Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 1039

— Она права , — соглашается Эдвард. — Тебе и правда не надо худеть. По мне, сейчас у тебя отличная фигура. Не надо сидеть на диетах и питаться одними салатами.

— Да, но иногда мне бывает трудно удерживать прежний вес из-за особенностей фигуры и генов. Ведь моя мама в свое время тоже была очень худой… Тетя Алисия как-то сказала, что ее некоторое время называли анорексичкой… — Ракель заправляет прядь волос за ухо. — Хотя и меня часто так называют. Часто обвиняют в том, что я заставлю девочек комплексовать из-за своих тел. Впрочем, я уже как-то привыкла к этому и всегда уверенно говорю, что это мой нормальный вес. Я не болею анорексией, булимией или чем-то вроде того. Просто у меня такая фигура.

— Мне нравится, что та женщина не любит таких моделей и не работает с ними, — уверенно говорит Терренс. — Знаю одного мужчину, у которого есть дочь. Она в подростковом возрасте заболела анорексией и до сих не может вылечиться. Я как-то увидел ее и пришел в ужас. Это был скелет, обтянутый кожей.

— Я знаю очень много таких моделей, а некоторые еще и булимией страдают. Помню, что на одном из показов одна девушка вообще упала в обморок прямо на подиуме. Оказалось, что она несколько дней ничего не ела и не пила. Была истощена, проще говоря.

— Та девчонка тоже морила себя голодом. А когда ее насильно заставляли есть, то она находила способ обмануть всех.

— Та женщина ни за что не станет работать с такими. В этом плане она беспощадна . Если кому-то нужны только анорексичные модели, то ей важно, чтобы у моделей были формы и нормальные руки и ноги.

— Кстати, а кто эта женщина? — интересуется Наталия. — Может, я знаю ее и с радостью посмотрю показ, если его трансляция будет где-нибудь в Интернете?

— Ее зовут Паулина Симпсон.

— Паулина Симпсон?

— Раньше она была известной моделью, но потом решила стать модельером и создавать свою одежду. Сейчас ее коллекции одежды очень хорошо продаются по всему миру и пользуются огромным спросом. Да и я сама обожаю многие вещи, которые она создает. У меня даже есть несколько предметов из ее коллекций, которые я с радостью ношу. И я никак не могла отказаться от шанса поработать с одним из любимых дизайнеров.

— О, я обожаю ее одежду! Ее коллекции просто изумительные! Конечно, у меня не вся одежда от ее бренда, но я всегда слежу за всеми новинками из ее коллекции и могу что-нибудь прикупить для себя.

— Согласна, у нее превосходный вкус. Мне нравится, что ее главное правило в одежде – это минимализм. Нет ничего лишнего. Все просто, но со вкусом.

— Насколько я знаю, эта Паулина работает еще и над мужской одеждой, — задумчиво говорит Эдвард.

— Да, мужские коллекции она тоже выпускала, — дружелюбно отвечает Ракель. — Но в последние несколько лет больше специализируется все-таки на женской одежде.

— В ее коллекциях есть очень хорошие вещи, которые мне нравится. Правда они все стоят бешеных денег. Я бы не смог купить хотя бы одну рубашку или пару брюк, даже если бы пошел на три работы. Хотя я однажды видел ее одежду в каком-то магазине. И должен отметить, что на ощупь она оказалась просто шикарной. Видно, что сделана из дорогих материалов.

— Верно, для пошива она использует только самые лучшие и дорогие ткани, привезенные из разных уголков света. Говорят, что кто-то даже делает их специально для нее.

— Ее одежда безумно дорогая, по крайней мере, для меня, но цена оправданная. Ради такого качества я бы отдал любые деньги.

— Эй, Эдвард, а откуда у тебя такие познания в моде? — по-доброму усмехается Терренс. — Да еще и понимаешь, какой материал дорогой, а какой дешевый.

— Ну вот представь себе, я способен отличить хорошую ткань от плохой, — уверенно отвечает Эдвард.

— Вот уж не думал, что раздолбай, который носит старые поношенные вещи, которые он как будто нашел на помойке, вообще что-то знает об этом.

— Я ношу старье, потому что мне едва хватает денег на жратву и некоторые необходимые вещи.

