ванны мокрые с головы до ног!

— Я так понимаю, этот песик тот еще засранец, — скромно хихикает Кэссиди и лохматит Даниэлю волосы. — Прямо как мой братик.

— Согласен, — с хитрой улыбкой отвечает Эдвард.

— Эй, а Сэмми вообще – крупный пес? Какой он породы?

— Крупный, — произносит Наталия. — Голден ретривер.

— О, ретриверы такие милые, — широко улыбается Кэссиди. — Я обожаю этих собак. Такие же, как и лабрадоры.

— А у тебя была собака? — интересуется Анна.

— Ага, девочка Челси породы чихуахуа. Со светлой шерсткой… Я очень любила ее, но она умерла, когда мне было лет шесть-семь. Челси появилась у нас дома еще тогда, когда меня не было на свете. По-моему, Дэна тоже.

— А ты любишь больших или маленьких собак?

— В большей степени люблю маленьких. Но и больших обожаю. Я вообще всегда была страшной собачницей и завела бы сразу несколько собак, если бы у меня была такая возможность. Несколько раз я уговаривала маму с папой завести еще одну собачку, но они говорили, что нам достаточно Челси.

— А вот я всегда боялась собак… — скромно признается Анна. — С тех пор как в детстве на меня напала большая собака.

— А этот шрам на руке у тебя появился после того случая?

— Да… — Анна рассматривает свой шрам на передней части запястья правой руки. — Та собака сильно вцепилась в мою руку зубами… Рука сильно кровоточила … Было небольшое повреждение вены… Но слава богу, все обошлось.

— Ничего себе…

— И если я сейчас не боюсь Сэмми, это не значит, что мой страх перед собаками прошел. Нет, я по-прежнему их боюсь. Если ко мне подойдет другая собака, то я испугаюсь.

— Сэмми – очень добрый песик, — уверенно говорит Питер. — Всем дает себя гладить, принимает угощение и обожает играть и веселиться. Но когда надо, он станет безжалостным и разорвет любого на части.

— О да, Поттер испугался его! — скромно хихикает Эдвард. — Вон как вопил, когда Сэмми вцепился ему в руку!

— А сколько Сэмми сейчас лет? — интересуется Кэссиди.

— Скоро будет год, — с легкой улыбкой признается Хелен. — Я взяла его еще совсем маленьким щеночком.

— Мечтала завести собачку?

— Да, я всегда мечтала завести себе собачку и обожаю их так же, как Наталия – кошек. Я бы завела собачку намного раньше, но моя бабушка была против. Но я все-таки сумела уговорить ее. И она буквально влюбилась в Сэмми, когда я принесла его домой.

— Ты покупала его?

— Нет, моя подружка с работы позволила мне взять одного из щеночков, которых родила ее собака. Она хотела их продать, но предложила мне взять одного бесплатно. И я не могла упустить такой шанс.

— Здорово… — скромно улыбается Кэссиди. — Надеюсь, однажды и я смогу завести себе собачку.

— Собаки – очень хорошие друзья и отличные защитники, — уверенно отмечает Эдвард. — Если ты будешь воспитывать его, то он и близко не подпустит к тебе плохих людей. Он будет любить тебя и станет твоим самым лучшим другом.

— Такой была моя Челси! Она всегда обожала меня и ходила за мной по пятам, когда я была дома.

— Ну да, даже ко мне она не была так привязана, как к ней, — задумчиво отвечает Даниэль. — Хотя мы тоже прекрасно ладили.

— Просто собаки любят маленьких детей, — скромно улыбается Хелен. — Сэмми все время рвется подойти к ребенку, если видит кого-то вдалеке. И постоянно сует свой в коляски с малышами.

— Эй, ребята, а вы любите песиков? — интересуется Кэссиди. — Или только мы с Дэном и Хелен – собачьи фанаты?

— Почему же! — удивляется Питер. — Я тоже всегда любил собак! Но полюбил еще больше, как только познакомился с Сэмми. До сих пор помню, как впервые увидел его бегающим по квартире Хелен, когда он еще был совсем щеночком.

