Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1999

К этому моменту Эдвард напрочь забывает о стеснительности и неуверенности в себе и просто делает все, что ему хочется, не боясь сделать что-то неправильно. Он не вспоминает о неразрешенных проблемах. Он думает только лишь о том, как доставить удовольствие Наталии и самому почувствовать себя более счастливым. Понять, что он не такой уж бесполезный и бездарный, как ему всегда говорил Майкл. Ну а сама Наталия запрещает себе бояться подпустить своего возлюбленного к себе и полностью доверяется тому, кому принадлежит ее сердце. И девушка не сомневается, что этот человек сделает все, чтобы она почувствовала себя такой счастливой, как не была никогда прежде.

Глава 39: Я привык чувствовать боль

Перекусив в кафетерии, Терренс, Даниэль, Джессика и Хелен направляются в палату Питера. Они так и не смогли справиться с волнением перед встречей с блондином и до сих пор пытаются решить, кому пойти в палату первым, а кому подождать за дверью.

— Ну так что, ребята, кто пойдет в палату первым? — спокойно интересуется Терренс.

— Пусть Хелен с Джессикой пойдут первыми, — предлагает Даниэль. — А мы с тобой пойдем позже.

— А мы с Маршалл считаем, что лучше вам двоим пойти первыми, — говорит Джессика.

— Да, вам есть что обсудить, — уверенно добавляет Хелен, наполовину развернувшись к троице, ищущей сзади нее.

— А почему вы не хотите пойти первыми? — интересуется Терренс.

— Просто хотим взять немного больше времени, чтобы подготовиться, — задумчиво отвечает Джессика. — Лично я никак не могу настроиться на этот разговор.

— Мы все ужасно взволнованы, — мягко говорит Хелен. — Но решать надо уже сейчас, ибо мы уже почти пришли.

— Ну так иди с Джессикой, а мы с Терренсом подождем в коридоре, — говорит Даниэль.

— Разве вы не хотите пойти первыми? — удивляется Джессика.

— Хотим, но можем пропустить вас вперед. Как настоящие мужчины. Тем более, что вам также есть что обсудить с Питером.

— Спасибо, конечно, — мягко благодарит Хелен. — Но я бы хотела попросить еще пару минут, чтобы настроиться на эту встречу… Я еще не готова к ней…

— Ну мы-то все можем взять пару минут на подготовку, — задумчиво отвечает Джессика. — Только нам все равно придется это сделать.

— Да мы и сами ужасно нервничаем, — устало вздыхает Терренс. — Боимся того, как Питер отреагирует на наше появление.

— Слушайте, парни, может быть, вы и правда пойдете первые? — предлагает Хелен. — Я правда не готова идти туда прямо сейчас.

— Ну раз Хелен не хочет идти сейчас, то я останусь с ней, — пожимает плечами Джессика. — Заодно и себя настрою себя на эту встречу.

— Вы точно уверены в том, что хотите пойти чуть позже? — уточняет Терренс.

— Да, — спокойно произносит Хелен. — И если у вас все пройдет хорошо, то вы с Даниэлем можете оставаться там столько, сколько захотите.

— Ох, хотел бы я, чтобы все прошло хорошо… — задумчиво говорит Даниэль.

Терренс, Даниэль, Хелен и Джессика молча проходят по коридорам больницы, встречая на своем пути различных врачей, пациентов и посетителей. А вскоре все четверо подходят к двери, на которой висит табличка с номером палаты – « 767 ». На специальной поверхности черным смываемым маркером выведена надпись « Питер Джексон Роуз, 25 лет ». В палате есть большое окно, через которое можно наблюдать все, что происходит в ней, но сейчас оно наполовину зашторено плотной шторкой. А с той стороны, где стоят все четверо, увидеть происходящее в помещении не представляется возможным.

— Что ж… — развернувшись ко всем троим, неуверенно произносит Хелен. — Мы пришли… Это его палата…

Терренс, Даниэль и Джессика останавливаются и пробегаются глазами по тому, что написано на табличке, висящей на двери.

— Этого могло быть не написано, если бы все было иначе… — с грустью во взгляде тихо говорит Даниэль.

