Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2542

— Да, ты реально умом тронулся… — скрестив руки на груди, хмуро говорит Эдвард. — Не удивлюсь, если у тебя в кармашке еще и ножик припрятан. Есть так, то можешь достать его и зарезать нас прямо здесь. Давай, Перкинс, вперед! Грохни нас! Или тоже боишься? Делаешь что-то только с одобрения твоей ненаглядной Бланки?

— Прекратите оскорблять Бланку! — угрожая парням пальцем, грубо требует Даниэль. — Оставьте вы нас в покое и дайте жить спокойно! МЫ ХОТИМ БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМИ ! СЧАСТЛИВЫМИ, ПОНИМАЙТЕ!

— Вообще-то, это ты сейчас приперся к нам, — грубо напоминает Терренс. — Даже если бы мы увидели тебя раньше, то ни за что не подошли бы к больному ублюдку, который пляшет перед иностранкой на задних лапках и делает все, что она говорит. Ты нам не нужен! Не нужен человек, который ведет себя так безобразно и смеет винить нас в нелепых вещах.

— Я ВАМ НУЖЕН ! Чтобы уничтожить меня! Вы мечтайте разрушить мое счастье с Бланкой и грохнуть меня! Точнее, Роуз хочет, а вы, братья МакКлайф, подбадривайте его!

— Хорошо обвинять без доказательств, — уверенно говорит Эдвард. — Эта девчонка не может ничего доказать, потому что это наглая ложь. А ты веришь только лишь ее словам.

— Бланка не стала бы мне врать! — вскрикивает Даниэль. — Она оказалась единственной , кто рассказал мне всю правду о том, как вы пользовались моим состоянием.

— Если ты веришь какой-то лживой обманщице, то продолжай в том же духе, — холодно говорит Питер. — Мы больше ни в чем убеждать тебя в чем-либо. Хочешь жить во лжи и позволять себе быть марионеткой – пожалуйста.

— А, кажется, я все понял ! — восклицает Даниэль. — Все понял! Ты так бесишься из-за того, что Бланка выбрала меня , а не тебя! Выбрала смелого и уверенного в себе человека, а не жалкого труса, который смелый только на словах.

— Ты сам-то понимаешь, что говоришь? Зачем мне нужна девчонка, которую я не знаю? У меня уже есть возлюбленная! И это вовсе не Бланка!

— Спорю, что она подставная. Как и подружки братьев МакКлайф… Как их там? Рэйчел … Валерия … Впрочем, не столь важно! Вы подговорили этих девушек и ту Елену подыграть вам и убеждать меня в том, что вы – типа мои друзья. Наверное, думали, что я ничего им не сделаю и легко поверю во все, что они скажут. Но вы крупно просчитались!

— Знаешь, мне уже смешно тебя слушать, — ехидно смеется Эдвард. — Не знал, что у человека с амнезией может так здорово быть развито воображение. Если не Бланка надоумит, так сам насочиняешь всяких небылиц.

— Нет, дебилы, это ВЫ воспользовались моим состоянием. Решили сыграть роль моих друзей и играли со мной как вам вздумается. Придумали историю про какую-то девчонку, которую вы все назвали моей девушкой. Хотя этой девчонке явно надоел весь этот фарс, и она отказалась участвовать в вашем шоу, зная, что я видел ее всего лишь однажды.

— Да, тяжелый случай… — резко выдыхает Терренс.

— Просто признайтесь, что вы все неудачники и жутко завидуйте мне. Завидуйте, что у меня есть любящая девушка, а на вас никто не хочет смотреть. Вот вы и пытайтесь всячески разрушить мое счастье.

— Это тебе Бланка сказала? — интересуется Питер. — Это она надоумила тебя на то, что нам типа не везет в отношениях?

— Везло бы – вы бы не лезли в мою жизнь! В данном случае больше всего не везет тебе, ибо ты все это начал. Ты из зависти начал оскорблять и унижать бедную девушку.

— Слушай, лузер, проваливай-ка ты отсюда и не беси нас, — сухо требует Эдвард. — А иначе ты точно напросишься на неприятности.

— Этого не будет, потому что вы – трусы. Жалкие трусы, которые ведут себя не как настоящие мужики и умеют лишь строить из себя смелых и крутых. Трусы, да еще и наглые лгуны! КОТОРЫЕ НЕ МОГУТ ПЕРЕСТАТЬ ПРЕСЛЕДОВАТЬ МЕНЯ! И НАДЕЯЛИСЬ ОБМАНЫВАТЬ МЕНЯ ДО КОНЦА МОИХ ДНЕЙ!

Питер, Терренс и Эдвард до последнего держались, чтобы не врезать Даниэлю. Но сейчас их терпению приходит конец, и они больше не хотят пытаться доказать свою невиновность и проявлять желание помочь. Парни больше не хотят быть хорошими и помнить о дружбе с человеком, который буквально готов разорвать их на части и грозится расквитаться с ними за то, чего они не делали.

