Роман в письмах. В 2 томах. Том 2. 1942-1950, стр. 159

Разные бывают читатели, бывают и нетерпеливые… — многие ли сумели прочесть и понять «Кроткую»? «Записки из подполья»?..⁷⁷⁸ о, сколько непрочтенного, непосильного, которое никогда не прочтется, как _н_а_д_о. Я _н_е_ о тебе говорю: ты чуткая, но тут ты впадаешь в теоретическое, прыгая от трамплина «теории искусства», самой по себе — верной. Я сто раз отмерю, — один — отрежу. Я могу погрешать, да, как все… — но тут я не вижу оступки, ни-как. Мне важно, — не разжевывая, конечно, — захватить в полон мно-гих, малоискушенных. И для таких-то — как и для себя, коря себя! — «болтает» следователь, себя приуготовляя, _с_е_б_е_ толкуя. Схватив «случай „Куликова поля“» я не мог пройти мимо главного, чтобы «ускорить». Иначе я, выплескивая из корыта воду, выплеснул бы — _д_и_т_я! Нет, оно мне о-чень дорого, я _п_л_а_ч_у — сердцем — над ним, и потому я так, порой, неистово-непримирим. И никогда не примирюсь, никогда бесовское божьим не назову! У меня — _ч_у_т_ь_е, я его слушаю… Я могу ошибаться, но _р_а_б_о_т_а_ю_ над стекающим в душу, и если вижу правду — всегда готов отказаться от прежних заблуждений. Но бес далеко и остро воняет. В нем не прошибешься.

Писал ли тебе: И. А. — а он очень прям и требователен, _з_н_а_ю: он ни тени замечания не сделал, напротив: «три, дня видели преподобного, до слез…» «Простота и убедительность повествования — первоклассны»⁷⁷⁹. Оставим о «классе» — я ставлю «точку», когда _н_и_ч_т_о_ меня не тревожит, или когда я смогу учувствовать тревоги. Но в этом «повествовании» — именно! — «сказ» — порой — особой трудности мне не встретилось, это _н_е_ «Пути»…

Из «Журнала Московской Патриархии» — не приводи мне, все знаю и уже не читаю. Бумага все стерпит, да тут кроме хваления обер-прокуроров бесовской выделки — ничего. А о Сергии я тоже знаю, он — чистый. Ну, не хватило силы на исповедничество? суди его Бог. Он и _т_а_м_ будет чистый, пока потерпят. Но о сем не в письме, что знаю…

30-го должен читать в Казачьем музее на литературно-музыкальном «дне», в 4 ч., для церкви⁷⁸⁰. Надеются собрать тысяч 70. Собрано уже для покупки владения — до 900 тысяч, надо еще 700. С американских посылок как-то накопили и дачами из Швейцарии. Разве писал, что Бенуа _х_о_ч_е_т… знаю: Б[енуа] охотно согласится. Но я хочу, чтобы ты, хоть ты и не взяла «Куликово поле» во весь рост, — желая «меньшего». Главное-то и не приметила! — И. А., видимо, удивлен, что ты спрашивала у него адрес Ремизова⁷⁸¹ —?! — Р[емизов] парижский житель! — почему — так окольно?.. или — что смущает? Твое право, пиши, но — одно: не в связи с книгой И. А.: она была доверена _т_о_л_ь_к_о_ _м_н_е_ и, по твоей просьбе, через меня, — _т_е_б_е. Никто больше о ней _н_е_ может знать. Таково условие. Но м. б. я и ошибаюсь и ты — для другой цели. М. б. хочешь оказать нравственную поддержку, выразить сочувствие? Твое дело и право. Но почему — справлялась и у И. А.? Он так и пишет. Очевидно, не пришлет: «он перешел на сторону мучителей, а _п_о_ч_е_м_у_ и _з_а_ч_е_м_ он это сделал, это мне безразлично»⁷⁸². Я не видал его с I декабря — и не увижу; его дело — его, мое — мое. М. б. и из — «юродства». М. б. и трагедия… — _т_а_м-то он, вообще, как писатель _н_е_ _н_у_ж_е_н, _к_у_р_и_т_ь_ он не может. Да и «загораться»… — он сырой. Я… могу воспламеняться, очертя голову, но теперь я стараюсь быть «хладным». Свое я по-своему люблю, как скажет сердце на — 20 процентов, рассудок на 10, и «подсознательно»-интуитивно на… все остальные 70. Так всегда.

