Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2711
— Как я могу быть с ней, если она мне противна? — с широко распахнутыми глазами разводит руками Даниэль. — Я не буду с той, которую не люблю! Эта нахалка воспользовалась моим состоянием! Она меня обманула! Зная, что я не смогу ей возразить!
— Довольно, Даниэль, замолчи! — срывается на крик Анна, резко приподняв руку. — Не смей говорить, что тебя обманули, и ты не хотел этого!
— Но я и правда, черт возьми, не хотел этого! — возражает Даниэль.
— Мне плевать! Я не желаю слушать твои лживые сказки! Ты никогда не любил меня, раз так легко променял меня на эту стотонную корову.
— Неправда! Я всегда любил тебя!
— У тебя был выбор. Ты мог отшить эту идиотку, когда она начала клеиться к тебе! Но ты не сделал это. Ты начал целовать и обнимать ее. А позже еще и в постель затащил. Ты трахал ее на кровати, на которой спала я!
— Я не спал с ней, а всего лишь был близок к этому. Нам помешал звонок! Он вовремя остановил это безумие! Да, мы были полуголыми, но еще даже не начинали то, о чем она так мечтала.
— Наверное, тебе было хорошо . Она тебя нахваливала, стонала громче, чем порноактриса, отсасывала как следует… А ты валялся довольный и гордо тряс перед ней своими причиндалами!
— Мне никогда не было хорошо! Я заставлял себя терпеть все это и молился о том, чтобы эта девчонка прекратила меня целовать. Это было ужасно! Даже какая-нибудь ботаниха целуется намного лучше этой стервы!
— Нехорошо оскорблять любимую девушку, Перкинс, — хмуро бросает Анна. — Если она об этом узнает, то придется тебе самому ублажать себя в туалете! И придется все-таки научиться нормально готовить!
— Я люблю только тебя! Всегда любил! И буду любить! Мне не нужна никакая другая девушка!
— Рассказывай эту ложь Питеру, Эдварду или Терренсу! Они же больше всех защищают тебя. Вот пусть продолжают в том же духе!
— Они могут поступать как угодно, но я не стану обижаться.
— Что, не уж-то ты врал им и сказал то же, что и мне?
— Я рассказал ребятам всю правду, которую ты сейчас услышала. Мне нечего скрывать от своих друзей и девушки, которую безумно люблю. Лучше рассказать всю правду и быть осужденным, чем врать и делать вид, что ничего не случилось.
— Закрой рот, Даниэль! — раздраженно бросает Анна. — Заткнись!
— Я не буду молчать о том, что чувствую.
— Если бы ты любил, то ни за что бы не предал меня.
— Хочешь сказать, что я вру?
— Врешь!
— Если я скажу, что не люблю тебя и хочу расстаться, то это будет ложью.
— Если я скажу, что люблю тебя и хочу сделать вид, будто ничего не случилось, то это будет откровенной ложью.
— Я бы никогда не изменил тебе, зная, что ты – моя девушка. Клянусь жизнью. Клянусь памятью родителей.
— Однако изменил же!
— Пожалуйста, Анна, не бросай меня, — с жалостью во взгляде умоляет Даниэль. — Кто угодно может отвернуться от меня: хоть друзья, хоть весь мир. Но только не ты… Без тебя моя жизнь не имеет смысла.
— Я уже давно считаю себя свободной девушкой. Все кончено ! Я готова к новым отношениям и открыта для знакомств с парнями!
— Нет! — сильно напрягает мышцы Даниэль, пристально смотря Анне в глаза. — Никаких парней! Ты моя ! И больше ничья! Я не потерплю другого мужика рядом с тобой! Клянусь, я убью любого, кто посмеет положить на тебя глаз!
— Если я захочу, у меня будет сотня мужчин!
— Пока я не решу, что расстался с тобой, ты будешь принадлежать мне. А я не решу, можешь даже не надеяться.
— Ты не можешь мне указывать! — возмущается Анна. — Особенно после того, как успел покувыркаться с какой-то бабой!
— Если мне придется бороться за свою любовь кулаками, то я готов это сделать, — уверенно заявляет Даниэль. — Я устраню любые препятствия, лишь бы ты была моей! Лишь бы ни один мужик не посмел даже посмотреть на тебя!
— Не имеешь права, — грубо говорит Анна. — Я – взрослая девушка и могу сама решать, с кем встречаться и что делать!