— Согласен… — соглашается Терренс. — Но что теперь жалеть…

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, которую вскоре неуверенно нарушает Джессика, обняв себя руками и обратившись к Даниэлю и Терренсу:

— Ладно… Терренс, Даниэль, идите первые. Мы с Хелен подождем вас здесь.

— Идите, ребята, — кивает Хелен. — Попробуйте разговорить Питера.

Терренс и Даниэль с испугом во взгляде переглядываются между собой, немного побледнев от волнения и осознав, как сильно напрягаются все их мышцы. Однако парни быстро берут себя в руки, резко выдыхают и медленно подходят к двери, ведущую в палату, пока Хелен и Джессика наблюдают за ними с грустью во взгляде. Поколебавшись секунду или две, МакКлайф осторожно открывает дверь и заходит в палату первым, а Перкинс неуверенно идет за ним следом. Друзья сразу видят болезненно бледного Питера, лежащего на больничной койке и со сложенными перед ним руками пустыми глазами смотрящего в одно из двух окошек, расположенное по правую руку от него.

Но когда в двери показываются Даниэль и Терренс, блондин переводит свой взгляд на них, широко распахивает глаза и медленно приподнимается, опираясь локтями о кровать. Им одержимо желание провалиться сквозь землю из стыда. За все. За свое поведение. За попытку покончить с собой. За то, что парни потратили на него свое время. На Питера, чьи светлые волосы слегка взъерошены, накатывает паника, а он сам начинает часто дышать при виде Даниэля и Терренса, смотрящие на него с жалостью во взгляде с чувством неловкости и неуверенности. Мужчина с радостью сбежал бы отсюда, но его останавливает жуткая слабость после огромной потери крови, ее заражения и времени, проведенного неподвижно. Впрочем, Даниэль и Терренс в какой-то момент и сами хотят уйти отсюда, с ужасом и содроганием вспоминая тот день, когда нашли полумертвого Роуза у него на квартире. Однако парни в очередной раз говорят себе, что не могут позволить страхам взять над ними верх.

Это неловкое молчание продолжается не очень долго. Будучи немного порешительнее, Терренс первым переступает порог палаты с белоснежными стенами и заходит в нее, мгновенно почувствовав запах лекарств или же чего-то еще, что заставляет его слегка поморщиться. Даниэль же сначала колеблется, но затем тоже переступает порог палаты и следует за своим приятелем, медленными, но уверенными шагами подходящий к койке, на которой лежит Питер, смотрящий на него своими широко распахнутыми, безжизненными глазами.

— Т-терренс… — дрожащим голосом произносит Питер. — Д-даниэль… Э-э-э… Вы…

— Привет, Питер, — мягко говорит Терренс.

— Привет, приятель, — неуверенно здоровается Даниэль, немного испуганно глазея на Питера.

— Ну как ты?

— Паршиво, честно говоря, — опустив взгляд на свои перебинтованные запястья, хмуро отвечает Питер. — Как я еще могу поживать!

— Ты напугал всех нас. Мы думали, что потеряли тебя.

— Да? — Питер без эмоций усмехается. — Забавно …

— Это правда, Питер, — с грустью во взгляде говорит Терренс. — Все волновались за тебя.

— Вот тебе и сдох… — тихо говорит Питер и медленно выдыхает. — Думал, наконец-то обрету покой и больше никому не доставлю проблем… А тут бац – оказываюсь на больничной койке… Сюда забегает молоденькая медсестра, которая начинает задавать какие-то вопросы… И потом ошарашивает меня новостью… О том, что ты и Даниэль были со мной, когда меня привезли в больницу…

— Это правда , — кивает Даниэль.

— Ох, ну и сказочники…

— Это не шутки, приятель, — тихо говорит Терренс. — Мы правда нашли тебя, вызвали скорую и приехали сюда с тобой…

— Ждали новостей, переживали… — добавляет Даниэль.

— Ах… — без эмоций смеется Питер, покачав головой. — Переживали … Не смешите вы меня!

— Неужели ты думал, что мы бросим тебя умирать после того, как ты изъявил желание? — удивляется Терренс. — Нет уж, мы на такое не пошли бы!

— Можно было не суетиться. — Питер резко кладет голову на подушку и прикрывает глаза на пару секунд. — Вы спокойно могли оставить меня там.