Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1770
— И кто же это? — интересуется Наталия, удивленно смотря на Дарвина.
— Думаю, вы все будете приятно удивлены, — загадочно улыбается Дарвин. — Потому что этого человека вы очень хорошо знайте.
— Знаем? — удивленно переспрашивают Терренс, Эдвард и Наталия.
— Одну секунду. — Дарвин разворачивается спиной к Эдварду, Наталии и Терренсу, поднимает руку и делает какой-то жест кому-то из полицейских. — Брайан, уже можно! Пусть выходит из машины!
Полицейский, стоящий возле одной из личных машин, быстро направляется к ней. Он тихонько стучит в стекло, делает какой-то жест, позволяющий кому-то выйти из машины и вынужден повторить, потому что кто-то не реагирует с первого раза. Только после этого дверь машины быстро открывается, а полицейский отходит назад. Из нее выходит девушка с каштановыми волосами, одетая в светло-голубые джинсы, темные сапоги и черную кожаную куртку. Терренс, Наталия и Эдвард мгновенно раскрывают рты и широко распахивают глаза, когда видят Ракель, которую никак не ожидали увидеть здесь. И про которую, честно говоря, успели подзабыть.
— Ракель ?! — удивленно произносят Терренс, Эдвард и Наталия.
На пару мгновений все трое теряют дар речи и уставляют свои ошарашенные глаза на Ракель, пока что стоящая возле открытой двери машины, об которую она опирается рукой, и с искренней улыбкой смотрит на Терренса, Наталию и Эдварда, не веря, что все наконец-то закончилось, и они живы и невредимы.
— Подружка… — с широкой улыбкой произносит Наталия, и прикрывает рот обеими руками со слезами на глазах. — О, господи…
— Не могу поверить… — качает головой Терренс. — Она же должна была остаться дома!
— Но как? — недоумевает Эдвард. — Как она узнала, где мы находимся? Кто ей сказал?
— Думаю, эта милая девушка сама вам все расскажет, — слегка улыбается Дарвин и бросает короткий взгляд на Ракель. — Теперь, когда опасность миновала, она может встретиться с вами.
— С трудом верится, что это она помогла нам, — все еще не верит Терренс.
— Ладно… А сейчас простите меня, я вынужден оставить вас. Чуть позже я приведу к вам человека, который держал мистера МакКлайфа в курсе всей ситуации и сможет рассказать вам то, что не успеет рассказать Ракель. Извините.
Дарвин направляется к полицейским, которые оживленно говорят между собой, и присоединяется к их беседе. Первые несколько секунд Терренс, Эдвард и Наталия не могут сдвинуться с места, так как слишком потрясены неожиданным сюрпризом от Ракель. Троица с улыбкой, что становится все шире, переглядывается с брюнеткой. Однако спустя какое-то время Терренс становится первым, кто решается сдвинуться с места, пока Эдвард и Наталия продолжают стоять на одном и том же месте. После чего мужчина уверенно начинает приближаться к Ракель, которая быстрым шагом направляется ему на встречу.
Когда между ними остается совсем немного, Ракель одним рывком преодолевает его и со слезами на глазах бросается Терренсом на шею так, что он поддается назад. Тот с широкой улыбкой принимает их и сам обнимает брюнетку за талию настолько крепко, насколько это возможно, пока его переполняют эмоции. На радостях МакКлайф-старший отрывает невесту от земли на несколько секунд и раскачивает в обе стороны, пока та сгибает ноги в коленях. Оба чувствуют невероятное облегчение, когда оказываются в объятиях друг друга, хотя Ракель начинает плакать намного сильнее, чем раньше, и не чувствует себя лучше даже после того, как утыкается носом в плечо любимого человека и чувствует тепло его тела.
Но несмотря на то, что ее все еще трясет, и она чувствует себя морально измотанной, Ракель немного успокоилась и мысленно поблагодарила высшие силы за то, что все ее близкие люди остались живыми. Она все больше верит в это, крепко обнимая Терренса, крепко обвивая руками его шею, запустив руки в мягкие, всклокоченные волосы своего жениха и наслаждаясь его нежными прикосновениями. Его запахом. Его теплом. Его телом. Всем, что он может ей дать.
