"Фантастика 2026-68". Компиляция. Книги 1-25 (СИ), стр. 1374

Он развернул один из журналов и перелистнул несколько страниц, подчеркнув ногтем третью запись.

«Зарницкий. Тимофей Викторович. Тысяча девятьсот шестнадцатый, третье октября, девять пятнадцать.»

Читать дальше у меня не было желание, хотя я знал, что Алекса уже все запомнила. Как бы еще все это показать богине. Что она сказала? Топорно? Что же для нее является качественной работой? Или она сторонница техники «не трогай, пока работает»?

Все эти мысли крутились в моей голове, пока я перелистывал журналы с записями обо всех экспериментах Брусиленко. Четырнадцать выживших. Всего! А тут, наверное, с сотню записей!

— Сжечь бы все это, — проворчал Калинин, — чтобы никому больше такое в голову не пришло.

— Ушлые люди все равно найдутся. Не оглядываясь на законы природы, этику, законы. Найдут лазейки.

— Вам все это интересно? — вдруг спросил он. — Вы же тоже один из них.

— Во мне почти ничего не осталось, — пожал я плечами.

— Но как тогда у вас появился огонь на ладони. Вы же не владеете этой стихией.

— У меня есть зачарованные пластики, — я покопался в кармане и достал одну из них. — Я знал, за кем иду, и подготовился. Тут разные заклинания вшиты. Могу и воздушным кулаком запустить. Хотя вот с пламенем сложнее. Очень трудная магия.

Он отстал от меня, а я задумался. Стоит ли вообще, смотреть эти записи? Или все же сжечь их от греха подальше? А может, воспользоваться самому и попытаться спасти мир от слияния с другим?

— Тайная императорская служба! — раздался крик от входной двери. — Всем оставаться на своих местах и убрать оружие! Мы заходим!

Глава 17

Разбираться с коллегами пошел Калинин, а я пока листал записи Брусиленко и пытался понять, что делать дальше. Слияние миров я предотвратить не мог, но теперь всерьез задумался, нужно ли это? Из-за этого будет плавно эволюционировать магия, появляться новые технологии, государства.

Если все это, конечно, сперва не будет уничтожено. Жаль, что с богиней не получилось поговорить нормально. Сейчас ее вызывать было бы глупо, поэтому акт внепланового обращения к великой сущности нужно отложить.

В кабинет постоянно заходили сотрудники тайной императорской службы, делали какие-то пометки у себя в блокнотах, не мешая мне. На меня же снизошло какое-то удивительное спокойствие. Одна из важных страничек в истории магии перевернулась. Нет больше безумного ученого, который мечтал создать уникального мага. Или оружие. Зачем он хотел это сделать, я не думал — Брусиленко сам потом расскажет на допросе.

Лишенный силы, он без сопротивления прошел с тайниками, бормоча что-то себе под нос. На меня не оглянулся.

— Вы же понимаете, Тимофей Викторович, что это не останется незамеченным? — передо мной стоял Калинин и внимательно смотрел на меня. — Возникнут вопросы. Много вопросов.

— Все в этих записях, — я брезгливо отпихнул от себя журнал. — Ты и сам видел. Теперь достаточно фактов для ареста?

— Более чем, — кивнул он. — Но вопрос в том, как отреагирует общество.

— А что с ним не так? Детей мучили, они умирали. К тому же все еще хорошо помнят мой пример.

— Я не про детей. Тут люди всегда встанут на нашу сторону.

— Тогда в чем, — я раздраженно сжал пальцы. — Говори уже нормально, у меня нет сил играть в угадайку.

— В вас, — коротко ответил Иван.

— Это не проблема. Что они могут сделать? Трястись по углам от страха? Мол, придет и лишит всех силы? — я криво улыбнулся. — Да, и в отчете, пожалуйста, про богиню не упоминай. Не зачем людям про нее знать.

— Какую богиню? — изобразил удивление Иван. — Фиолетовую или вашу личную.

— Очень смешно, — холодно сказал я.

— Все посмотрели? Нашли что-нибудь интересное? — он отошел, пробежавшись пальцами по корешкам журналом, что лежали стопкой на столе.

— Изменение магии путем использования магической бури. Эликсир активации силы. Его используют для тех, у кого способность никак не может проявиться. Только в этом случае, доза была увеличена в тридцать раз. Не всякий такое может выдержать.

