Роман в письмах. В 2 томах. Том 2. 1942-1950, стр. 181

Вспомни мои слова в 1946 г. в Париже. Уже тогда кое-кто об этом проговаривался. Помню, как многие из твоих знакомых тогда готовы были бы отшатнуться от Запада, да только не решались мне поверить и все уверяли: «Да что Вы! Не может быть!» За помощь Маршалла⁸⁹³ наши лижут пятки у Америки. Помоев и всякой нечистоты вылито на Россию масса. На все и на всех. Смысл тот: «При царях были дикарями, да и теперь не лучше». Каково? Нет, милый Ваня, с ними мне не по пути!

[На полях: ] Много я передергалась, читая эту статью. И нельзя сказать: «Пусть собаки лают». Нет, этот лай очень вредный. Вот еще погоди, чем г-жа Козенкина⁸⁹⁴ мир удивит, закончив свои «мемуары» под крылышком только что принятой ею католической веры. Стряпня идет грязная.

Не хотела всего этого касаться, да очень уж больно. Но Бог Правду видит! Вырождающиеся нации, передвигающиеся на ходулях и ходулями золотого тельца поддерживающие свое величие, лопаются со страха и зависти, глядя на молодой, здоровый и сильный народ, стоящий косой саженью на собственных ногах. В этом все. Послушай одну только музыку англо-американскую, и тебя стошнит. Все — декаденство и уродство. А наши песни… Обнимаю. Оля

12. I Вся в работе. Работаю по 9–10 час. в день!

212

И. С. Шмелев — О. А. Бредиус-Субботиной

20. I.1949

Дорогая моя Олюша, твои рождественские цветы получил 6-го, в канун Праздника. Благодарю, милая, светло принял. Ты спрашиваешь, что принесли. Горшочек обливной, в нем три розовых гиацинта (из одной луковицы, после отцветения, показался-было еще цветок, но не набрал _с_и_л_ы_ и _у_с_н_у_л). В горшочке было 2–3 веточки «спаржи», что-ли, и обвязан был горшочек узенькой белой лентой, в бантик. Чтобы ты имела представление точное, — раз ты об этом просишь, — поясню еще: здесь хороший гиацинт стоит 2,75–3 фр. Ты совершенно права, что «по пути» расхватают посредники большую часть ассигнования заказчика. Это — ясно. Вот почему, чтобы ты не удручалась разочарованием, что твое искреннее желание — послать _л_у_ч_ш_е_е, — может и не оправдаться в итоге, — я просил тебя не посылать. Правда в прошлое Рождество, когда я только что приехал, принесли чудеснейший букет пунцовых роз… Но это случается редко, — удача-то заказа. Торгаши везде — те же — рвут. Но я принял цветы не по их внешности, а по твоему чувству, с каким ты их посылала (заказывала). Благодарю.

Очень прошу тебя сообщить No и дату — и название — голландской газеты, где была статья о «русском народе». Мне это нужно — для _в_н_у_т_р_е_н_н_е_г_о_ моего, не для статьи, не для печати. Очень бы хотелось более подробное изложение содержания или — если это возможно? — полный текст, в твоем переводе.

Я отлично _з_н_а_ю, как нас все ненавидят (Россию!), боятся, завидуют (?!) и ни от кого не жду добра, тем более от американцев! На _в_с_е_ самое гнусное, — не только способны, а — стремятся страстно это самое гнусное проявить, изничтожить, стереть Россию, — что вполне доказано — _в_е_к_а_м_и_ — их отношений к России. Того же мнения, конечно, и ты. То, о чем ниже изложу, не раз делалось во Франции — и это — до-ка-за-но! — что _ч_е_р_е_з_ советских посредников-маклеров (это прием — так называемой «дезинформации»). Но, в данном случае, можно (и должно!) предполагать, даже утверждать, что это — дело «советов». Статья, такая тщательная, — за тысячелетие истории, извращенной, понятно, — явно была заказана (голландская газета, по всей вероятности, и не предполагает; это делается — очень сокровенно!) и… конечно, через _п_о_с_р_е_д_н_и_к_а_ (агентов и денег — у _н_и_х_ — сколько угодно, на все!) — _в_с_у_н_у_т_ь_ в газету.

