Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1969

***

В это же самое время Джессика и Хелен прогуливаются в небольшом тихом парке, медленными шагами идя по прямой мимо людей, которые находятся здесь одни, в компаниях или с собаками. Кто-то куда-то спешит, а кто-то не думает о времени и просто наслаждается хорошей погодой.

— Врачи окончательно потеряли надежду на лучшее, — с долей отчаяния говорит Хелен. — Они уже думают прекратить лечение и позволить Питеру умереть.

— Но почему? — удивляется Джессика. — Почему врачи хотят отказаться от лечения Питера?

— Потому что они не видят улучшений. Ничего не меняется с того момента, как у него обнаружили заражение крови.

— Но он ведь еще живой! И время от времени приходит в себя! Хотя бы на минутку!

— Знаю, но как убедить их продолжать лечение? Я не могу позволить, чтобы они прекратили бороться за жизнь Пита! Не могу допустить, чтобы он умер!

— Неужели твое присутствие никак не помогает ему? — удивляется Джессика. — Ты ведь ходишь к нему почти каждый день!

— Льюис говорит, что аппараты или сам Питер реагируют на мое присутствие в палате. Хотя мне кажется, что это не так.

— А вот мне кажется, что это неспроста. Я уверена, что это какой-то знак !

— Джесс, не говори глупостей! — устало вздыхает Хелен. — Подумаешь звуки становятся менее монотонными, или он начинает что-то говорить в бреду. В этом нет ничего такого!

— Ах, подруга, подруга… — качает головой Джессика. — Вот точно я тебе говорю, что это некий знак! Что-то подсказывает мне, что это может означать положительную реакцию Питера на твое присутствие.

— Ну не знаю… Хотя Льюис и сказал, что многие люди, находящиеся в бессознательном состоянии, могут слышать чьи-то голоса и следовать их звуку, чтобы найти свет в конце тоннеля и очнуться.

— А Льюис – врач! Опытный врач, вылечивший уже стольких людей! Он бы не сказал это просто так!

— Мне кажется, он просто пытается успокоить меня.

— Нет, Маршалл, он говорит все как есть. И вообще должна сказать, что Питеру попался очень умный врач, который прекрасно знает свое дело. Да еще и в психологии разбирается. Этот человек читает тебя как известную книгу и легко скажет, что с тобой происходит, если он посмотрит на твое лицо или послушает тебя.

— Это не поможет Питеру выздороветь, — с грустью во взгляде отвечает Хелен.

— Ох, господи, Хелен, какая же ты пессимистка, — устало стонет Джессика, приложив руку ко лбу. — То ты говоришь, что веришь в выздоровление Роуза, то едва ли не хоронишь его и думаешь, где достать деньги для места на кладбище.

— Зато ты воспылала надеждой, — без эмоций усмехается Хелен. — Так уверена в том, что рано или поздно блондин придет в себя и больше не станет причинять себе вред.

— Не могу сказать, что я уверена в этом, но хочу верить, что так и будет. Не думай, что я не переживаю за Питера. Напротив, я переживаю за него и хочу, чтобы он поскорее выздоровел. Бедный парень не заслужил всего, что с ним произошло. Он не виноват в том, что иногда люди бывают безжалостными извергами.

— Но к сожалению, ему долгое время пришлось жить среди таких людей, которые издевались над ним ни за что. И вот, к чему это привело… Пит находится в таком тяжелом состоянии, что даже врачи начинают опускать руки.

— Ох, подружка… — тяжело вздыхает Джессика и замолкает на пару секунд. — Ладно, давай уже прекратим говорить про Роуза. А то ты у тебя скоро крыша поедет.

— Ты же знаешь, что я не могу забыть о нем.

— Знаю, но я много раз тебе говорила, чтобы ты не делала его центром своей Вселенной. Вспомни о том, что у тебя еще есть другие дела.

— Ах, Джессика, как я могу думать о чем-то еще, когда близкий мне человек вот-вот умрет?

— Он не умрет! Питер – молодой, крепкий парень, который со всем справиться.

— Но ведь у Роуза нет такого желания. Этот парень не хочет бороться за свою жизнь.

— Ну раз он еще подает признаки жизни, значит, понимает, что у него еще есть причина жить.

— Боже, какая еще причина? — без эмоций усмехается Хелен.

