Слишком необузданные (ЛП), стр. 25

Рейвен встала со стула, сокращая расстояние между нами. Она положила руки мне на бедра, глядя на меня своими голубыми глазами, которые видели слишком многое.

Она знала о маме. Она знала, что именно из-за этого я уехал. Но, как всегда, она не заставляла меня говорить об этом. Вместо этого она прижала руку к моему сердцу.

— Я понимаю.

Я притянул ее к себе и прижался щекой к ее волосам.

— Было странно находиться здесь. Но не так тяжело, как я думал. Отчасти это из-за тебя. Так что спасибо.

— Всегда пожалуйста. — Она еще крепче прижалась к моей груди, ее руки крепче обвились вокруг моей талии.

Боже, с ней было легко. Признания, чувства, которые я давным-давно похоронил, вырывались на поверхность, когда Рейвен была рядом.

Все в моей жизни тянули меня в разные стороны. Льюис. Марианна. Сидни. Мой тренер.

Но Рейвен ничего не ожидала. Ничего не требовала. Возможно, причина, по которой с ней было так легко разговаривать, заключалась в том, что я мог просто быть. Она позволяла мне жить настоящим моментом и не настаивала на том, что должно было произойти.

Поэтому я обнял ее крепче, не желая отпускать.

Она таяла, растворяясь в моей груди, теряя бдительность.

Я потерял свою.

Что-то открылось в моей груди. Что-то чужое и странное. Что-то, чего я никогда раньше не испытывал с женщиной. Как будто, возможно, я был именно там, где и должен был быть. Как будто, возможно, мне следовало начать встречаться с Рейвен давным-давно.

Мысль о том, чтобы отпустить ее, уйти…

Блять. Это было временно. Временно. Я ни за что не смог бы остаться в Пенни-Ридж. А она построила здесь свою жизнь. Скоро мне нужно будет уезжать, и пора было вспомнить, что все почти закончилось.

Рейвен почувствовала, как мое тело напряглось, потому что она убрала руки с моей талии и выпрямилась, прочищая горло.

— Мне, наверное, пора идти.

— Да, — мой голос звучал хрипло. — Я обещал своим братьям встретиться с ними сегодня за ланчем в лодже.

— Это, эм, — она сделала шаг в сторону, потом еще один, пока не оказалась на расстоянии вытянутой руки, — работает лучше, если мы будем заниматься тем, в чем хороши.

— Сексом.

— Именно так. — Она кивнула. — Это просто секс.

Это то, чего я хотел, не так ли? Мы просто будем заниматься сексом пока я не уеду. Вот только сегодня был первый раз, когда она напомнила мне о моем собственном чертовом правиле, и это разозлило меня.

— Это отличный секс. Не пойми меня неправильно. Но да, просто секс. — В каждом моем слове чувствовалась резкость.

Она прищурилась, а затем прошла мимо меня в спальню.

Я не решался пошевелиться, иначе вошел бы в спальню и показал ей, насколько лучше могло бы быть, если бы мы пошли дальше секса. Поэтому я стоял, как вкопанный, и слушал, как она одевается.

Рейвен вышла из комнаты, одетая в свои ботинки, джинсы и пальто. Она подошла к сумочке, которую бросила на диван, когда вошла, и достала резинку для волос. Затем она разгладила беспорядок, который я создал своими руками ранее.

С волосами, собранными в конский хвост, и сумочкой, перекинутой через плечо, она прошла мимо, чтобы уйти.

— Рейвен. — Я все еще не двигался с места, но мы не могли вот так закончить сегодняшний день, не тогда, когда все так хорошо начиналось.

Она остановилась, ее рука потянулась к дверной ручке.

— Ты вернешься сегодня вечером? — Скажи «да».

— Может быть.

Может быть? О, к черту это. Я мгновенно сократил расстояние между нами, взял ее лицо в ладони и прижался губами к ее губам.

Она ахнула, сопротивляясь мне какую-то долю секунды, прежде чем растаять.

Рейвен всегда таяла, когда я касался ее языка своим.

И, черт возьми, мне нравился ее вкус. Это была зависимость. Эта женщина стала моей зависимостью.

Я накрыл ее рот своим, погружаясь все глубже.

