"Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 710

Я хотел было попрощаться с ней, но не сумел. Воздух наполнил рёв двигателя и шум ветра. Прямо на мою заснеженную лужайку приземлялся вертолёт. Это были Морозовы.

— Тебе стоит поскорее заняться постройкой полноценной вертолётной площадки, — сказал Михаил, пожимая мне руку.

— Строители уже занимаются этим вопросом, — ответил я.

Он одобрительно кивнул и со словами «Ну что, сын, пошли посмотрим как раньше жили бандиты», взял Николая и прошёл внутрь.

Когда все запланированные гости приехали, я прошёл внутрь. Если не знать, что буквально за соседней стеной разруха, грязь и мусор, то невозможно было отличить это от небольшого камерного приёма в дорогом аристократическом поместье.

Хотя, отличия были. Например, ни на одном благородном приёме нельзя было встретить шаверму от, пожалуй, лучшего шавермье города. Мне стоило больших трудов уговорить того самого лавочника закрыть свой киоск на один вечер, чтобы приехать сюда и готовить мини-шавермы на потеху высшему свету. Задумка была рискованной, но удалась на все сто.

Кажется ко мне подошёл каждый гость со словами удивления и восхищения столь необычным и диковинным блюдом. Было забавно видеть, как они постоянно проходили мимо того самого места, куда официанты выносили партии с мини-шавермами, стараясь невзначай взять очередную шавермочку по пути.

Пробежавшись взглядом по гостям, я нашёл Мечникова и жестом указал на выход. Он мгновенно понял, что у меня появилась информация и пошёл к двери. Я последовал туда же, но внезапно меня остановила чья-то рука.

— Даниил, нам надо поговорить, — строго сказал Никитин.

— Георгий Сергеевич, давайте вы расскажете мне про Романа чуть позже, — сказал я, видя как Мечников уже вышел из дверей.

— Роман? Причём тут он? — удивился Никитин. — Я хотел сказать вам о том, что мне сообщили о прибытии той партии оружия, за которой вы попросили проследить.

Оружие. Вот оно что.

— Тогда прошу вас пройти со мной, — кивнул я и направился к выходу.

Мечников слегка удивился, увидев со мной графа Никитина, но не подал виду. Мы прошли в мой кабинет и граф рассказал, что партия оружия прибыла в полной сохранности. Знакомые Никитине проверили её со всей ответственностью и не нашли ничего. Всё оружие было в идеальном состоянии, строго по ведомости.

Чуть огорчившись тем, что очередная зацепка завела нас в тупик, я ввёл графа в курс наших дел. И сразу же после рассказал о том, что узнал от Васнецова.

— Почему вы не сообщили властям? — с укором спросил он. — Нужно немедленно рассказать всё Меньшикову.

— Нет, — строго отрезал я. — Он пока ещё один из подозреваемых.

— Даниил, неужели у тебя есть ещё какие-то сомнения что это не Распутин? — нахмурился глава моей охраны.

— В этот раз я склонен согласиться со Станиславом. Это точно Распутин, — вторил ему Всеволод Игоревич.

Нет. Что-то не сходится. Это просто не может быть он. Или я просто не хочу в это поверить? Из-за общего с ним бизнеса, который пойдёт прахом в случае, если Распутин действительно окажется нашим таинственным злодеем. Из-за Алисы, которая потеряет единственного родного для неё человека. Из-за своей гордости, которая просто не желает признавать что я мог так ошибиться в человеке.

— Помните что сказал следователь Колобов? Тот, кого мы ищем не пьёт кофе, предпочитая ему чай с молоком, — заметил я. — Мне не даёт покоя эта деталь.

— Даниил, ты серьёзно будешь руководствоваться такими мелочами, когда у нас есть куда более веские доказательства причастности Распутина? — возразил Мечников.

— Дьявол кроется в таких вот деталях, — задумчиво протянул я. — И именно детали как раз не сходятся.

Да, возможно я сейчас выступал адвокатом этого самого дьявола. Но пока не доказана вина, каждый имеет право на адвоката.

— Понимаю твои чувства, но факты говорят сами за себя и мы не можем закрывать на них глаза, — Мечников положил мне руку на плечо. — Сегодня мы возьмём его и добьёмся ответов чего бы это ни стоило.