Получил трогательный _п_о_к_л_о_н_ от «Просветительского фонда имени Ивана Кулаева»⁷⁸³ — из Сан-Франциско и… приношение в 50 долларов, Ильин только что извещал — 100⁷⁸⁴. Не знаю… Приветствуют «верного Знамени», — трогательное письмо-авион. Им — для юбилейного сборника «День русского ребенка»⁷⁸⁵ — 15-й сборник, страниц в 300 — «ин кварто»^[235] — по 2 доллара, с многими иллюстрациями. Дал им недавно — гратис^[236], конечно, — «Говенье». Восторг! — новое авион-письмо. Там же пойдет статья Ильина⁷⁸⁶ — «Иван Сергеевич Шмелев». (* По их просьбе.) И еще его две статьи о России — пути ее, и «О гонениях и свободе Церкви»⁷⁸⁷, помимо массы многих статей — совсюду. Дела-ют дело! И — 15 лет, начали, выпустив сборник в 100 экз., каждый год ширились, и вот — ныне, кажется — 1500. Не хватает! Это — в Америке-то, где 1000 тираж за редкость: прежние русские денационализировались.

Нет, не по времени, передумал: _н_е_ надо рамочки, (на странице это очень осложнит печатание и удорожит), ни концов, ни заставок: только — обложку: или — заставку — арабеск — одну и ту же для каждой главки (с новой страницы!) и — м. б. _о_д_н_у_ — концовку: ка-кую?!.. — не соображу. Ты найдешь…

Сейчас ищется, кто может дать деньги. Потребуется тысяч — 60–70. Тираж — не более 1500 экз. Важно — на добротной — чистой бы бумаге! И что такое 60–70 тыс. теперь!

«Voies Célestes» — взято испанским издательством⁷⁸⁸, только что узнал. Из-за [1 сл. нрзб.] все еще нет гонорара от итальянского издательства и с Севера… Есть слух — м. б. позовут в Соединенные Штаты, но… ку-да мне! Отклоню. Теперь за «Пути». 2-ая посылка из Холливуда, в пути — 3-я — ну, что я поделаю?.. — _ч_и_т_а_т_е_л_и. Говорю, в душе: «награди, Господи, за меня». А у меня и книг нет — послать. И купить негде — нет. Набирают «Лето Господне» огромный том, страниц около 500. Болезнь — то же… будто полегче? Лечусь сам 23-й день — «ясеневого экстракта», капли. Еще один доктор подтвердил диагноз Веретенниковой⁷⁸⁹ — «маленькая (?!) экземочка-раздражение, дня 4 не умываться, т. к. полотенцем, утираясь, раздражение». Заметил: как дожди — почёс ярей. Ревматическое? простудное?.. Ну, ясень. 25-го приму 6-ой порошок. Плохо сплю. Сегодня, ночью, в 4 часа, встал, (очень — мысли! и — порой — негодование!) и пришло в голову, — увидел Евангелие «божественным загадать». Криком души напрягся, загадал — где на какой странице — о _С_у_д_ь_б_е_ России! — и открыл… Луки, гл. I, стихи 57–71⁷⁹⁰. —!.. — да-а-вно не загадывал, не помню. Всю душевную силу собрал: «Господи, укажи мне, изнемогла душа!..» — И вот. _У_п_о_в_а_ю. Бу-ди! бу-ди!.. Да… и м. б. — «время близко». Кто что может знать? — у тебя хорошо вышло начало письма — о _в_е_с_н_е_ — и переход от бури, — и — буря!.. Помни, — _п_р_о_щ_е!.. И не растекайся — гони рассказ так, чтобы взять читателя сразу, за-ма-нить! В.

Господь с тобой. Я тебя _н_е_ жду.

Я написал тебе очень жестокое письмо, по поводу твоей «критики»… — и заменил этим. Зачем я буду строго судить тебя?!.. Ты _н_е_ _в_г_л_я_д_е_л_а_с_ь, не вдумалась.

Досылаю мою копию, с «добавлением» — новые «загромождающие _д_е_к_о_р_а_ц_и_и» и «болтовня».

Но разве в письме _в_с_е_ скажешь!

Надо _г_о_в_о_р_и_т_ь. А этого уже не придется.

Ну, хоть куцым ограничусь.

Ш.

[На полях: ] Итак: очевидно, «Куликово поле» до твоей души не дошло. Значит, я ошибся в твоем «потенциале»?

Луковицы — уже недели 2 — отправлены с оказией в Сен-Женевьев — к садовнику. Спасибо. Посадил себе — два крокуса. А. А. мне нечего отвечать: на чествования что скажешь?.. Теперь — будя. И прошу: не заикайся и ты, — в пу-стую! Придет час — само проявится, _в_с_е. Какая правда: вражье лепко, а Божье крепко.

178

О. А. Бредиус-Субботина — И. С. Шмелеву

28. III.47

Пишу тебе — ласковому моему дорогому, любимому моему Ванюше, пишу от самой глубинной моей, самой чистой сути души моей.

Оставь злость на меня, посмотри в сердце твое и мое, и ты увидишь, как ты был неправ, и почему смогла я, любящая тебя светло и верно, — так написать тебе вчера⁷⁹¹. Я не хочу касаться всего того, но скажу только, что ты меня предельно оскорбил, смешав с пакостью^[237].