Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1120

— Мысль хорошая… — Ракель прикладывает палец к губе. — А если бы мы встретили там Даниэля, то попыталась бы уговорить его объяснить свое поведение. Узнать, есть ли у нас повод переживать, что он может сорваться на Анне и издеваться над ней так же, как и над Питером.

— Конечно, вмешиваться в их проблемы не стоит, но порой так хочется. Лично мне интересно, что такого могло произойти между двумя людьми, которые раньше были хорошими друзьями и теперь не готовы сделать первый шаг к примирению.

— Если Терренс не разговорит этих двух упрямцев, то мы с Анной и тобой предложим свою помощь и быстро вытянем признания хотя бы из Даниэля, — уверенно обещает Ракель. — Раз с него все началось, то пусть и объясняет, почему так обозлился на своего друга.

— Пусть только подаст знак! — по-доброму усмехается Наталия. — И мы заставим этого упрямца говорить и поклясться, что нашей подружке Анне не угрожает никакая опасность.

— Мы не бросим Терренса в беде и поможем ему хотя бы внести какую-то ясность в эту ситуацию.

— А как Терренс, кстати, переживает разлад в группе? Все еще настроен избегать их какое-то время?

— Да. Он очень расстроен, но старается держаться. Терренс иногда пытается писать песни прямо дома. Говорит, что в последнее время у него появилось слишком много идей.

— Ты уже знаешь, что он написал?

— Пока нет. Терренс хочет, чтобы я узнала это, когда хотя бы одна песня будет готова.

— Чтобы он ни написал, я уверена, что это будет шедевр, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Наталия. — Хоть твой красавчик много выпендривается и слишком сильно распушил свой павлиний хвост, но я не могу не признать то, что Терренс очень талантливый человек.

— Только не говори ему об этом. — Ракель хитро улыбается. — Чтобы не слишком выпендривался.

— Не переживай, подружка, мы не дадим ему возвысить себя до небес, — уверяет Наталия, положив руку на руку Ракель. — Поддержка, конечно, очень важна, но в случае с МакКлайфом лучше быть немного сдержанной в комплиментах.

— Однако мне нравится, что он не теряет своего решительного настроя и делает то, что ему нравится. Терренс говорит, что не расстроится из-за распада группы и использует свой шанс стать сольным исполнителем. На этот раз все должно получиться .

— Ах, подруга… — со скромной улыбкой выдыхает Наталия. — Он делает это потому, что ты мотивируешь его. Ты прекрасно знаешь, что если бы не ты и твоя поддержка, то твой красавчик уже давно бы забил на все свои мечты и самого себя.

— Знаю, но я всегда буду гордиться Терренсом, — со скромной улыбкой отвечает Ракель. — Мой мужчина обязательно осуществит все свои мечты и получит от меня все что он хочет.

Наталия улыбается намного шире, правда смотря на Ракель немного грустными глазами и чувствуя себя грустной из-за того, что она не переживает таких же прекрасных моментов.

— Знаешь, Наталия, иногда я слишком много думаю о том, что было бы, если бы мы не смогли помириться и все-таки расстались, — перестав улыбаться, тихо вздыхает Ракель.

— Не думай об этом, милая, — мягко говорит Наталия, кладет руку на плечо Ракель и гладит его. — Это уже в прошлом. Вы с Терренсом не совершили ошибку и очень скоро станете мужем и женой.

— Сейчас я понимаю, что не смогла бы пережить этого, сошла бы с ума от горя и начала жалеть о расставании. — Ракель тяжело вздыхает, опустив глаза вниз. — Если рядом со мной нет Терренса, то нет и второй половины меня. Я не могу представить свою жизнь без этого мужчины.

— Зачем думать о том, что уже давно осталось в прошлом? Живи настоящем и делай все, чтобы любовь Терренса к тебе становилась сильнее. Чтобы он никуда от тебя не делся.

— Знаешь, подружка, мне хочется вообще забыть обо всем, что пронесло нам столько бед. Но я понимаю, что если бы не те события, мы не поняли, в чем была наша ошибка.

— Вы не расстанетесь, потому что были созданы друг для друга. Вы могли бы не встретиться. Но судьба упорно толкала вас друг к другу. Да, вы с МакКлайфом лаялись как кошка с собакой, но в глубине души уже что-то чувствовали.

