Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1754
— Господи, что же ты наделал! — с ужасом во взгляде недоумевает Джейми. — Ты хоть понимаешь, что я потерял человека, который был мне как брат? Я мог доверить ему абсолютно все свои секреты! Николас был для меня одним из самых близких людей. Никто не понимал меня лучше него! Никто не мог дать мне лучшего совета или лучшей поддержки, чем он! Но ты лишил меня близкого человека! Ты убил его!
— Вот к чему приводит полное отсутствие внимания, заботы и любви отца и матери. Кто-то спивается, кто-то наркотиками балуется, а твой маленький сыночек стал убийцей . Кровожадной убийцей.
— Какой кошмар… Господи…
— Не понимаю, как он вообще живет с таким грехом столько лет. И не думал покончить с собой из-за стыда. Ну… Или же ему вообще не стыдно за то, что он лишил тебя твоего лучшего друга.
— Это было жестоко! Ты сильно разочаровал меня, Эдвард. И если это правда, то я уже действительно начну презирать тебя и жалеть о твоем рождении. Никогда бы не подумал, что мой сын… Мой собственный ребенок станет убийцей ! Убийцей моего лучшего друга!
— Видишь, Джейми, какой у тебя сыночек. А ты все защищал его и говорил, какой он милый и невинный ангелочек. — Майкл бросает взгляд на Терренса и Наталию. — А как усердно его защищали вы двое. Теперь вам следует хорошенько думать, прежде чем говорить о любви к нему и о том, что вы гордитесь им. Эдвард вовсе не святой. И если честно, я жалею , что раньше не рассказал вам обо всем. Может, тогда бы ваши мозги встали на место, и вы бы не защищали этого убийцу.
— За что ты так поступил со мной, Эдвард? — недоумевает Джейми. — Неужели ты решил и правда отомстить мне за то, что я уделял тебе мало внимания? Ради того, чтобы отомстить своему отцу? Я мог ожидать от тебя чего угодно , но только не этого. Я никогда не думал, что ты станешь убийцей… Никогда…
— К сожалению, это правда, брат, — изображает сочувствие Майкл. — Я понимаю, что тебе очень обидно, и ты жалеешь о том, что вы с Ребеккой не пошли на аборт. Но раз твой сын молчит, значит, он не отрицает своей вины. Убийца Николаса Картера – твой младший сын от Ребекки.
— Нет-нет, отец, прошу тебя, не верь этому ублюдку, — умоляет Терренс, широко распахнутыми глазами смотря на Джейми. — Он настраивает тебя против Эдварда. Это неправда! Он никого не убивал! Я не верю в это! Мой брат не способен на это! Не верь ему, папа, прошу тебя…
— Эдвард, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, — дрожащим голосом умоляет Наталия, прикрыв рот руками и сдерживая слезы, что подступают к ее слезам. — Докажи всем, что этот человек лжет. Не дай Майклу в очередной раз оскорбить и унизить тебя. Прошу тебя, не дай своему отцу поверить в эту ложь!
— Эдвард, ты будешь говорить что-нибудь или нет? — раздраженно спрашивает Джейми, все больше разочаровываясь в Эдварде. — Будешь, черт возьми, объяснять, что все это значит? Я с кем разговариваю? Эдвард!
— Ты думаешь, убийца будет признавать, что кого-то убил? — удивляется Майкл. — Брось, Джейми, ни один убийца не признает этого! Хоть ты побей своего сыночка и начни орать на него – он все равно будет все отрицать. Тем не менее я наконец-то рассказал всю правду, которую Эдвард так боялся раскрывать.
— Если ты сейчас же не объяснишь, почему так поступил, то клянусь, я больше никогда не назову своим сыном. И когда твоя мать узнает об этом, то тоже отвернется от тебя. Ты умрешь для нас, если выяснится, что наш ребенок стал убийцей. Мы будем говорить, что ты нам никто. Я не шучу, Эдвард! Клянусь памятью своих покойных родителей, если это правда, то ты можешь забыть о том, что у тебя есть семья.
Не то мольба Наталии, не то заявление Джейми оказывает на Эдварда шокирующий эффект. Довольно тяжело дыша и слишком сильно нервничая, бледный от ужаса мужчина поднимает полные ужаса, широко распахнутые глаза на отца и резко мотает головой.
— Нет! — высоким голосом отчаянно вскрикивает Эдвард. — Нет, отец! Клянусь жизнью, я никого не убивал! Это клевета ! Я никого не убивал! Не убивал!
— Перестань отрицать это, Эдвард, — хмуро говорит Майкл. — Найди мужество признаться отцу, брату и бывшей девушке, что ты убил человека и можешь пойти в тюрьму на долгие годы, если полиция возобновит расследование дела. Хватит быть трусливой тряпкой, чертов ты молокосос!