— Да и я люблю собак, хотя и не могу назвать себя их поклонником, — признается Эдвард. — Я просто люблю животных и уверен, что они чувствуют все то же, что и люди.

— Тьфу ты, одни собачники собрались! — усмехается Наталия, скрестив руки на груди. — А кошечки чем хуже?

— Хоть я и не схожу с ума по кошкам так, как ты, мне очень нравится котята, — скромно улыбается Анна. — Особенно когда они в возрасте двух-трех месяцев. Они такие милашки !

— Кошки милые лишь тогда, когда они не орут и не будят тебя в половину пятого утра, — уверенно отвечает Питер.

— В смысле? — слегка хмурится Кэссиди.

— Не обращай внимания! — машет рукой Даниэль. — Роуз уже лет двести ведет войну с кошками своей соседки!

— И все эти двести лет у меня контры с той самой соседкой, — уверенно признается Питер. — Я безуспешно пытаюсь ее заставить что-то сделать со своими кошками. А она учит меня жизни и говорит, что мне пора перестать заниматься хренью и найти работу.

— Типичная одинокая бабуля, которая недовольна своей жизнью и решила учить других!

— Типа того!

— Если честно, кошки меня не очень-то любят. У одного моего приятеля был толстый злой кот, который однажды здорово поцарапал мне руку. И потом этот же придурок так расцарапал мою куртку, что от нее почти не осталось. А когда я однажды встретила бродячую кошку на улице, то она бросилась наутек. Как будто я какое-то пугало. Хотя я ничего не делала! Даже гладить не собиралась!

— О, с нашим Терренс все то же самое, — скромно хихикает Даниэль. — Его тоже кошки « любят ». Помнится мне рассказ МакКлайфа про кота, чьи когти помнят его руки…

— Даже животные понимают, кто такой Терренс МакКлайф, — по-доброму усмехается Наталия. — Знают, что этого придурка надо иногда бить по башке.

— Ну да, не только друзья иногда сбивали с его головы корону, — с усмешкой соглашается Эдвард.

— Уж ты-то точно не дашь своему братцу почувствовать себя королем на троне, — тихо хихикает Питер, снова закинув руки на спинку дивана и слегка разведя ноги. — Надирать Терри задницу – твое любимое занятие.

— Да и вы с Даниэлем не прочь развалиться на его троне.

— Эй-эй, только не начинайте спорить, кто из вас лучше! — громко тараторит Наталия.

— А мы и не спорим, — невинно улыбается Эдвард. — Все уже решено ! Неотразимее моего братика может быть только один человек. И это я !

— Кто-нибудь дайте сковородку потяжелее, пожалуйста, — резко выдыхает Даниэль.

— Уж чего, но в своей неотразимости я никогда не сомневался. — Эдвард с гордо поднятой головой приглаживает волосы. — Еще ни одна девчонка не смогла передо мной устоять! Перед таким шикарным парнем, который покоряет девчонок одним лишь взглядом. Заставляет их млеть от одного только моего голоса. Все девчонки, с которыми я встречался, признавались, что на первой встрече влюблялись в мой голос. Хотя я больше всего в себе люблю свои шикарные волосы.

— Тебе крупно повезло, что здесь нет Терренса, — уверенно отвечает Хелен.

— Точно, — добавляет Анна. — Если Терренс узнает, что ты говоришь про него, он будет сильно нервничать и ревновать.

— Ну голос голосом, а девочки начинают визжать при одном только упоминании моего имени, — с гордо поднятой головой отмечает Питер. — А уж когда встречают лично, то готовы умереть от счастья! Хотя… Как можно не возбудиться, глядя на мое сексуальное тело?

— Я тоже еще не оставил ни одну девчонку равнодушной! — уверенно заявляет Даниэль. — Они всегда сходили с ума по моим глазам, в которых любая была готова утонуть. Я и сам в себя влюбляюсь, когда смотрю на них в зеркале.

— Да уж, мальчики опять распушили хвосты, — скромно хихикает Наталия.

— Ой, да все мужики одинаковые! — машет рукой Кэссиди. — Все парни, с которыми я когда-либо дружила, обожали выпендриваться.