— Пятнадцать человек, — вспомнил Иван. — Их еще искать придется.

— Богиня стерла с них все лишнее, так что рекомендую предупредить больницы о подростках с дикими головными болями и спутанностью сознания.

— Получается, у них забрали все силы? И у Дягилева тоже? — вдруг спросил Калинин, оставив в покое журналы.

— Нет, то, что было их изначально, осталось. Сергей смог сформировать водное заклинание. Правда сказал, что он изменилось, но это пусть смотрит Белотелова. Кто, как не она сможет точно сказать, что произошло с ним и его магией.

— Тимофей Викторович, — Калинин обернулся, чтобы убедиться, что нет лишних ушей. — Я виделся с Ольгой. Что вы ей такое поручили?

— Узнать про слияние миров. Точнее, указал ей новый вектор исследований. А что? Что-то случилось?

— Она сияет, пропадает где-то. Я-то, дурак, подумал, у нее роман.

— Роман с архивом, — кивнул я. — Я видел, что она потухла, вот решил ей дать пищу для размышлений. Все же, когда человек полжизни занимался исследованиями, а я невольно лишил ее цели, пришлось помогать.

В кабинет заглянул один из тайников и кивнул Калинину:

— Мы увозим парня в больницу, а тех двоих под стражу и в офис. Вы с нами?

— Да, сейчас подойду. Все эти журналы и каждую бумажку тоже в офис. Нельзя это оставлять здесь.

— Принято!

Сотрудник исчез, а Иван глянул на меня.

— Вас еще вызовут к нам для дачи показаний, Тимофей Викторович. Надеюсь, на этом наше сотрудничество подойдет к концу.

— Устали от меня? — усмехнулся я поднимаясь.

— Слишком с вами много приключений.

Мы вышли из дома и разошлись в разные стороны. Я с Ветром собирались найти Артема и прыгнуть обратно, а Калинин поспешил продолжить контролировать работу коллег.

Дягилев нашелся в метрах пятидесяти, сидящим на древней лавочке. Вид он имел бледный, испуганный, пальцы с силой сжимали трухлявую деревяшку, заставляя ту осыпаться пылью.

— Что-то изменилось, — сказал он, когда мы подошли ближе. — Что-то изменилось! Все не так.

— Что конкретно ты ощущаешь? — спросил я.

— Легкость, — на мгновение задумавшись, ответил он.

— И что же ты так переживаешь?

— А если я больше не телепортер? — глухо ответил Артем. — Это же моя работа, жизнь. Мне это нравится!

— Ты не пробовал переместиться?

— Мне страшно, Тимофей Викторович. А если меня располовинит или выбросит на середину озера. Я же плавать не умею!

Парня натурально трясло. Пришлось бросить на него успокаивающее заклинание. И внимательно осмотреть, слушая в голове голос Алексы.

— Артем, посмотри на меня, — я присел напротив него. — Ты изначально был телепортером. Эксперимент Брусиленко усилил эту способность, добавил новые. Но твоя, именно твоя способность, осталась с тобой. Я могу предложить тебе прыгнуть вместе. Если вдруг, что пойдет не так, я подстрахую.

— Точно? — он поднял на меня глаза, и я вдруг увидел обычного испуганного подростка.

— Точно, — я глянул на Ветра. — Подождешь нас тут?

— Конечно, — с готовностью ответил он, не двинувшись с места.

— Артем, держи меня за руку, делай все, как обычно. Я рядом и верю в тебя.

Дягилев коротко кивнул, поднялся, выпрямился и обхватил мое плечо. Затем прикрыл глаза, и через секунду мы уже кубарем летели с лестницы знакомого дома.

На шум вылетел с кухни Еж и подхватил летящего Артема за шкирку. Я же едва успел зацепиться за перила и теперь неловко висел, до боли сжимая пальцы.

— Получилось! — заорал Артем, оседая на пол.

Его лицо мгновенно намокло от слез, но то были слезы радости.

— Не расслабляться! — рыкнул я. — Прыгаем обратно! Только постарайся не споткнуться о лавочку, там рядом малина растет, а у меня пиджак новый.

Водник тут же отпустил Дягилева, и тот прыгнул ко мне, чтобы схватить за руку. На губах его расцвела озорная улыбка.