— Слушай, ты, ублюдок! — раздраженно бросает Питер, резко встает на ноги и подходит к Даниэлю, крепко сжав руки в кулаки и чувствуя, как сильно напряжена каждая его мышца. — Ты уже заебал нас! ДАВНО ПРОБЛЕМ, БЛЯТЬ, НЕ БЫЛО?

— Что, трусливый кусок дерьма, все-таки решил врезать мне? — ехидно усмехается Даниэль. — Неприятно слушать, что тебя не считают смелым? Решил доказать обратное?

— Я слишком долго терпел все твои обвинения и оскорбления. Но теперь все! Моему терпению пришел конец ! Больше я не собираюсь проявлять снисходительность и забуду о том, что было раньше. Я УСТАЛ!

— Я просто в шоке… В шоке от того, что кому-то может нравиться такой жалкий урод… — Даниэль с презрением во взгляде осматривает Питера с головы до ног. — Черт, что они вообще нашли в тебе? Почему эти дураки едва ли не боготворят тебя? За какие такие заслуги?

— А я в шоке от того, что мог общаться с таким безмозглым мудаком, который поверил какой-то обманщице и делает все, что она прикажет.

— Хватит беситься, что она выбрала меня, а не тебя, – грубо заявляет Даниэль. — Я не виноват, что ты оказался таким мерзким, трусливым ублюдком, который никогда не будет счастлив и однажды подавится своей чертовой завистью.

— Еще раз посмеешь оскорбить меня – и я точно врежу тебе, — низким голосом угрожает Питер. — КЛЯНУСЬ! Я ТАК РАЗУКРАШУ ТВОЮ НАГЛУЮ МОРДУ, ЧТО НА ТЕБЯ УЖЕ НИКАКАЯ ДЕВЧОНКА НЕ ПОСМОТРИТ! НИ БЛАНКА, НИ КТО-ЛИБО ЕЩЕ!

— Что, трусливый урод, неприятно слышать правду? Неприятно слышать то, кто ты есть на самом деле?

— Мне прекрасно известно, кто я есть. И с радостью расскажу тебе, кто ТЫ ! Что ты за мерзкая тварь, которая смеет обвинять меня в том, что не может доказать!

— Хотя бы имей смелость признаться в том, что ты пытался убить меня!

— Я не буду признаваться в том, чего не делал! И не буду ничего доказывать! Мне надоело ! Мне по хер, что ты думаешь! Хочешь думать, что я пытался от тебя избавиться – пожалуйста! Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ ПЕРЕД ТОБОЙ ОПРАВДЫВАТЬСЯ!

— Потому что ты не можешь доказать свою правоту. Бланка уже давно раскусила тебя.

— Блять, да как ты уже заебал всех со своей Бланкой! — вскрикивает Питер, вцепившись руками в свои волосы. — Бланка! Бланка! Бланка! Бланка! НЕ ЗНАЕМ МЫ ЕЕ! НЕ ЗНАЕМ! КТО ОНА ТАКАЯ? ОТКУДА ВЗЯЛАСЬ?

Глава 16.4

— Как жаль, что ты не сдох в тот раз, когда изрезал себя, — грубо заявляет Даниэль, смотря на Питера с презрением и злостью во взгляде. — Это было бы лучшее , что ты мог сделать. Просто сдохнуть . Ответить за все, что ты сделал мне и моей невесте.

— ЗАТКНИСЬ, МУДАК! ПРОСТО ЗАТКНИСЬ!

— Чтоб тебя, сука, машина сбила. Чтоб какой-нибудь отморозок так начистил тебе морду, чтобы ты сдох на месте, не приходя в сознание.

— Что ты сказал? — сквозь зубы цедит Питер, крепко сжав руки в кулаки. — Ты что сказал, сука?

— Никто не будет сожалеть, если так случится. А я буду до смерти счастлив . Потому что больше никакая сука не посмеет разрушить мое счастье и попытаться грохнуть меня. Или пусть случится такое, что заставило бы тебя еще раз изрезать себя до смерти. И чтоб тебя никто после этого не спас. Чтоб никому не был нужен. НИКОГДА! СДОХНИ В ОДИНОЧЕСТВЕ, МУДАК!

Слова Даниэля окончательно заставляют Питера наплевать на все годы дружбы с этим человеком. Дыша словно разъяренный бык, Роуз пару секунд смотрит на Перкинса с огромным презрением во взгляде, а затем со всей силы залупляет ему пощечину. Это заставляет Эдварда и Терренса, все еще сидящих на траве, слегка вздрогнуть. Даниэль же хватается за горящую щеку и резко отворачивается в сторону, довольно тяжело дыша.