"Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 1234
Случай этот ничему его не научил, и даже более того — все усугубил. Помидор в аварии выжил, заработал инвалидность, и на всю коммерцию после этого забил. Жил от выплаты к выплате, заливаясь дешевой водярой, быстро найдя себе — друзей-приятелей в лице Миши и Сережи.
Вот и сегодня трое приятелей собрались вместе.
Помидор разлил водку по стаканам, поднял свой и заявил:
— Ну, Миша, давай за тебя и твое здоровье! Молодец, все-таки выкарабкался, выжил!
— Ну так мужик то он здоровый, чего бы не это самое, — закивал Шпала.
— Да, у нас в роду все долгожители были. Вот и мне досталось, — легко согласился Миша.
Из его головы как-то быстро выветрился тот факт, что выкарабкался он отнюдь не благодаря своей генетике, а исключительно за счет своего везения, которое привело его в программу испытаний новых препаратов.
— Ну тогда следующая за родителей, — хмыкнул Помидор, разливая в опорожненные стаканы новую «дозу».
— И чтоб жил не тужил, горя не знал на зависть всем вокруг! — выдал свою любимую присказку Шпала.
Он был в курсе, как к нему относятся все вокруг от мала до велика, однако проблему в себе искать не стал, сделал проще: решил, что все вокруг сволочи, и частенько поминал об этом.
— А-а-а…хорошо пошла! — поморщился Помидор, схватив кусочек дешевой колбасы и закинув в рот. — Ну что, еще по одной?
— Покурим! — заявил Шпала.
Все трое потянулись к пачке дешевых контрабандных сигарет, которые с барского плеча купил Миша, виновник торжества.
Сегодня у них действительно был «шикарный стол». Зачастую пили сивуху, которую покупали у деда Кости, что жил в паре кварталов отсюда в обшарпанном бараке. Из жратвы у них обычно был только хлеб и дешевые консервы вроде бычков или кильки, ну а курили чинарики, которые предварительно собирали по улицам. Сегодня же на столе были и колбаса, и магазинная водка, и даже, как сказал Шпала, «цельные сигареты». Шик! Жизнь удалась!
Пока курили, Шпала как обычно начал жаловаться на жизнь — сегодня он чуть было не спер из багажника какой-то тачки целый набор ключей. Настоящее сокровище, от продажи которого им троим хватило бы денег дня на три беспробудного пьянства. Да только владелец машины вовремя заметил Шпалу и здорово перетянул его по хребту монтировкой. Так что Шпала остался и без добычи и со здоровым фингалом на спине.
— Ломит, прям вздохнуть не могу, больно! — жаловался он Помидору.
— Ничего, — кивал тот, — отлежишься и порядок…
Пока они оба беседовали, не обращали внимания на Мишу.
А тому явно было нехорошо — он побледнел, взгляд его потух.
Мише уже не хотелось ни есть, ни пить. Единственное, о чем он мечтал, — это чтобы его хоть немного отпустило.
В голове мелькнула мысль вызвать скорую, и он хотел попросить об этом приятелей. Да вот только тело его словно бы окаменело. Его прямо-таки парализовало, причем настолько, что он не мог шевельнуть челюстью и выдавить из себя ни звука.
В какой-то момент он вдруг понял, что не дышит — тупо не может сделать вдох или выдох.
— Шпала! Плесни-ка всем, а я пока отойду, — заявил Помидор, вставая из-за стола.
— Иди, потом нальешь. Руку не меняем! — заявил Шпала — великий знаток всех неписанных правил и традиций классического застолья.
Когда вернулся Помидор, он вновь всем разлил по стаканам, произнес какой-то тост и, опрокинув в себя содержимое поднятого стакана, повернулся к Шпале.
— Слушай, тут какое дело есть…
В последнее время, пока Миша находился на лечении, эти двое привыкли пить вдвоем. И настолько привыкли, что совершенно забыли о владельце квартиры, тихо сидевшем с ними за одним столом.
Ну, Шпалу и Помидора можно было понять — Помидор вспомнил, что неподалеку от города есть поселок, в котором стоял его недостроенный еще с тех, лучших времен домик. И там на участке лежала арматура, причем в приличных количествах. Помидор решил привлечь Шпалу, известного и опытного металлоносца в качестве подсобного рабочего — в планах было сдать весь имеющийся на участке металл, а также по возможности распродать стройматериалы соседям. По идее это должно было принести солидный куш, и Шпала загорелся.