— Ты принадлежишь мне! И только мне!
— Я не твоя собственность!
— Ты – моя девушка!
— Уже нет!
— Да, возможно, я сейчас звучу грубо. Но я всего лишь пытаюсь спасти то, что мне принадлежит.
— Мозги надо было включать раньше, Перкинс.
— Послушай, Анна…
— Хватит! — резко отрезает Анна, приподняв руку к верху. — Если хочешь потешить свое эго и услышать, какой ты крутой, то лучше иди к своим друзьям. Раз уж они так слепы и наивно верят лжецу, то ради бога!
— Пожалуйста, не говори так, — с жалостью во взгляде качает головой Даниэль. — Мне больно это слышать… Больно знать, что ты считаешь меня ужасным… Что ты не хочешь понять, что я не хотел предавать тебя.
— А мне тоже больно! — срывается на крик Анна, расставив руки в бока. — Знаешь, как мне, твою мать, было больно, когда я увидела тебя целующимся с той жирной бабой! Да я хотела выдрать все волосы этой гадины прямо там! В палате! Придушить ее собственными руками! Но нет, я не сделала этого… Я решила проявить « благородство » и позволила вам, голубкам, насладиться друг другом.
— Если бы ты вошла в палату, я сказал бы тебе тысячу слов благодарности. А если бы тогда ко мне в палату не зашел врач и не приказал ей идти работать, она бы и дальше продолжала доставать меня. Эта девчонка приходила ко мне едва ли не каждый день и вешала лапшу на уши.
— Еще раз повторяю: если бы ты хотел, то послал эту девку куда подальше, — холодно заявляет Анна. — И не поступил бы как трус! Трус, который боялся обидеть эту жирную корову!
— Я ничего не помнил… Прошу, пойми это…
— То, что уже сделано, нельзя изменить, а сказанные слова не заберешь назад. Ты упустил шанс.
— Анна…
— Я была в шоке, когда врач сказал, что ты ничего не помнишь. Когда ты не узнал никого из нас. Но позже я пришла в себя и сказала себе, что должна быть рядом с тобой. Я была готова помочь. Но ты, мразь, всадил мне нож в спину. Предал так, как никто другой.
— Да, я – подлый трус! — отчаянно восклицает Даниэль. — Да, я поступил омерзительно и не заслуживаю прощения. Знаю, что измена – это плохо. И я бы и сам не простил ее. Поверь, я знаю, что это такое, потому что однажды мне тоже изменили. Я до сих пор не смог простить ни ту девчонку, ни того парня, с которым, между прочим, дружил.
— Мне наплевать на твои чувства! На-пле-вать!
— Анна, пожалуйста, прости меня… Мне действительно очень жаль, что все так вышло. Я не хотел причинять тебе боль…
— Но ты причинил ! Причинил!
— Даже если бы ты не увидела меня с той обманщицей, и никто не знал про нас, я бы все равно признался во всем. Потому что хочу быть с тобой честным. Хочу говорить тебе правду.
— Иди ты к черту со своей правдой!
— Пожалуйста, поверь мне… Хотя бы признай, что ты ценишь мою честность.
— Неужели ты думаешь, что все закончится так, как в случае Терренса и Ракель и Эдвардом и Наталией? — Анна презренно усмехается. — Нет, Даниэль, ты ошибаешься! Этого не будет.
— Послушай, Анна…
— Им просто крупно повезло, что они смогли все исправить. Эти ребята стали жертвами обмана и заговора. Они ни в чем не были виноваты.
— Я тоже стал жертвой обмана!
— Ты не жертва! Ты – изменник!
— Сейчас я намного лучше понимаю парней, потому что мне приходиться быть в их шкуре. И чувствовать себя паршиво от того, что я все испортил.
— Парней можно было понять, потому что их обманули, а девочки вообще ни в чем не были виноваты. Но ты предал меня. По-настоящему. И я это видела . Свои глазами.
— Любой человек уж точно заслуживает второй шанс. Особенно если он искренне раскаивается и хочет все исправить.
— Ты уже ничего не исправишь. Я не прощу тебя и не вернусь к тому, что так наплевал мне в душу.
— Нет, Анна, пожалуйста, не говори мне, что это конец, — с широко распахнутыми глазами резко мотает головой Даниэль. — Я не хочу этого!