Иностранец (?!) не станет так обстоятельно-фальшиво — и так (да и где они, «русоведы»!) извращенно работать фальшивку (за 1000-летие! Какое старание-то! Что до _с_е_г_о_ — Голландии!). Ты, конечно, улыбаешься и не согласна. Но вду-май-ся — и увидишь, м. б., почему я так предполагаю… Цель какая у «Кремля»? А вот. Уверен, что эта статья уже _п_о_д_а_н_а_ несчастному народу (по radio), размножена, — ее самые гнусные строки. С какой целью? С целью — раздувать ненависть к англо-саксам и, вообще, к «Западу» (и спаять народ с советской властью). И вот, смотри и по-ни-май, советский народ, как на тебя смотрят _в_с_е_ _т_а_м: тебя ненавидят, презирают, ты — _н_и_ч_т_о, дикарь, раб, никогда не был победоносным, — ты не человек… — тебя так и хотят сожрать, тебя хотят стереть, исключить из _ч_е_л_о_в_е_ч_е_с_т_в_а… и взять твои — землю и богатства! Ты — животное. И если бы тебя не охраняла Советская власть, тобою признанная, («по здоровому твоему инстинкту»!) — тебя давно бы впрягли в ярмо, тебя изничтожили бы! (хотел Гитлер — _м_ы_ не дали!) А теперь ты — первый народ! ты — в такой броне, что никакие атомические бомбы не проникнут… (на них готовь-куй оружие!) мы ведем тебя… (уже раз привели!!) да, через испытания, но — погоди-увидишь! — ведем тебя к славе и торжеству над всем миром! Вот, для чего — _в_с_е. И это уже давно. (Но сия игра в «любовь» — не удастся, уже не удастся.) Да, Россия в страшнейшей трагедии: и внутри, и вне — в-р-а-г-и смертельные, — всей России!.. Только м. б. Промысел изведет Россию из этой пещи огненной⁸⁹⁵. Запад… — я его всегда ненавидел, за его похоти и злые помыслы в отношении России… — не меньше, чем ты, Олюша. Ты это найдешь в моих книгах: «Няня из Москвы», «На пеньках», в «Russie» (во «Въезд в Париж»), в «Солнце мертвых», еще, еще… _Н_и_к_о_г_д_а_ не уповал на него (м. б. единственный раз обманулся, внутри, в письмах к тебе, — _н_е_ в печати! — когда почти верил (ненавидя!!), что «Маляр» воспользуется благоприятной конъюнктурой и — поможет стереть _б_о_л_ь_ш_е_в_и_з_м! Обманулся, жестоко). Я, внутри, всегда — и теперь — _в_е_р_ю_ в План Господень — ив Россию: Она, и только она (!) _с_а_м_а_ выйдет из ада!!!

Сама реши вопрос, — слову ли, живописи ли, — отдаться _в_с_е_ц_е_л_о. Я много, в нашей переписке, писал тебе об этом. Я рад, что ты взялась за работу. Дай тебе Господь _в_о_л_ю! Я должен буду вернуться около 15 марта: так сложились дела и — сроки разных виз и нансеновского паспорта. 3 недели не знал, что творится в Париже, у Юли: м. б. Иван Иванович окончательно сошел с ума?., уплачен ли terme^[271] с отопления (15 января! До 20 000 французских франков), хоть я и распорядился и обеспечил. Или — Юля больна, или… ни-че-го не придумаю. Запросил срочно.

Мне еще продолжают — пикеты. «Зуд» — боль-чёс и тяжесть в правом глазу — та же, если не хуже. Пока еще не применяли «уколы» penicillin’oм. Сейчас какое-то новое средство для укрепления сил и уколы (раз в неделю) huile de foie de morue^[272] с особенными витаминами, — говорят, удивительное, «почувствуете, будто расцвели»! Н-не знаю, только 1 раз сделано, а надо — не-де-ли… очевидно месяца 2. Мне, в общем, лучше, в смысле укрепления, я пишу: за последние 3 недели дал IV–V—VI главы «Записок неписателя»⁸⁹⁶. Жду выхода «Богомолья» и II ч. «Путей». Надо писать статью о Достоевском для цюрихского немецкого издания «Идиота». От Ивана Цолликонского да-вно нет ни строки. Впереди — все смутно. И лично, и «исторически». Но жизнь, — пусть и в относительном покое, — на полустанке — мне уже трудна, во многих отношениях.

Ну, голубка, Господь с тобой. Будь сильна, здорова, — и в возможном душевном равновесии. Не _п_о_к_и_д_а_й_ работы — для духа твоего, родная! М. б. пришлешь хоть 1–2 рис., которыми восхищаются (из голландского быта!). Буду рад. М. б. свидимся в Париже. Перед отъездом — поговею здесь, до масленицы, начинающейся 28 февраля.

Целую и бла-го-сло-вляю.

Твой Ваня

NB: Не в интересах Запада и Америки — _н_ы_н_е_ — так оскорблять народ, в их интересах — отрывать его от Советов.