Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1962

— Ну и как ты собираешься это сделать? — интересуется Эдвард, скрестив руки на груди.

— Легко. Я просто припугнул Бенджамина. Мол, если в течение двух недель он не расскажет Блер о том, что она ему нравится, то я сам скажу ей об этом или дам намеки. Установил временные рамки и дал небольшой пинок под зад. И вот результат! Плюс два счастливых человека!

— Это было жестко … Удивлен, что Паркер не убил тебя.

— Он грозился. Но я не сомневаюсь, что однажды этот почти что бывший бабник припрется ко мне домой и будет от всего сердца благодарить за столь решительные действия.

— Ага, с дубинкой он припрется. Чтобы треснуть тебя по башке за то, что ты обошелся с ним так жестоко.

— Все будет чики-пуки, братан, — уверенно отвечает Терренс. — Я ни о чем не жалею и не собираюсь, ибо моя идея будет Бену только во благо.

— Да-да, для нас не секрет, что ты наглый и бессовестный осел, — хмуро говорит Наталия. — Нормальные мужчины приглашают девушек на свидания, ухаживают за ними, что-то дарят… А ты на первой же встрече начал приставать к Ракель и пытался затащить ее в кровать.

— Ей это нравилось !

— Правильно она сделала, что тогда врезала по твоей прекрасной роже. Таких, как ты надо воспитывать и учить манерам.

— Да? А между прочим, ты сначала говорила своей подруге, что в этом нет ничего такого.

— Да! Но когда мы подумали, что ты распространил сплетни про Ракель, то я поняла, что связываться с тобой было большой ошибкой. Вон и Бен совершил глупость, когда раскрыл свои чувства именно тебе.

— Слушайте, Бенджамин просил меня помочь – я помог. — Терренс отрывается от своего телефона, на котором печатает Даниэлю сообщение. — А когда он начнет встречаться с Блер, то я с удовольствием поделюсь с ним секретами идеальных отношений. Молчать он мог бы до бесконечности – до тех пор, пока Блер не нашла бы более решительного парня. Вот я и придумал гениальный план.

— Если бы я был на месте Бена, тебе пришел конец, — уверенно заявляет Эдвард. — Надрал бы твой зад и открутил твою прекрасную башку.

— Спокойно, малой, все будет как по маслу, — с гордостью уверенно заявляет Терренс. — Даю руку на отсечение, что этот парень очень скоро придет к мне домой и скажет, что все-таки сделал это.

— Уверена, что тебя ненавидел, когда делал это, — предполагает Ракель. — Очень сильно.

— Пусть ненавидит. Но зато когда он обо всем узнает и поймет, что у него есть все шансы добиться внимания нашей служанки, то он мне « спасибо » скажет. И будет готов сделать для меня что угодно , ибо он станет моим должником.

— Да уж… — дружелюбно хихикая, качает головой Эдвард. — Похоже, что с приходом белой полосы в жизнь моего братика, его и огромная самоуверенность возросла в разы.

— Она никуда и не пропадала. — Терренс переводит свой взгляд на телефон и продолжает набирать текст. — Я как был неотразимым и уверенным в себе мужчиной, так им и остался. Что бы я ни делал, все приводит меня к успеху.

— Интересно, на свете вообще есть хоть что-нибудь, что может в одно мгновение сбить корону с твоей башки?

— Такого просто не может быть. И раз мне на этот раз было суждено стать эдаким Купидоном, то я с удовольствием готов пронзить сердца своих служанки и друга детства любовными стрелами.

— Да, а откуда ты можешь знать, будет ли Блер рассматривать Бенджамина в качестве своего возлюбленного? — удивляется Наталия. — Она же не говорила тебе о том, что влюблена в твоего дружка! То, что он ей нравится, это всего лишь наши догадки.

— Мне не говорила. — Терренс отрывается от телефона и смотрит на Ракель. — А вот Ракель кое-что знает.

— Я? — округляет глаза Ракель. — Что я знаю?

— Не трудно догадаться, что девушки стараются выглядеть как можно лучше, когда им кто-то нравится. И ты, красотка, сама должна это понимать.

— И что в этом такого? Любая девчонка хочет выглядеть красиво. Просто не каждая умеет показать свои достоинства и собирать кучу комплиментов.