— Это неправда! Я никого не убивал! Никого !
— Не думал, что когда-нибудь скажу это, но я согласен с Майклом, — холодно говорит Джейми. — Хватит трусить и признайся во всем!
— Пожалуйста, папа, поверь мне, — с жалостью в полусухих глазах умоляет Эдвард. — Николаса убил не я! Я незаслуженно сидел в камере две недели!
— Однако тебя видели на месте преступления с пистолетом в руках. Отпечатки на оружии твои . Значит, ты – убийца! Убийца моего лучшего друга!
— Нет, не говори так, пожалуйста! — Эдвард с учащенным дыханием жалостливым взглядом смотрит на Джейми, Наталию и Терренса. — Прошу вас, не слушайте дядю Майкла! Я в жизни не смог бы никого убить! Терренс, Наталия! Вы – тому свидетели! Хотя бы вы поверьте в мою невиновность. Я ни в чем не виноват!
— Послушай, Эдвард, я понимаю, что признавать вину в таких вещах непросто, — спокойно говорит Джейми. — Но разве все, что мы сейчас услышали, – не прямое доказательство твоей вины? Обвинения с тебя до сих пор не сняты! Ты пойдешь под суд, если это ты убил Ника!
— Вы просто не знайте правду! — продолжая испуганно смотреть на всех присутствующих, отчаянно заявляет Эдвард. — Я могу доказать, что никого не убивал! У меня есть доказательства моей невиновности! Может быть, далеко не неопровержимые, но все же…
— Пф! — закатывает глаза Майкл. — И как ты это сделаешь? Начнешь рыдать, как сентиментальная девчонка? Ха! Сомневаюсь, что твои папаша, братец и бывшая девушка поверят тебе! Джейми уже начал разочаровываться в тебе и заявил, что откажется от тебя как от сына.
— Я могу рассказать, что произошло в тот день на самом деле. Рассказать, как я оказался на месте преступления, и почему полиция посчитала убийцей меня. Теперь скрывать это бессмысленно… И я готов раскрыть все карты… Раскрыть секрет, который мне было стыдно кому-то рассказывать.
— Ой, только не надо давить на жалость! — хмуро бросает Майкл. — Здесь только ты способен реветь, как слабая девчонка. На пару со своей чувствительной бывшей.
— А я и не давлю на жалость. И вообще, я не собираюсь рассказывать что-то именно вам. Я хочу рассказать все тем, кого люблю.
— Тебе все равно никто не поверит. Что бы ты ни сказал, все это будет выглядеть как попытка оправдать себя и скрыть всю правду. Которая заставила тебя на некоторое время подчиниться мне и направить пистолет на своего братца. Вот как испугался, что тайна про твое темное прошлое будет раскрыта. Раньше это было идеальным средством шантажа. А сейчас оно мне не нужно.
— Черт, да закройте вы свой поганый рот хотя бы на пять минут! — грубо требует Терренс. — Нам неинтересно, что вы хотите нам сказать. И скажу вам больше: мы не верим и не поверим в причастность Эдварда к тому убийству.
— Я правда невиновен, — кивает Эдвард и умоляюще смотрит на Джейми, Терренса и Наталию, повернувшись к Майклу спиной. — Отец, Терренс, Наталия, пожалуйста, выслушайте меня! Я все вам объясню! Можете отворачиваться от меня, если хотите, но только выслушайте меня и узнайте, кто на самом деле убил Николаса Картера.
Наталия уверенно подходит к Эдварду и мягко гладит его предплечья, смотря ему в глаза с едва заметной подбадривающей улыбкой.
— Рассказывай, Эдвард, — спокойно говорит Наталия. — Что бы тогда ни произошло, мы будем на твоей стороне.
— Не бойся, Эдвард, мы поймем тебя, — обещает Терренс, подойдя к Наталии и с грустью во взгляде смотря на Эдварда. — Не надо так нервничать. Постарайся успокоиться и спокойно обо всем рассказать.
Пока все замирают в ожидании, Эдвард, выглядя взволнованным и довольно сильно трясясь, нервно сглатывает и переводит свой испуганный взгляд на Джейми, который хмуро смотрит на него со скрещенными на груди руками. Майкл расставляет руки в бока, время от времени ехидно ухмыляясь с мыслью, что его племяннику не удастся доказать свою невиновность. Но через несколько секунд, собравшись с духом, Эдвард неуверенно смотрит на Наталию и Терренса, кивнувшие в разное время. Мужчина резко выдыхает и начинает неуверенно говорить, с учащенным дыханием и напряжением во всем теле крепко сцепив руки: