Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1947

— Не у тебя одной, радость моя, — уверенно отвечает Эдвард, приобнимая Наталию за плечи одной рукой и мягко гладя ее предплечью свободной рукой. — На меня и самого порой нападала тоска…

— И я хочу не просто проводить время со всеми вами. Вчетвером… Как семья. Хоть я не одна из МакКлайфов, все же чувствовала себя таковой.

— Мы и есть семья, дорогая! — скромно улыбается Ракель. — Несмотря на все наши разногласия, мы всегда будем семьей.

— Лично я всегда считал Наталию частью своей семьи, — дружелюбно признается Терренс. — Она всегда была для меня как сестренка, которую я очень люблю.

— Она и моя сестренка тоже, — с легкой улыбкой вставляет Ракель.

— Но уверен, что однажды она станет полноправным членом нашей немного странной семьи. — Терренс загадочно улыбается. — У нас еще определенно есть шанс заполучить нового члена в семью МакКлайф.

— Для меня было бы огромной честью когда-нибудь стать одной из вас, — скромно смеется Наталия.

— Считай, что ты уже – одна из нас, — мягко говорит Ракель, положив голову Терренсу на плечо и обвив руками его талию.

— И чтобы моя девушка чувствовала себя своей в нашей семье, давайте сделаем для этого все возможное, — скромно предлагает Эдвард. — Сделаем все, чтобы стать такими же дружными, как и раньше.

— Никаких возражений!

— Тем более, что… — Эдвард на секунду замолкает. — Я тоже скучаю по тем временам… Они были одними из самых лучших в моей жизни… Один из тех редких случаев, когда я реально чувствовал себя счастливым.

Глава 37.3

— Думаю, мы легко сможем наверстать упущенное, — с легкой улыбкой предполагает Ракель. — Ведь я тоже сильно тоскую по тем временам. Посиделки с лучшими друзьями и близкими людьми – это всегда здорово.

— Ну и я признаюсь вам, что мне тоже очень не хватает наших совместных посиделок, — с широкой улыбкой признается Терренс. — Так что раз никто не против, давайте забудем обо всех наших недопониманиях и будем поддерживать друг друга, несмотря ни на что.

— Всегда будем делиться всем, что с нами происходит.

— И никогда не бросим друг друга в беде, какой бы серьезной и неразрешимой она ни была, — добавляет Наталия.

— И вместе переживем этот суд и забудем про него как о страшном сне, — уверенно говорит Эдвард.

— Мы сможем ! — немного приподняв голову, восклицает Ракель.

— Несомненно! — соглашается Терренс.

— Ура! — издает радостный возглас Наталия. — Мы снова вместе!

— Навсегда! — одновременно произносят Терренс, Ракель, Эдвард и Наталия.

Все четверо со скромными смешками заключают друг друга в групповые объятия. Спустя несколько секунд Наталия, Ракель, Терренс и Эдвард отстраняются и направляются к дивану, на котором блондинка оставляет свою сумку.

— Кстати, Эдвард, а где ты пропадал все это время? — интересуется Терренс. — С тех пор как ты ушел отсюда вслед за Наталией о тебе ничего не было слышно.

— Ну… — задумчиво произносит Эдвард, окинув взглядом всю гостиную. — Первые три дня я сидел дома в своей комнате и или просто куда-то ходил… Мотался без дела… Ну а потом, когда я немного пришел в себя, то решил сходить в гости к своему другу и большую часть времени провел с ним.

— Ух ты! — округляет глаза Терренс. — Не знал, что у тебя есть друзья.

— С тем парнем я познакомился пару месяцев назад. Он подошел ко мне на улице и попросил кое в чем помочь. А когда я помог, то мы немного разговорились и нашли общие темы для разговора.

— А он знал, кем ты являешься?

— Нет. Поначалу я скрыл от него то, кем являюсь на самом деле. Но когда тот парень увидел репортаж, то мне пришлось рассказать ему правду и сказать, что я не тот, за кого себя выдавал.

— Ты скрыл свое настоящее имя? — интересуется Ракель.

— Да. Придумал себе некий образ человека, никак не связанного с МакКлайфами и следовал ему, скрыв свои первое имя, среднее имя, фамилию и все из моей биографии. Назвался Джастином Леджером. Ну и мог слегка приврать, используя настоящие факты. Например, я сказал, что всю жизнь прожил с матерью, а с отцом встретился очень поздно.

— А почему именно Джастин Леджер? — интересуется Терренс.

— Не знаю, — пожимает плечами Эдвард. — Это имя первое пришло мне в голову, когда мой приятель спросил, как меня зовут, и представился сам. Ну… Я не захотел представляться Эдвардом Локхартом и назвался Джастином.

— Ясно…

— И я так понимаю, теперь он знает всю правду о тебе? — слегка хмурится Ракель.

— Да. Теперь он знает обо мне все. Даже самое худшее.

— И про суд он тоже знает? — интересуется Терренс.

— Обещал быть там, если у него будет возможность. Если придет – я познакомлю вас всех с этим парнем. Не беспокойтесь, он чувак нормальный, простой, любит посмеяться и потусоваться… С ним реально весело.

— А ты проводил с ним все время после ареста дяди?

— Нет, не все. Он либо работал, либо бегал по свиданиям с девчонками, которых кадрил в клубах, барах и танцзалах. А в остальное время мы вместе могли завалиться в бар, выпить по стаканчику чего-то крепкого, музыку классную послушать, потанцевать… Короче говоря, круто проводили время.

— Ох, смотри не переборщи с выпивкой, парень, — качает головой Терренс. — Если ты вдруг захочешь забыться и напиться в стельку, то тебе лучше не станет. Может, только на время. А потом все опять вернется на круги своя.

— Э-э-э… — слегка прикусив губу, запинается Эдвард и пожимает плечами. — Я и не пытался напиться… Просто… Мне захотелось немного расслабиться… Пару глотков крепкого спиртного еще никому не навредили.

Терренс больше ничего не говорит и бесшумно выдыхает, пока Эдвард вспоминает то, как он однажды перебрал с выпивкой и выставил себя на посмешище, надеясь, что это не станет кому-то известно.

— Кстати, давай уж раз и навсегда все проясним и не будем возвращаться к этому… — задумчиво говорит Ракель и скрещивает руки на груди. — Расскажи нам правду о том, почему ты сразу не сказал о том, что вы с Наталией расстались.

— Да, брат, почему ты промолчал? — спокойно интересуется Терренс. — Может, ты хоть сейчас объяснить мотивы этого поступка, смысл которого мы не понимаем?

— Ох… — резко выдыхает Эдвард. — Неужели вы и правда хотите это знать?

— Хотелось бы. А то твои оправдания по поводу желания защитить Наталию выглядели не очень правдоподобно, помня, как ты с ней обращался.

— Ну хорошо, я расскажу все… — Эдвард разворачивается лицом к Терренсу и Ракель. — Если вы имеете в виду, почему мы с Наталией притворялись, то это идея принадлежала мне. Несмотря на жуткую обиду, я все равно хотел знать, почему она так поступила. Тем более, что оставаясь наедине с собой, я успокаивался и понимал, что мне нужно узнать всю правду. Хотел, чтобы Наталия сама подтвердила то, что предстало передо мной на тех фотографиях.

— И как же ты планировал узнать правду? — интересуется Ракель, расставив руки в бока.

— Э-э-э… Я решил попросить вас поговорить с ней. Знаю, вовлекать вас в наши отношения было глупо. Но поскольку я не хотел разговаривать с ней лично, то мне нужно была помощь . И… Поскольку к ее родителям обращаться было бы худшим вариантом… Хотя бы потому, что мне пришлось бы краснеть, говоря, что их дочь была голой перед чужим мужиком. То оставался только один выход – обратиться за помощью к тебе и Терренсу.

— Мы не помним, чтобы ты обращался к нам с подобной просьбой.

— Я не решился сделать это напрямую из страха, что приду в бешенство и не смогу ничего объяснить. — Эдвард крепко сцепляет пальцы, переминаясь с одной ноги на другую. — Вот поэтому я решил действовать с помощью намеков. И… Тот ужин был прекрасным поводом… Оставалось одно – убедить Наталию молчать и как бы подыграть мне. Но я не мог просить ее об этом лично… Вот… Я и пошел на не слишком красивый поступок… Сказал ей, что покажу вам и всем ее друзьям и родственникам те эротические фотографии и выставлю ее… Проституткой … И… Она согласилась. Точнее… Я не собирался намеренно притворяться. Мне просто нужно было обратить ваше внимание на нас и сделать так, чтобы вы поняли, что между нами что-то не так… Ну… И мой план сработал …