"Фантастика 2026-87". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 659

— Все мы, древние старикашки, и за долгую жизнь прошли через тонну всякого ***, — я налил два чая и сел рядом с Инди.

— И не говори. Белая здорово нам испортила жизнь, вернув память.

— Из-за меня вернула. Точнее, из-за Чёрного, который вернул её мне. Так бы я уже был мёртв раз сорок, — сказал я и отпил чай.

— Есть такое, но мы всё понимаем. Да и жить мы будем долго, думаю, лет до двухсот я всех вас дотяну. А то и больше. Так что успеем разобраться в себе.

— Хоть курсы по психологии открывай, — улыбнулся я, а Инди сдержанно рассмеялась.

— Аква справится и… спасибо.

— За что?

— Ты дал ей цель, и теперь она горит озером, как великой целью, отчего вся расцвела. На неё теперь стало приятно смотреть, — ответила девушка, и я кивнул. Да, Аква и правда зарядилась жизнью.

А затем я устало вздохнул:

— А я ведь хотел тихой жизни, строить ферму, отдыхать и наслаждаться жизнью… Но, видимо, мне нужно спасти Землю и попробовать тихую жизнь в следующем мире.

Инди прикрыла рот ладонью и громко рассмеялась.

— Чего ржёте? — к нам заглянула Ночь.

— Над Ваней смеюсь! — продолжала та хохотать.

— А-а-а, а из-за чего?

— Он понял тщетность бытия, и что не быть ему счастливым холостяком ни в одном из миров.

— Человек, который вечно всех защищает и всем помогает, да холостяк? Ха! — Ночь села рядом с Инди. Ну и тоже с чаем.

— Злые вы, — вздыхал я.

— Сам виноват, — улыбнулась Инди. — Ты порой подбираешь идеальный момент, чтобы сказать идеальные слова. Редко, но метко. После этого сердечко готово выпрыгнуть из груди.

— Надо по рукам себя бить, — я тут же похлопал себя по рукам.

— Тогда уж по губам, — хмыкала Ночь. — Но не поможет. У тебя аура такая. Ты притягиваешь людей, хочешь ты этого или нет. Я с вами совсем ничего, но уже ни за что не покину это место.

Ночь приобняла Инди.

— Я тебя никогда не любила, но теперь понимаю, какой же я была дурой. Ты хорошая и добрая, а там, в Городе Героев, все были друг другу врагами и конкурентами. Поэтому Джеймс и проиграет. Он не способен объединять людей так же хорошо, как Иван.

— Полностью согласна, — Инди и Ночь уставились на меня. А я спокойно пил чай.

— Одно плохо. Он тот ещё засранец!

От слов Ночи я чуть чаем не подавился.

— Почему это? — возмутился я.

— Потому что, — она улыбнулась в ответ, а с ней и Инди.

— Да, это весомый аргумент, — хмыкнул я, а эти хохотали. — Ладно, женщины противные, пойду я спать.

— Иди-иди, а мы тебе кости будем перемывать, — улыбалась Ночь.

— Ну это святое, — кивал я и вскоре оказался в своей кровати. Меня тут же цепко схватила Любава и… как же жарко…

— Мяу! — вдруг в окно влетела Яша и запрыгнула на кровать.

— С грязными лапами на чистую постель?

— Фр, — возразила она и легла со стороны Любавы.

Вот хоть решётку на окно ставь…

Закрыв глаза, уснул, но вскоре проснулся от того, меня едят… Открываю глаза и вижу ягуаршу, играющуюся с моими пальцами. А ещё уже было утро! Любавы нет, и она уже, видимо, готовит.

— Хватить грызть мои пальцы, — я схватил кошку за шкирку и поднял одной рукой и опустил ягуара на пол.

— Мяу! — возмутилась она и подошла к окну, а оно закрыто. — Мяу?

— Так ты выйти не можешь?.. — вздыхал я и, встав, открыл ей окно. И как Любава эту зверюгу утром не отругала за землю в постели. Да и за следы на полу…

Вскоре я стоял в душе, и пару минут спустя пришёл Сергей. Выглядел он не выспавшимся, круги под глазами стали ещё больше.

— Утро, — кивнул он мне, и я ему. — Я, это, закончил с рунным карандашом. Посмотришь потом?

— Конечно. Спасибо, — ответил радостный я.

Рунный карандаш — это магическое устройство, которое помогает делать руны. Грубо говоря, как посох создан для заклинаний, так карандаш создан для рун. Устройство простое, но эффективное. Карандаш увеличивает точность начертания рун и глубину проникновения маны.