Хоть Терренсу и ужасно стыдно за то, что он подвергнул ее опасности, он безумно счастлив прижать Ракель к себе, трогать ее длинные шелковистые волосы, чувствовать присутствие и вдыхать ее особенный для него аромат. Эта девушка делится с ним своей энергией, которой ему сейчас катастрофически не хватает. С ней он впервые за несколько часов чувствует облегчение, хотя и продолжает слегка дрожать и тяжело дышать. А еще ему приходиться успокаивать издающую громкие всхлипы девушку, которая крепко обнимает его, водит дрожащими ладонями по спине и гладит по голове.
— Прости меня… — дрожащим голосом произносит Терренс и запускает пальцы в волосы Ракель и гладит ее по голове. — Я не должен был делать этого… Не должен был оставлять тебя одну. Клянусь, я не знаю, о чем думал! Я был обязан остаться дома и защищать тебя. Пожалуйста, милая, прости меня, я не хотел подергать тебя опасности.
— Не вини себя, Терренс, — низким голосом отвечает Ракель, все еще утыкаясь носом в плечо Терренса, прижимаясь к мужчине покрепче, обвивая руками его шею и время от времени всхлипывая. — Ты ни в чем не виноват. Ты не мог знать, что тебе угрожала опасность… А я не могла сказать…
— Я должен был прислушаться к твоим словам о плохом предчувствии. Ведь ты всегда оказываешься права, когда начинаешь говорить, что должно случиться что-то плохое.
— Если бы я не попросила у полиции о помощи, то пошла бы на крайние меры, чтобы не пустить тебя. Но поскольку я знала, то была так или иначе уверена в том, что все обойдется.
— Любимая… — слегка улыбается Терренс, выдыхает с огромным облегчением и нежно целует Ракель в макушку, придерживая ладонью ее затылок. — Ты спасла меня! Спасла нас всех! Поверить не могу, что ты решила сделать это ради нас. Ради нашего спасения.
— Я сделала это ради любви к тебе и семье и дружбы, — скромно улыбается Ракель и кладет голову на плечо Терренса, на пару секунд прикрыв глаза. — Я боялась, что потеряю кого-то из вас… Для меня это был бы тяжелый удар… Мне было очень страшно… Страшно подумать, что полиция могла не успеть приехать вовремя. Что Майкл убьет вас раньше…
— Все кончено. Дядю уже арестовали. Больше нет никакой угрозы. Мы пережили это испытание.
— Слава богу! — Ракель целует Терренса в одну щеку и нежно гладит другую, а затем уже и макушку. — Слава богу…
Спустя несколько секунд Ракель и Терренс немного отстраняются друг от друга. Мужчина с широкой улыбкой мягко обхватывает лицо девушки руками и смотрит в ее серые заплаканные глаза.
— Спасибо, — мягко благодарит Терренс. — Спасибо большое за то, что ты сделала это. Если бы не ты, вряд ли кому-то из нас удалось бы выжить. Тебе лучше не знать всего, что мы пережили. Это было ужасно !
— Даже думать об этом не хочу, — чуть дрожащим голосом отвечает Ракель, с тяжелым дыханием поправляя Терренсу прическу, едва дотронувшись до яркой раны на его щеке чуть ближе к глазу и аккуратно убрав кровь у него под носом и в уголке рта. — Самое главное, что ты живой.
— Мысли о тебе помогали мне держаться. — Терренс мягко целует Ракель в лоб и кончиком носа касается ее носа с более широкой улыбкой, все еще держа ее лицо в ладонях и смотря ей в глаза. — Бороться… Верить, что все будет хорошо. Что спасение уже близко…
— Оно и было близко. — Ракель мягко гладит Терренса щеки и голову обеими руками, ни на секунду не отрывая от него своего счастливого взгляда. — Ты уже был под защитой, когда ехал сюда. Хотя даже не догадывался об этом.
— Не буду скрывать, что мне было страшно. Страшно от того, что в этом доме со мной могли сделать что угодно.
— Тем не менее я уверена, что ты вел себя достойно. Точнее, я нисколько не сомневаюсь в этом. Потому что ты никогда не сдаешься и умеешь постоять за себя.
— А я уже говорил, что ты – моя героиня? — Терренс убирает пару прядей с глаз Ракель. — Героиня, которая готова пойти на риск ради тех, кого она любит.
— А знаешь, что ты – мой герой и образец для подражания, с которого я всегда беру пример? — Ракель перекладывает руки на плечи Терренса, не прекращая улыбаться хоть и устало, но искренне. — В котором нисколько не сомневаюсь. И которого я просто не могла не спасти, когда у меня появился такой прекрасный шанс.