— Да, и не забывай, что недавно ты давала Блер какие-то советы, рассматривала ее одежду и что-то говорила про прически. Уверен, она попросила тебя помочь ей принарядиться для того, чтобы покорить Паркера. Блер и без того очень симпатичная девчонка, но Бен верно отметил, что если ее нарядить и накрасить, то она будет просто конфеткой.

— Стоп, минутку! — встряхивает головой Ракель и кладет одну руку на талию. — Откуда ты знаешь, что я говорила с Блер насчет ее внешнего вида? Я вроде бы не говорила тебе об этом!

— Просто проходил мимо ее комнаты и услышал, как вы разговаривали о девичьих секретах, — с невинной улыбкой отвечает Терренс. — Конечно, об искусстве соблазнения вы не говорили, но наша служанка очень много расспрашивала тебя про всякие модные штучки, тренды и всякое такое.

— А тебе-то что? — с тихо усмешкой удивляется Эдвард. — Дай ты девушкам посекретничать между собой! Ну поговорили немного о шмотках и прическах – что такого! Ты прямо-таки возбудился, я смотрю.

— Мне неинтересно, что они обсуждали. Мне просто важно понять, говорили ли Блер и Ракель о Бенджамине. Хотя я давно догадывался, что она неспроста стала так наряжаться и вместе с Виолеттой ходить по магазинам в свободное время.

— А ты делаешь выводы только по тому, как девушка выглядит? — удивляется Ракель.

— Ох, Ракель, не надо притворяться, что ты ничего не понимаешь. Эта девчонка точно должна была сказать тебе, зачем ей все это было нужно. Уж точно не для того, чтобы покрасоваться перед своей матерью или младшим братом.

— Боже, Терренс, да оставь ты эту девушку в покое! — устало говорит Наталия. — Пусть твой приятель сам разберется в своем отношении к ней. Да и она пусть разберется в своих чувствах без твоего участия.

— Да! — восклицает Ракель. — Мы уже поняли, что тебе понравилось играть роль свахи, но больше ты этим двоим не нужен. Ты понадобишься Бену, когда ему будут нужны советы по поводу того, как сохранить и укрепить отношения.

— Ой, да ну вас всех! — машет рукой Терренс, снова уставив свой взгляд в телефон. — Ничего не понимайте!

— Что, братишка? — хихикает Эдвард, скрестив руки на груди. — Боишься признавать свое поражение в споре, который мы с тобой затеяли очень давно.

— Чего? — Терренс удивленно смотрит на Эдварда. — Какой еще спор?

— Я что-то не помню, чтобы вы затевали спор, — качает головой Ракель.

— Да, а вот мы с Эдвардом очень хорошо помним про него, — с загадочной улыбкой отвечает Наталия.

— Ага, — с хитрой улыбкой кивает Эдвард. — Помним, как ты утверждал, что Паркер не перестанет быть бабником, если влюбится в Блер. Ты был уверен, что он не перестанет менять девчонок как перчатки.

— Ну а твой братец предложил спор, на который ты согласился.

— Мы поспорили на желание: проигравший делает то, чего хочет выигравший. — Эдвард хитро улыбается и гордо приподнимает голову. — В данном случае победитель – я !

— И ты также добавил, что если бы заключил спор с Даниэлем или Питером, то они могли предложить тебе что-то реально безумное. Из-за чего ты бы прибил их. Так же, как Паркер сейчас мечтает прибить тебя.

— Эй, голубки, что за дичь вы несете? — возмущается Терренс. — Вроде на улице сейчас холодно, чтобы перегреваться на солнце. Или вы опьянели от любви?

— Что, неужели совсем не помнишь? — хитро улыбается Наталия.

— Я не помню, что затевал подобный спор! Да и как я могу помнить то, чего не было?

— Это было, милый мой, было. На том ужине, на котором мы с Эдвардом притворялись, что все хорошо.

— А вот я что-то припоминаю подобное… — задумчиво признается Ракель.

— Ну вот, Кэмерон вспомнила, — отмечает Наталия.

— И ты, Терренс, похоже, проиграл. Эдвард выиграл.

— А значит, у меня есть шанс немного поводить Терренса на поводке и заставить делать то, что я хочу, — хитро улыбается Эдвард, радостно потирая руки.