— Слышь, а ты никогда не думал пойти в модельное агентство, подписать контракт и рекламировать какую-нибудь мужскую одежду? Народ бы любовался на твою милую мордашку и пытался бы угадать секрет твоей молодости… Подумали бы, что ты миленький восемнадцатилетний парнишка со смазливым личиком. Но обалдели бы, когда узнали, что тебе на самом деле двадцать пять.

— Знаешь, а я был бы не прочь подработать моделью, — задумчиво отвечает Эдвард, делает пару глотков воды и откидывается на спинку стула. — Конечно, музыка всегда будет моей главной страстью, но я бы с радостью снялся для какой-нибудь рекламы одежды. Мне кажется, модельный бизнес – это круто.

— Если тебе когда-нибудь поступит подобное предложение, то ты всегда сможешь спросить совета у Ракель, — с легкой улыбкой говорит Терренс. — Ведь она у нас профессионал в этом деле.

— Уверена, что если бы все узнали о твоем друге, то он точно получил бы какое-нибудь предложение о работе, — скромно хихикает Ракель. — Эдвард мог бы стать любимчиком публики, благодаря, как ты сказал, своему милому личику. Маленькие девочки любят симпатичных парней.

— Да, а я бы в таком случае бегала за ним и следила, чтобы на него никто не положил глаз и не захотел у меня его украсть, — шутливо говорит Наталия, прижавшись поближе к Эдварду, мило потрепав его за подбородок и почесав под ним.

— О, поверь, Наталия, тебе это не грозит, — уверенно заявляет Терренс. — Мой дружбан и так слишком долго ждал, когда ты перестанешь от него бегать и поймешь, что он на самом деле любит тебя. Верно, малой?

— Верно! — широко улыбается Эдвард и мило трется щекой об висок Наталии. — Если где-то в моих нереальных мечтах я и стану известным, то уж точно никогда не посмотрю на другую девушку и не брошу Наталию. Никакая слава не отнимет у меня то, о чем я так долго мечтал.

Все скромно улыбаются и замолкают на несколько секунд, чтобы съесть немного содержимого с их тарелок. В этот момент к их столу подходит Виолетта и наливает еще немного кристально чистой воды в их фужеры из красивого стеклянного кувшина.

— Тем не менее к вам обоим будет приковано достаточно повышенное внимание со стороны прессы, — задумчиво отмечает Ракель. — И возможно, что папарацци и репортеры не будут давать покоя.

— Почему ты так думаешь? — удивленно спрашивает Наталия.

— Догадайся с трех раз, — произносит Терренс.

— Хочешь сказать, что нам с Наталией будут оказывать повышенное внимание из-за того, что… — хочет сказать Эдвард.

— Именно! — восклицает Ракель. — Когда люди узнают о том, как вы связаны с нами, за вами будут внимательно следить.

— Родственникам и друзьям звезд редко удается оставаться в тени, ибо пресса способна узнать абсолютно все, — добавляет Терренс. — Мне приходиться прилагать много усилий, чтобы никто не доставал мою маму, которая хочет жить спокойной жизнью и оставаться для всех незамеченной.

— Дедушка специально настоял на покупке квартиры в самом отдаленном районе города, чтобы никто не беспокоил его. Да и тетя не страдает от повышенного внимания со стороны прессы и папарацци. Они оба живут спокойной жизнью и стараются не распространяться о том, что состоят в родстве с девушкой по имени Ракель Кэмерон.

— Вообще, я и так довольно часто попадаю под объективы камер папарацци, когда мы с тобой проводим время вместе, — задумчиво отмечает Наталия. — Да и мне уже приходилось посещать парочку мероприятий, на которых бывало много звезд. А все благодаря моим родителям, которые также могут посещать такие вечеринки. Так что мне не привыкать к публичному образу жизни. Можно сказать, я в какой-то степени звезда!

— Ах, Наталия… — с легкой улыбкой вздыхает Ракель. — Ты попалась папарацци всего лишь несколько раз, когда мы просто с тобой гуляли по улицам города. Мои поклонники ловят меня на улице намного чаще, чем репортеры и папарацци.

— Ракель права, друзья, — уверенно кивает Терренс, положив вилку на тарелку и сложив руки перед собой. — Советую вам наслаждаться теми минутами, когда вы можете спокойно пройти по улице. Потому что потом начнется что-то страшное: папарацци, репортеры, сумасшедшие люди, болеющие зависимостью к звезде, ложные сплетни и прочие « прелести » публичной жизни.