Покачав головой, я не согласился с их мнением, но кроме предчувствия и собственных догадок, веских доказательств невиновности Распутина у меня не было.

Вернувшись к гостям, я не мог выбросить прошедший разговор из головы. Всё моё нутро сопротивлялось и было тревогу. Мы ошибались, но доказать это я никак не мог.

— Представляешь себе? — вырвал меня голос Хвалынского из этих мыслей.

— А? — переспросил я, вообще не помня что он только что мне рассказывал.

— Говорю, что капитан испанцев в итоге бутсы с липучками стал носить, — повторил он. — Ну, после того матча, где мы с тобой к полю прошли.

— Серьёзно? — не поверил я.

— Ещё как! — кивнул Хвалынский, закинув в рот тарталетку с икрой. — Кто-то подсчитал, что он больше десяти раз шнурки завязал. Вот людям заняться нечем, кроме как считать кто сколько раз шнурки завязывает.

— Поразительно, я тогда этого не заметил даже, — улыбнулся я.

— А то! Надо на футбол смотреть, а не на такую ерунду, — одобрительно крякнул он, опрокинув стопку водки. — В итоге-то испанцу прозвище дали — эль бамбино. Типа он как ребёнок малый не умеет шнурки завязывать.

Эх. Жаль этого добряка. Я вовсе не желал зла капитану испанцев, рассчитывая что моя шалость останется незамеченной.

— Кстати, я недавно опять видел на стадионе того англичанина, с кем вы познакомились на матче. Джеймс, кажется, — вспомнил Хвалынский. — Он болел за Челси в матче с Ливерпулем.

— Да, он тот ещё любитель футбола, — улыбнулся я, вспоминая, как пьяный агент английских спецслужб пытался уговорить меня вложить денег в его любимый клуб.

— Матч был потрясающий. Жаль, что вам не удалось выбраться на него, — раздосадовано покачал головой Хвалынский.

— Я бы с радостью, но работа не отпускает, — улыбнулся я.

— Даниил, это не повод пропускать такое событие, — с укором сказал фанат футбола. — Я и сам лишь в последний момент смог сорваться, а кое-кто приехал туда прямиком с больничной койки.

— Боюсь, вы у нас один такой любитель футбола, — рассмеялся я.

На что Хвалынский заметил, что среди моих знакомых есть и другие подобные фанаты и назвал фамилию.

Мои глаза мгновенно округлились. Мир вокруг затих в шуме собственных мыслей. Этого просто не может быть.

Глава 6

Мой слух резанула знакомая фамилия и я тут же стал серьёзным.

— Что вы имеете ввиду? — нахмурился я. — Вы встретили там Долгопрудного?

Хвалынский немного растерялся от моей внезапной перемены:

— Ну не совсем встретил, просто видел его мельком.

— Виктор Григорьевич, вы уверены? — машинально подался я вперёд, заставив его даже чуть отступить.

— Даниил, что случилось? Он не должен был там быть? — нахмурился Хвалынский.

— Пожалуйста, это очень важно. Вы уверены, что это был именно Долгопрудный? — с нажимом спросил я.

Всё моё нутро кипело и горело. Всё дело в том, что матч, про который говорит Хвалынский, проходил в тот самый день, когда я заявился в поместье Долгопрудного с внезапным визитом.

— Уверен, Даниил, — хмуро ответил он. — Его раны на лице после покушения ни с чем не перепутать.

Если в тот день он был в Лондоне, то чей голос я слышал там, в поместье? И тут меня прострелило осознание: тот пластиковый щелчок, что я слышал в конце разговора Долгопрудного со слугой — это был звук кладущейся на базу телефонной трубки. Слуга просто разговаривал со своим хозяином по громкой связи! Именно поэтому я не увидел Долгопрудного в комнате, когда слуга выходил.

Я резко обернулся и не заметил среди гостей Распутина. Также не было и Гончего с Мечниковым.

Твою мать, неужели они решили действовать⁈

Стараясь сохранять спокойствие и не вызывать подозрений, я медленно вышел из зала, а затем бросился к кабинету. Схватившись за ручку, я услышал грозный голос Гончего, который явно вёл допрос с пристрастием. Да что они вообще творят, идиоты⁈