Они довольно долго обсуждали предстоящее дело, успели пару раз выйти на балкон и лестничную площадку перекурить, поспорили и даже подрались, затем помирились и, вернувшись в квартиру, наконец-то заметили, что с Мишей что-то не так…
— Помер, кажись… — пробормотал Помидор, проверив тело Миши.
— Да как так-то? Когда, от чего? — удивился Шпала.
— Да хрен его знает. Но точно преставился уже, — пожал плечами Помидор, — вон, коченеть даже начал…
Некие странности и несоответствия случившегося их нисколько не смущали, так как медицинских знаний у обоих не имелось.
— И чего делать будем? — спросил Шпала. — Ментов вызывать?
— Да надо бы… — поморщился Помидор. — С другой стороны… Давай уже утра дождемся, и тогда.
На самом деле Помидор не утра ждал, он банально хотел допить и доесть то, что еще оставалось на столе.
Вызов ментов автоматически означал окончание «вечеринки», а душа требовала продолжения. Даже несмотря на труп, сидевший с ними за столом.
Все же два маргинала догадались хотя бы отнести Мишу на кровать, точнее на матрас в углу, который и был для хозяина квартиры спальным местом, после чего вернулись к застолью…
Спустя какое-то время, опорожнив очередную бутылку, оба совершенно забыли о Мише и том, что с ним случилось, вновь зацепились на какую-то общую и спорную тему, принялись орать друг на друга, а затем и подрались.
В очередной раз успокоившись и приняв «мировую», Помидор удалился в уборную.
Пока он там делал все свои дела, слышал, как в соседней комнате началась какая-то возня, но не придал этому ровным счетом никакого значения. Мало ли, чего там Шпала затеял…
Миша открыл глаза и пошевелился.
Точнее, то, что пробудилось в теле Миши. Самого бывшего владельца уже давным-давно не было, он ушел в небытие, как и мечтали его соседи, во время очередной пьянки.
«Миша» медленно поднялся. Конечности плохо его слушались, но все же с горем пополам он стал на ноги.
То, что сейчас было в его теле, пока еще плохо этим самым телом управляло, но училось, привыкало.
— О! Михаил Степаныч! А мы уж думали, ты все! — раздался радостный и пьяный голос Шпалы. — Ну давай, иди сюда, прими лекарство.
Он налил в стакан водку и протянул молча стоящему и глядящему на него «Мише».
— Не пьянства ради, здоровья для! — заявил Шпала.
Однако «Миша» совершенно не заинтересовался стаканом и его содержимым. Он уставился на Шпалу голодным, злым взглядом.
Существо, заменившее Мишу, пока еще не могло толком соображать, однако знало: голос — это еда.
Оно сделало один нерешительный шаг, второй.
— Давай-давай…еще немного, — подбадривал «Мишу» Шпала.
«Миша», словно приободрившись, пошел быстрее, а затем с разгона налетел на Шпалу, завалил его, сидящего на стуле, навалился сверху всей своей массой и впился зубами в шею.
Шпала задергался, попытался было отбиться от нападавшего, заорать, да только не смог — «Миша» просто вырвал ему кусок шеи, не оставив ни единого шанса не то что заорать, а даже хоть что-то сказать…
Затем «Миша», ведомый своими инстинктами, проломил ему голову и, наконец, приступил к своей трапезе.
Его зубы впивались в тело Шпалы, вырывали плоть кусками. «Миша» задумчиво жевал их, глотал и тут же вырывал новый кусок.
Помидор, вышедший из уборной, зашел в комнату и сначала даже не понял, что происходит. В квартире стоял полумрак — освещение так и не включали с вечера. Единственное, что давало свет — это окно и уличный фонарь за ним. Так Помидор и смог разглядеть, опознать Мишу. Однако понять, что тот делает со Шпалой, не смог.
Помидор был уже слишком пьян, чтобы осознать происходящее. Да чего там, даже трезвым он вряд ли бы сразу поверил глазам своим.
— О! Мишань! Ты живой? А мы уж думали… — начал было он, и тут же замолчал.