— Так, все, хватит уже думать об этом! Ты и себя мучаешь, и другим не даешь покоя. Уверена, что твоя бабушка вся извелась из-за того, что ты позабыла про себя и обо всем на свете после того, как у Питера началась депрессия.

— Да, но…

— Все, давай поговорим о чем-нибудь другом. Вот например, по телевизору уже целую неделю крутят репортаж про арест какого-то мужика, которого арестовали чуть больше недели назад.

— Думаешь, меня это интересует?

— Сказали, что тот тип хотел поубивать всю свою семью ради денег и мести своему брату. Показали его фотки, а там какой-то дедуся со злыми глазами лет так под шестьдесят. Походу, старик совсем из ума выжил на старости лет.

— Меня этот человек никак не касается, и я уже давно не смотрю телевизор и не читаю новости в Интернете. И раньше делала это очень редко.

— Нет, ну ты представляешь, что за люди? Готовы пойти на все ради кучки бабла! А ограбить-то хотел довольно обеспеченного родственника: у того и денежки были, и свой бизнес, и домик шикарный… Вот до чего доводит жадность! Кстати, говорят, его будут судить по многим статьям. Дело обещает громким… Хотя потому, что там фигурирует фамилия…

— И зачем ты мне это рассказываешь? — оставаясь совершенно равнодушной, перебивает свою подругу Хелен. — Еще раз говорю, меня не волнует, кого арестовали, и за что. Я думаю только о Питере. А все остальное пусть идет к черту.

— Господи, да отвлекись ты хоть ненадолго! Ты думаешь, Роузу нужна твоя жертвенность? Думаешь, он хотел бы, чтобы ты отдавала ВСЕ свои силы на то, чтобы нянчиться с ним как с ребенком? Ты ведешь себя как женщина, которая всю себя отдает другим, а про себя напрочь забывает. Готова забыть про своих бабушку и друзей и даже бросить работу ради того, чтобы целыми днями сидеть с Питером. Даже лишаешь себя возможности познакомиться с парнем и сходить на свидание.

— Джессика, хватит, прошу тебя…

— Я говорю правду , Хелен. Что с тобой будет, если Роуз – не дай бог – умрет? Ты же будешь готова повеситься! И тогда миссис Маршалл точно потеряет надежду на то, что твоя жизнь наладится: ни замуж тебя не отдаст, ни правнуков не понянчит. Я даже не уверена, что тебе психолог поможет, ибо ты сама не захочешь что-то менять! Тебе нравится страдать из-за Питера!

— Если тебя так волнует, что я еще не замужем и не стала мамой, то почему сама не думаешь об этом? Почему ты не ходишь на свидания с парнями и ни с кем не встречаешься?

— Ты ведь знаешь, что те парни, с которыми я когда-то ходила на свидания, побаивались меня. Ну и плевать! Не моя вина в том, что они так боятся сильных девушек, которые могут сказать пару ласковых, быть жесткими и не любят все эти нежности. Я не хочу быть женственной размазней. И тот, кто захочет быть со мной, будет вынужден принять это. Ибо я не собираюсь меняться.

— Тогда не надо говорить об этом. Ладно бабушка Скарлетт каждый день говорит об этом. Но как такое можешь говорить ты, девушка, которая и сама еще на выданье.

— Извини, Маршалл, но в последнее время ты стала невыносимой , — хмуро говорит Джессика. — Уже совсем с ума сошла из-за Питера!

— О, Джесс…

— Он не оценит таких огромных жертв! Ему будет приятнее знать, что ты беспокоишься о нем, но не забываешь о себе и других. Я понимаю, что ты вроде как влюблена в него и не хочешь терять, хотя и уверена в том, что эта любовь так и останется неразделенной. Но черт возьми, это ненормально ! Ненормально вести себя таким образом из-за одного мужика!

— Когда ты влюбишься, то поймешь меня и будешь сама готова принести себя в жертву ради любимого. Поскольку у тебя на горизонте никого нет, то тебе не понять мои поступки. Понять то, что я делаю ради этого мужчины.

— Нет, подруга, я никогда не пойму тех, кто растворяется в других. Это как мать, которая отдает своему ребенку последнее, а сама ходит в рваных лохмотьях, буквально гремит костями из-за того, что ничего не ест, и засыпает на ходу из-за жуткой усталости. Так нельзя! Надо и о себе немного подумать! Откуда у тебя будут силы, если ты отдаешь их другому человеку!