— Да уж, — скромно хихикает Ракель. — Если бы кто-то тогда сказал мне, что я выйду за этого человека замуж, то рассмеялась бы этому человеку в лицо.

— В любом случае я была уверена, что вы будете вместе, — скромно улыбается Наталия, выглядя абсолютно расслабленной. — И всегда буду любить вас и желать вам счастья.

— Мы с Терренсом тоже очень любим тебя и Эдварда и всегда будем на вашей стороне, — мягко говорит Ракель. — Чтобы ни случилось, вы всегда можете обратиться к нам за помощью.

И тут Наталия начинает заметно нервничать и напрягает все свои мышцы, пока ее глаза хаотично бегают из стороны в сторону. Она склоняет голову и скрещивает руки на груди, мысленно выругавшись из-за того, что ее не пронесло. Пока Ракель сразу же замечает изменения в поведении своей подруги.

— Д-да, конечно… — неуверенно произносит Наталия, нервно перебирая пальцы.

— Послушай, Наталия, я знаю, что это не мое дело… — осторожно начинает Ракель. — Но мне бы хотелось понять, что происходит между тобой и Эдвардом.

— Э-э-э… — резко переведя взгляд на Ракель и изо всех сил пытаясь изобразить удивление, запинается Наталия. — А что ты хочешь узнать? И… Причем здесь мы с Эдвардом?

— Мы с Терренсом прекрасно видели, как ты и Эдвард начали нервничать при виде друг друга. Вы явно испытывали взаимную неприязнь.

— Боже, Ракель, с чего ты это взяла? — удивленно интересуется Наталия, чувствуя, как ее дыхание от волнения становится все более учащенным. — С чего ты взяла, что у нас с Эдвардом есть какие-то проблемы?

— Наталия, дорогая, я понимаю, что тебе, возможно, тяжело говорить об этом. Но тот ужин, на который мы пригласили тебя и Эдварда, доказал, что в вашей паре есть проблемы. Вы вели себя слишком отстраненно и холодно. Не обнимались, не целовались, не разговаривали друг с другом…

— Тебе показалось, милая… — слегка дрожащим голосом произносит Наталия. — Мы с Эдвардом обнимались и разговаривали.

— Да, но вы делали это без удовольствия. Будто под пыткой или прицелом пистолета. Я прекрасно видела, что ты Эдвард буквально вселял в тебя страх. Как будто боялась что-то сказать или сделать не так. Ты постоянно смотрела на него так, будто ждала одобрения с его стороны.

— Господи, подруга, да это же просто бред! — фальшиво улыбается Наталия, дотронувшись до рта и носа и не замечая, как движения ее рук становятся резкими, а кожа слегка бледнеет. — Почему ты решила, что я боялась Эдварда и как будто ожидала одобрения с его стороны?

— Потому что это правда. Мы с Терренсом не такие глупые, как ты думаешь. Да и дело даже не в этом. Вы с Эдвардом настолько откровенно врете, что любой глупец заметил бы, что у вас есть какие-то проблемы. Кого вы пытайтесь убедить в том, что у вас все хорошо?

— Мы никого не пытаемся убедить в том, что у нас все хорошо, — быстро отчеканивает Наталия. — Потому что у нас и все замечательно.

— Перестань, подруга, я тебя умоляю. По твоему лицу прекрасно видно, что все твои слова – ложь. Тем более, ты никогда не умела врать. Уж лгунья из тебя просто ужасная.

— А я и не лгу. Врать – это очень плохо.

— Однако ты врешь . Точнее, вы с Эдвардом лжете. Хотя я не понимаю, для чего? Какую цель вы преследуйте? Что такого сделал друг моего жениха, раз ты вся дрожала и была белая как снег?

— Он ничего не сделал, Ракель. Ты все себе напридумывала. — Наталия снова фальшиво улыбается, нервно дрыгая ногами. — У нас все замечательно . Я очень люблю Эдварда и рада, что встречаюсь с ним. А он обожает меня и не перестает меня радовать.

— Не держи меня за дуру, Наталия. Можешь лгать кому угодно, даже если тебе все равно никто не поверит. Но я знаю тебя слишком хорошо и не поверю ни одному твоему слову. Я точно знаю, что у тебя и Эдварда есть проблемы, и вы упорно их скрывайте. Если бы все было хорошо, я бы видела это в твоих глазах. Но сейчас я вижу, что ты напугана, расстроена и напряжена.