Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1866

— Должен отметить, на этот раз ты проявил чудеса выдержки, — отмечает Бенджамин. — Я был уверен, что ты сделал бы Эдварда калекой или избил его до смерти.

— Да, не отрицаю… Но поскольку Ракель не давала мне это сделать, то Эдварду крупно повезло.

— Ох, да Эдвард просто обязан говорить Ракель « спасибо » до конца своей жизни! А иначе бы его старший братец сделал бы с ним такое, чего ему и в страшном сне бы не приснилось.

— Ну ты уж монстра из меня не делай. Хоть я и вспыльчивый и не умею сдерживать себя, но все же не настолько опасный и ужасный.

— Ага, если бы твой братец вывел тебя из себя, то ты бы точно забыл о приличии и здорово навалял бы ему. Не вспомнил бы и о том, кто он такой для тебя, и не пожалел бы свою мать, которой было бы больно осознавать, что ее деточки собачатся как буйволы. Ну… Если она узнает о том, что все это время младшенький сыночек был у нее под носом.

— Извини, Бен, но он сам виноват, — спокойно отвечает Терренс. — Нечего было играть в молчанку и делать вид, что все хорошо. Скрывать, что в его отношениях с Наталией возникли проблемы. Вынуждать меня и Ракель вмешиваться в их дела и пытаться узнать, что между ними произошло. Эдвард знал, что наше расследование привело бы к тому, что мы узнали бы обо всех его делишках и секретах, которые он так тщательно скрывал.

— Эй, а почему Эдвард и Наталия расстались? И как давно?

— Чуть больше месяца назад. И к этому также причастен дядюшка Майки.

— Ого, твой дядя и здесь постарался?

— Да. Я не буду вдаваться в подробности, но он заставил моего брата поверить в измену Наталии, которой на самом деле никогда не было. Этот тип подставил бедную девушку и настроил Эдварда против нее. К тому же, он знал, что эти двое притворялись, будто у них все хорошо. Но как человек с богатым опытом скажу, что из них получились ужасные актеры. Они даже не пытались изобразить что-то похожее на спокойствие и не скрывали своих эмоций.

— Но какой был смысл притворяться? — удивленно интересуется Бенджамин.

— Эдвард объяснил это тем, что если бы Наталия, была рядом с ним, то ему было бы проще защитить ее от дяди. Но, честно говоря, я не очень верю в это. Мне кажется, он сказал это только для того, чтобы я отвалил от него и больше не спрашивал об этом. Как-то это неправдоподобно звучало…

— Согласен, такое объяснение звучит бредово.

— Ох, трудно понять, что у этого человека на уме… — устало вздыхает Терренс, проведя рукой по лицу. — Из-за таких, как Эдвард, я теперь начинаю сомневаться в тихих и незаметных людей. Ведь от такого типа людей можно ожидать чего угодно. Вроде милые, пушистые и невинные на первый взгляд, но внутри может скрываться такое…

— Да уж, Эдвард – очень темная личность, — задумчиво говорит Бенджамин. — Хотя казалось, что он нормальный, скромный парень.

— Возможно, он не такой уж и плохой. И если бы мы с тобой встретились раньше, я бы назвал Эдварда мразью, проклинал бы его и даже желал ему сдохнуть. Но теперь я не могу этого сделать. Потому что уже успокоился и могу оценивать ситуацию трезво, не будучи одержимым эмоциями.

— Ты простил его?

— Не совсем. Но теперь мне намного проще говорить о нем. Если бы мне пришлось находиться с ним в одном помещении, то у меня это не вызвало бы никаких проблем. Хотя мысль, что он – мой брат, все еще не укладывается у меня в голове. Я пытаюсь это принять, но пока безуспешно.

— И почему же ты вдруг смягчился к нему?

— Время прошло. Боль утихла. Эмоции стали слабее. Ну… И отчасти я могу понять Эдварда. Понять, почему он так вел себя. Одна из причин – это то, что у него была одна тайна, которую он боялся рассказать.

— То, что он стал подозреваемым в убийстве и может получить срок?

— Да. Если Эдвард не сможет доказать свою невиновность, то его обвинят в убийстве и посадят за решетку. Сейчас он находится на свободе под подпиской о невыезде, но обвинения с него не будут сняты, если не найдется что-то, что будет говорить о его невиновности.

— А он точно невиновен в убийстве?

— Нет, Эдвард никого не убивал. Он лишь видел, как того Николаса убивали. Обещал, что к началу суда найдет своего друга, который был с ним в тот день и тоже видел это. Он тогда сбежал по просьбе моего братца, но сейчас этот человек может дать Эдварду шанс на снятие обвинений.

— Да, я слышал об этом.

— Дядя Майкл знал об этом случае и искренне верил, что убийцей был именно Эдвард. Этим он и пользовался, когда угрожал моему брату рассказать всю правду его родственникам и сделать все, чтобы упрятать его за решетку. А если он туда вернется, то ему там могут здорово подпортить психику и здоровье. Как это произошло, когда его арестовали.

— Что, правда? — округляет глаза Бенджамин.

— Да. Он сказал, что вышел из тюрьмы полуживой, ибо его постоянно избивали, оскорбляли и унижали. Если бы дядя не внес за него залог, то те изверги точно довели бы его до смерти.

— Надо же… — Бенджамин прикрывает рот рукой. — Вот теперь мне стало жалко этого парня.

— И я верю, что это правда. Эдварда трясло в тот момент, когда он рассказывал, что с ним делали те подонки. И если бы дядя знал это, то определенно предпочел бы оставить его за решеткой и позволить им добить его окончательно. И не надо было шантажировать… — Терренс нервно сглатывает и качает головой. — Не пытался бы заставить его убить меня, говоря, что если он не сделает это, то все узнают о том убийстве.

— Чего-чего? — тараторит Бенджамин, широко распахнув довольно ошарашенные глаза. — Убить? Твой дядя? Заставлял Эдварда убить тебя?

— Этот гад делал все, чтобы наши с Эдвардом отношения стали такими же, какими были и его отношения с отцом. Этому парню постоянно напоминал, что я в сто раз успешнее, богаче, счастливее, увереннее и лучше. Мол, родители всегда любили только лишь меня одного, а мой братец никогда не был им нужен. А когда уже я встретился с дядей, он сказал мне, что Эдвард жутко завидует мне и ненавидит за то, что у меня есть все. Дядя Майкл искал слабые места и сильно давил на них.

— Надо же! — качает головой Бенджамин. — Но надеюсь, Эдвард не был таким уж безмозглым дебилом, чтобы поддаться на его провокации?

— К сожалению, он был очень уязвим к ним. Дядя прекрасно это знал и с радостью этим пользовался. И все-таки сумел на некоторое время заставить его плясать под свою дудку. Но к счастью, Эдвард сумел вовремя остановиться.

— То есть, Эдвард не пытался убить тебя?

— Не переживай, братан, — с едва заметной улыбкой говорит Терренс. — Если бы мой братец действительно хотел меня грохнуть, то он сделал бы еще тогда, когда мы оказались в доме дяди. Ну а как ты видишь, я живой, сижу на диване и разговариваю с тобой.

— Ну хотя бы на это у него хватило мозгов не пойти, — задумчиво отвечает Бенджамин.

— Просто я везунчик! — с гордостью уверенно заявляет Терренс. — Ты же знаешь это! Даже если мне кто-то хочет настучать по башке или что-то со мной сделать, то я все равно выхожу сухим из воды.

— Ну да, сомневаюсь, что в тот момент ты вспоминал о том, что родился напыщенным петухом с огромным самомнением и мыслью, что уникальнее тебя нет никого на свете.

— Было страшно, не отрицаю. Но в целом я оставался спокойным, потому что знал , что так и будет. Эдвард сам предупреждал меня об этом до поездки в дом дяди. Уверенно говорил, что не хотел этого и сам бы ни за что не пошел на это. И я реально поверил ему. Еще больше убедился в этом, когда увидел его ужасное состояние в тот момент, когда дядя засунул в руку пистолет и направил на меня. Его тогда очень сильно трясло. Ему было ужасно стыдно. Благо, что Наталия спасла ситуацию и помогла ему побороть страх перед дядей и прекратить плясать под его дудку.

— Наталия спасла?

— Да. Она даже была готова пожертвовать собой. Эдвард и так не хотел этого, но после ее предложения выстрелить в нее он окончательно сдался и послал дядюшку куда подальше.