В поцелуе были скрытые эмоции, чувства, которые мы открыли сегодня. Или, может быть, я просто игнорировал то, что всегда было со мной.

Я отогнал эти мысли и сосредоточился только на одном. Я буду целовать ее, пока у нее не перехватит дыхание. Пока она не передумает насчет сегодняшнего вечера.

Рейвен тяжело дышала, когда я отпустил ее. Мой член под полотенцем был твердым и ноющим. После ее ухода я приму холодный душ. Но это стоило того, чтобы посмотреть на ее припухшие губы и румянец на щеках.

— Ты придешь сегодня вечером? — снова спросил я.

Она закатила глаза.

— Да.

Глава 10

Рейвен

— Я не могу остановиться!

Я развернулась как раз в тот момент, когда маленькая девочка устремилась в мою сторону, вытянув руки по швам и широко расставив ноги, как будто она пыталась остановиться, но у ее лыж были другие планы. Я подвинулась и наклонилась, чтобы обнять ее за талию, прежде чем она врежется в ограждение у подножия кроличьей горки.

— Ого.

Она приподняла шлем рукой в варежке и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Ого.

Я рассмеялась, чтобы убедиться, что она не дрожит.

— Не забывай сосредоточится. Собирай лыжи перед собой в форме буквы «». И тормози.

Девочка кивнула, затем передвинула лыжи вперед, чтобы снова встать в очередь на очередное восхождение на бугель, который доставлял людей на вершину холма для начинающих.

— Прости, Рейвен. — Керри, новый инструктор в моем штате в этом году, остановилась рядом со мной. — Она сбежала от меня.

— О, все в порядке. Такое случается. — Даже если бы девочка врезалась в меня, это был бы не первый случай, когда шестилетний ребенок сбивает меня с ног. Работа у меня опасная. — Как дела сегодня?

— Хорошо, — сказала Керри. — Я собираюсь отвести их в лодж и подготовить к встрече с родителями.

— Отлично. Увидимся позже.

Это была еще одна насыщенная суббота в «Мэдиган Маунтин». Казалось, что всего несколько минут назад я заезжала на парковку с чашкой кофе в руке, готовая начать день. Потом я моргнула, и день почти закончился.

Занятия сегодня прошли гладко. На самом деле, в этом сезоне все шло гладко. Рано или поздно у нас возникнут проблемы. Травма. Рассерженный родитель. Потерявшийся ребенок. Это был только вопрос времени. Но пока единственным происшествием был героизм Крю на подъёмнике.

Именно так его окрестили СМИ.

Крю — герой «Мэдиган Маунтин».

Для меня он был человеком, который украл у меня бессчетное количество часов сна. Не то чтобы я жаловалась. Время поджимало. Я наслаждалась им, пока еще могла.

Прошлой ночью, после того как я улизнула из его номера, я отправилась домой, чтобы принять душ и завалиться спать. Вот только я не могла отключить свой мозг. Так продолжалось последние два дня, с того самого утра, когда я принесла ему завтрак.

Когда я закрывала глаза, то видела взгляд, которым он одарил меня в то утро. Я чувствовала, как его руки крепко сжимают меня. Я слышала свое собственное тихое желание, чтобы это не заканчивалось.

Ворочаясь с боку на бок до четырех часов, я, наконец, сдалась и взяла телефон. Я провела предрассветные часы, просматривая на Ютуб видео с участием Крю. Не только об инциденте с подъемником, но и о его соревнованиях и интервью прессе.

Моим любимым было видео с мероприятия. С другим участником соревнований произошел несчастный случай, и парень был в отчаянии и слезах, когда ковылял прочь от хафпайпа.

Крю отвел парня в сторону, низко наклонившись, чтобы оператор не смог запечатлеть их разговор. Я не была уверена, что он сказал тому парню, но к тому времени, когда Крю обнял его и похлопал по спине, слезы у того исчезли.

Мне понравилось, что Крю нашел время, чтобы дать кому-то надежду. Мне понравилось, что он спас того парня пожертвовав собой. Мне понравилось, что он был влюблен в меня, когда я был подростком.

Но в этом то и была проблема, не так ли?

Мне слишком многое нравилось, когда дело касалось Крю.