Я их никогда не делал, поэтому не знаю, как они делаются…

Вскоре я оказался на кухне, а там две женщины рыдают. Аква с Любавой… Теперь понятно, почему в коридоре сидит Ли и тыкает в телефон.

— Что у них там? — спросил я, вернувшись в коридор.

— Кто их знает… Уже минут десять ревут. Думаю, скоро успокоятся.

— Понял.

Сбегав за телефоном, сел рядом с Ли и посмотрел, что там в интернете пишут. Боливия, начинающаяся эпидемия, теории заговора… О! В США начались расследования причастности секты Джеймса к похищениям и поджогам домов американских политиков.

Кажется, скоро блондину придётся сильно потратиться на взятки и юристов. Ну или убить десяток-другой человек.

— Чего сидим? — спросила Ночь.

— Женщины ревут, — ответил Ли.

— Поняла…

Ночь села рядом с нами, а потом пришла Валькирия. Она кивнула нам спрашивая: «Что там?».

— Женщины ревут, — теперь уже я ответил, и девушка пошла на кухню, но минуту спустя вышла и села рядом. А потом пришёл Сергей. Он как обычно зевал. Он вошёл и не вышел…

Потом пришли близняшки с Инди. Но полторашки вышли почти сразу.

— Утречко! — улыбаясь, в коридоре показались довольная Амерта и едва живой Игнат. — А вы чего здесь?

— Женщины ревут, — ответил Ли.

— О! Пойду подолью масла в огонь! — мексиканка бросилась на кухню, а Игнат остался с нами. Туда же сел подоспевший Ингвар. Мы словно в очереди в поликлинику…

И вдруг из кухни выскочили Любава с Аквой, обе зарёванные, но хохочущие и показывающие на нас пальцами.

— Завтрак готов, господа сиротинушки, — заявила рыжая.

— Еда! — воскликнул Ли, и первый вскочил на ноги, а за ним и мы все, а там…

— Этого стоило подождать, — кивал я, глядя на стол, заставленный едой. Онигири, роллы, отварной картофель с рыбой и зеленью, салаты, овощной омлет, маринованные грибы Игната и даже жареные грибы с мясом.

Мы набросились на еду, и никто ничего не спрашивал, лишь хвалили поваров. А после сытной еды собрались заняться домом для работников санатория. Там же будет жить прислуга.

Однако к нам прибыл неожиданный гость… Точнее, гостья. Когда я подошёл к внешним воротам, там, на парковке, стояли молодая модная девица с розовым телефоном в руках и крупная такая женщина с лицом питбуля.

— Доброе утро, у вас дело ко мне? — спросил я, подходя к ним.

— Иван Олегович? — командным голосом спросила женщина.

— Он самый.

— Я Евгения Павловна, внучка Нины Константиновны, а это моя дочь, Таня, — сказала женщина и уставилась на меня.

— Приятно познакомиться, Евгения Павловна, и что же привело вас ко мне, из-за чего понадобилась личная встреча?

— Вы, Иван Олегович, разбогатели на книге моей бабушки и её знаниях. Я требую долю, — заявила женщина, и у меня задёргался глаз. Она это серьёзно?..

— Позвольте. При чём здесь вы, люди, которые стали причиной её преждевременной кончины?

— Это клевета и оскорбление чести и достоинства, я могу вас засудить, — заявила грозная женщина.

— Попробуйте, — пожал я плечами. — Но факт в том, что после разговора с вами, она умерла. Это неоспоримый факт, и вы хоть лучшего юриста найдите, но изменить этого не выйдет.

— Это мы ещё посмотрим. А сейчас я хочу сорок миллионов, а также возвращение книги бабули.

— Вы это серьёзно? — у меня ещё больше задёргался глаз. Я в очередной раз поражён человеческой жадностью, помноженной на наглость и глупость.

— Мы уже составили документы и готовы идти в суд, — подтвердила она свою глупость.

— Эта книга была передана мне как преемнику от своего учителя. Так же, как и бабушка Нина получила её от своего учителя.

— Это будет решать суд, — заявила грозная женщина.

— Удачи. Я не дам вам ни денег, ни книгу, так что можете убираться отсюда.

Я развернулся и, игнорируя угрозы, вошёл в ворота, и они закрылись за мной. Вот что за люди? Ни стыда, ни совести. Лишь жадность, злоба и лютая зависть. Поэтому я и не люблю людей…

Ладно. Выбросив их из головы, занялся домом для работников санатория. Он будет формой «П», где посередине будет место для отдыха людей. Здание одноэтажное, человек на двадцать.